Чтение онлайн

– Чего? – выпучил глаза генерал. – На борту «Летучего голландца» и аэропланы есть?

– Гидропланы, – опять подняв указательный палец, поправил капитан «авианосца». – Вернее, парочка автожиров на лыжах-поплавках.

– Автожиры – это такие стрекозы с лопастями огромного пропеллера на крыше? – Врангель уже неоднократно видел подобные аппараты в небе.

– Они самые, только в транспортном положении верхние лопасти сложены, – кивнул Лебединский. – Автожиры спрятаны в кормовых ангарах по бокам палубной надстройки. Для спуска гидропланов на воду поплавки катамаранов поднимаются к палубе, боковая стенка ангара опускается, создавая настил между плоской поверхностью поплавка и полом ангара. Затем автожиры выводятся на площадку, механики раздвигают и закрепляют лопасти несущих винтов автожиров. Поплавки катамарана выдвижными наклонными балками опускаются на воду, и полые баллоны лыж автожиров, касаясь воды, поднимают корпуса гидропланов над притопленными поплавками катамарана. Гидроплан отстыковывается и начинает разбег. Запускать в воздух автожиры можно поодиночке. Их существенный недостаток – взлёт гидроплана не удастся при сильной морской волне. Однако на реке таких ограничений у нас нет, и как только отойдём подальше от Асунсьона, то поднимем в небо воздушных разведчиков.

– Э-э, капитан, а мы не сильно разогнались? – со страхом взирая на белые буруны волн за бортом, покрепче вцепился в поручень Сёма. – Как бы на мель не наскочить.

– Впечатляющий ход! – восторженно оценил скорость клипера Врангель.

– Судно идёт строго по фарватеру, – успокоил пассажиров капитан. – Мы ещё не набрали полную скорость.

– С мореходными качествами «Летучего голландца» всё понятно, – нетерпеливо отмахнулся Врангель. – Лучше покажите теперь взлёт гидроплана.

Остальные члены комиссии, настороженно поглядывая в иллюминаторы на ускорившиеся тёмные берега, охотно поддержали разумное предложение. И пока судно сбавляло ход, готовясь выплюнуть на воду гидропланы, Врангель пожелал получить объяснение ещё одной неувязочки:

– Капитан, а вы не опасаетесь, что подобные инновационные суда начнут создавать конкуренты?

– Господин Ронин поручил контрразведке отваживать охотников. – Капитан кивнул на скромно стоявшего в сторонке Алексея. – Любая незначительная авария на судне раздувается бульварной прессой до вселенской трагедии. А при вводе в опытную эксплуатацию судна с новыми электродвигателями, генераторами, аккумуляторными батареями, подъёмными электрокранами и лифтами случаются всякие ЧП. Слава богу, пока без жертв обошлось, но мы упорно распускаем слухи о массовой гибели персонала. Да, честно сказать, если бы не выказанный офицерами черноморского флота профессионализм, то и в действительности бы жертв не избежали. Хорошо, что моряки-подводники с аккумуляторами наловчились обращаться, а то, попади в отсек с супербатареями забортная вода, беды не оберёшься. Да и с навороченным электрооборудованием сплошная морока. Команда «Летучего голландца» чуть ли не наполовину из офицеров набрана. У какой страны ещё столько безработных специалистов найдётся? Корабли проекта «Летучий голландец» могут спускать на воду и обслуживать только отчаянные герои-энтузиасты. Нет, ни одно забюрокраченное морское ведомство не пожелает связываться с парусно-электрической плавучей бомбой.

– Господин Ронин, – обернулся генерал к молчаливому владельцу коммерческого флота. – А в каких акваториях вы намерены использовать казацкий клипер?

– Главный маршрут – между Асунсьоном и Новороссийском. В этих портах легко заправляться мазутом, да и основной товарооборот у нас между Парагваем и Советской республикой. Большевикам везём товары, обратно – эмигрантов. Жестяные грузовые контейнеры быстро разбираются и укладываются штабелями на верхней палубе.

– Не больно-то вместителен казацкий клипер, – недовольно засопел привередливый генерал.

– Основной объём грузоперевозок будут осуществлять обычные пароходы, – пожал плечами Алексей.

– А зачем тогда, владыка морей, тратиться на лишние прибамбасы? – скривился Врангель. – Ведь ни одно суверенное государство не впустит без особого распоряжения вооружённое судно в торговый порт.

– Ну, во-первых, казацкий клипер не похож на военный корабль, – с улыбочкой развёл руками Алексей. – А во-вторых, мы можем перегружать грузы с борта на борт и вне территориальных вод.

– Контрабанда, – недовольно засопел генерал.

– Без неё, родимой, конкуренцию империям не составишь, – с напускной грустью тяжко вздохнул владыка Парагвая. – Европейские колонизаторы весь мир своими сетями опутали. Нашей экономике, благодаря контрактам с голодранцами-большевиками, на ближайшую пятилетку можно не беспокоиться за сбыт товаров, но надо же и о расширении торговой площадки думать. Будем всюду по зёрнышку клевать.

– И куда, владыка, думаешь расширяться? – недобро зыркнул на увесистый золотой крест на могучей груди батюшки Алексея генерал.

– Ну, в Индию и на Ближний Восток британцы нас точно не пустят, а вот Китай, страны Юго-Восточной Азии, Африка, Южная и Латинская Америка – наш регион. Здесь контроль послабее и товары наши в дефиците.

– Чем же отсталый Парагвай может пересилить промышленно развитые страны Европы?

– Контрабандой, – нагло улыбаясь, напомнил главный козырь казачий атаман. – Да и нам ближе до этих рынков, чем пароходам из Европы. Опять же за счёт энергии ветра и всеядности казацких пароходных топок нам дорога дешевле выйдет.

– В ближайшие пять лет Парагваю на советскую власть пахать придётся, – в свою очередь злорадно напомнил торговцу генерал. – Казацкая экономика на весь колониальный мир товаров не наготовит. Всё же, чем конкретно промышлять думаешь, батюшка?

– Титул владыки мне больше по нраву, – шутливо подмигнув, огладил бороду ладонью неформальный хозяин Парагвая и просветил страждущих: – Торговля лекарством и оружием – самая прибыльная, да и Европа здесь нам не конкурент.

– Лекарственные препараты твои целители-китаёзы и доктора-эмигранты наловчились чудные варить, – неохотно признал очевидные достижения парагвайской медицины Врангель. – На цивилизованный рынок конкуренты-аптекари их не пустят, а в колониальных странах от травяных настоек, порошков и мазей отбоя не будет. Но вот насчёт оружия?

– Так у парагвайцев покупать в розницу дешевле, – выдал спорный аргумент спекулянт.

– И откуда столько стволов взять?

– Сто тысяч европейских образцов купили по бросовой цене у большевичков, – пожал плечами атаман. – Казачьему войску разнокалиберный хлам ни к чему, с патронами одна морока. Да и от старых русских трёхлинеек, что белогвардейцы натащили, тоже надо потихоньку избавляться.

– Чем это вам, владыка, русское оружие не по душе? – нахмурился бывший командующий Крымской армией.

– Устарелая модель, – пожал плечами казачий атаман.

– У парагвайской армии винтовки ещё хуже, – совсем уж помрачнел генерал.

– Да казакам до государственной армии дела нет, – небрежно отмахнулся вождь анархистов. – Мы своё казачье войско содержать должны. И для этого будем современное оружие разрабатывать, но об этом поговорим завтра на закрытой военной коллегии.

– Ладно, отложим вопрос до завтра, – поджал губы генерал. – А как рассчитываете старьё аборигенам втюхивать?