Чтение онлайн

— Каковы сроки и суммы? — почуяв дармовщинку, сразу клюнул ушлый торгпред.

— Денег дадим, но траты будем контролировать, — погрозил пальцем Алексей. — Казачка толкового зашлём следить за ходом работ, заодно и оружейному делу у признанных мастеров подучится. Пять лет отпустим на создание парагвайского автомата и лет восемь на модель авиационного пулемёта, но чтоб, к тому времени, были лучше зарубежных образцов. Техзадание с желаемыми характеристиками передадим в ближайшее время. Тут казакам ещё хорошенько помозговать надо.

— Зато советской стороне тут думать не о чем, — потерев ладони, довольно заулыбался заключению выгодной сделки торгпред. — Мозгов у нас много — денег нехватка.

Проводив торгпреда, Алексей принял начальника штаба регулярной казачьей армии, генерал–майора Эрна, и поведал ему об оружейном заказе.

— Николай Францевич, кого бы нам определить к большевикам в засланные казачки?

— Может, поручика Высоколяна — очень способный офицер, — не задумываясь, предложил подходящую кандидатуру Эрн.

— Степана Леонтьевича я задумал поставить на другое направление конструкторской работы, — отрицательно покачал головой Алексей. — Уж больно у парня голова светлая, и к физике с математикой тяга великая. Будет водородный двигатель изобретать. Подбери какого–нибудь толкового офицера, чтобы в артиллерии и стрелковом оружии докой был. Кстати, пора бы уж Высоколяну звание капитана присвоить, задача ему поставлена даже посложнее, чем Сикорскому и Зворыкину.

— Я думал, по экстравагантным двигателям в Парагвае главными ваши испанские друзья, Хуан де ла Сиерва и Вито Лосано, — пожал плечами Эрн. — А звание присвоить не сложно, да и для командировки другого достойного кандидата из офицерского состава подобрать сумеем.

— Испанцы у меня занимаются: первый — автожиром, второй — электрическими двигателями и аккумуляторными батареями к ним, — бросил недовольный взгляд на «забывчивого» генерала Алексей. — Я слышал, что «ваш» Сикорский конфликтует с «моими» испанцами.

— Игорь Иванович известный авиаконструктор, он тяжёлые четырёхмоторные самолёты на крыло поставил, — вскинув подбородок, заступился за русского авиатора генерал. — А вы его в подмастерья к чудаковатому испанскому изобретателю механической стрекозы поставили.

— Николай Францевич, даже в Европе и Америке не желают раскошеливаться на тяжёлые бомбардировщики, куда уж бедному Парагваю осилить выпуск знаменитого «Ильи Муромца» или «Русского витязя».

— Ну так уж и бедному? — скосил глаз на увесистый золотой крест владыки Алексея генерал. — Финансирование конструкторских работ в Парагвае осуществляется с размахом, которого Сикорский и Зворыкин в Америке получить не смогли.

— Промышленность Парагвая не потянет производства самолётов, — тяжело вздохнув, развёл руками Алексей. — Да и конкуренты не выпустят казаков на мировой рынок. Нам можно производить исключительно эксклюзивную продукцию. Самолёты нужны крупным военным державам только в период назревающего конфликта — время ещё не пришло. А для дорогостоящих крылатых левиафанов вообще может никогда не наступить. Так что наш сегмент на авиарынке — лёгкие дешёвые автожиры, которым вовсе не требуются ухоженные аэродромные полосы.

— Что–то покупатели в очередь не выстраиваются, — саркастически усмехнулся генерал.

— Плохо товар рекламируем, — развёл руками Алексей. — Собственно говоря, я вас сегодня за этим и пригласил. Надо организовать показательные военные учения. Пригласите–ка своих коллег из генеральных штабов Бразилии, Уругвая и Аргентины. И лучше, если демонстрацию казачьих сил проведём в приграничной полосе, на территории Аргентины. Эдак, в километрах ста от берегов реки Парагвай.

— Программа учений и задействованные средства? — развернул блокнот и взялся за карандаш начальник штаба.

— С нашей стороны сотня казаков из моторизированной пехоты, со штатным транспортом, при поддержке миномётной батареи и авиазвена автожиров, — чуть задумавшись, выдал список атаман казачьего войска. — От аргентинцев — три сотни пехотинцев, сотня кавалеристов–пограничников, сотня бойцов из артиллеристов и инженерных войск, со штатным вооружением. Противник сам выбирает участок на равнине для обороны, окапывается и патрулирует территорию, пытаясь не допустить внезапной фронтальной атаки. Никаких хитрых обходных манёвров и ударов по флангам — бить только в лоб.

— Э-э, извиняюсь, чем бить? — насторожился генерал.

— Изготовим партию учебных патронов, — хитро подмигнул атаман. — Отсыплем порох из гильзы, уплотним бумажным пыжом, а вместо металлической пули вставим каучуковую. Бить будет недалеко и не очень больно. Надо подготовить учебных патронов из расчёта по одной обойме на винтовку, и по пятьдесят патронов на пулемёт. Также ещё вооружим солдат шумными петардами и дымовыми гранатами. Для автожиров наготовим шумовых и осветительных бомб.

— А казачьи миномёты и вражьи пушки, чем будут стрелять? — с сомнением прищурил глаз генерал.

— Настоящими боеприпасами, но по макетам на специальных позициях рядом, — решил Алексей и, чуть поразмыслив, ещё добавил остроты: — Обороняющиеся могут палить каучуком прямо по наступающим пехотным цепям, атакующие же будут стрелять по мишеням, установленным на метровых шестах вдоль линии окопов.

— Так у резиновых же пуль ни баллистики, ни дальности полёта, — удивлённо вскинул брови Эрн.

— А вот по мишеням будем палить настоящими пулями, — поднял указательный палец атаман. — Но бить можно только лучшим стрелкам и наверняка. А вот в рукопашную разрешено драться всем, только ножи и штыки надо заранее изъять.

— Так не честно же выходит? — заулыбался начальник штаба. — У нас же все казаки фронтовики в офицерских и унтер–офицерских чинах, стреляют отменно и за год подготовки научились новым приёмам рукопашного боя. Это если не учитывать, что в учебных пехотных подразделениях каждый десятый со снайперской винтовкой дружит.

— Так у казаков же в регулярной армии других бойцов нет, — улыбаясь во все зубы, развёл руками главный инструктор казачьего рукопашного боя. — Пусть среди своих тоже лучших из лучших отбирают. И так наш выходит драться один против пятерых. А что казаки укомплектованы новейшим оружием и техникой, так для того показательные учения и устраиваем — в будущее заглядываем.