Чтение онлайн

– Что у вас с пальцем? – спросил Дронго.

– Порезался, – попытался вырвать ладонь Горлач, но Дронго крепко держал его. – Только не думайте, что я порезался о тот самый нож, которым ударили Моничелли, – глумливо улыбнулся Горлач. – Я его не убивал.

– Вы давно курите сигары?

– Я уже давно состоятельный человек, – отрезал Горлач, – лет пятнадцать.

– Не сомневаюсь. Вы все стали состоятельными сразу после распада Советского Союза. Набросились на все, как саранча, и ободрали остатки огромной и богатой страны.

– Вы считаете меня виноватым в распаде страны?

– Таких, как вы. Жадных и бессовестных. – Дронго наконец отпустил руку Горлача. – Но если вы так давно курите сигары, то сколько раз вы резали себе пальцы?

– Ни разу в жизни, – разозлился Горлач, – а сегодня так глупо получилось. Я нервничал из-за этого разговора за обедом, когда все узнали о моем проекте. Вот поэтому и порезался.

– У вас были причины не любить Моничелли. Ведь он считал вас неудачливым бизнесменом и не верил вам.

– Это ваши фантазии, – разозлился Горлач. Он достал сигару, но не стал ее прикуривать. Вместо этого он повернулся и быстро вышел из гостиной.

Через час приехали сотрудники полиции сразу на трех машинах. Они долго допрашивали всех присутствующих в доме. Несколько человек с фонарями осматривали побережье, пытаясь найти возможное орудие преступления. Уже остывшее тело Моничелли увезли в местный морг, чтобы провести вскрытие. К пяти утра сотрудники полиции наконец уехали, и измученные гости отправились спать по своим комнатам. Дронго вошел к себе в комнату, когда солнце уже поднялось над горизонтом. Он начал раздеваться, когда услышал осторожный стук. Дронго прислушался. Стук повторился. Он подошел и открыл дверь. На пороге стояла Алиса. Она была в атласном китайском шелковом халате, расшитом драконами. Очевидно, она поднялась прямо из своей спальни. Он взглянул на нее и еще раз подумал, что она напрасно увеличила себе грудь.

– Что вам нужно? – спросил Дронго.

– Я хочу поговорить с вами, – сообщила Алиса.

Он посторонился, и она вошла в комнату.

– Юхан только что заснул, – пояснила Алиса, – он в таком ужасном состоянии.

– Садитесь, – показал он ей на кресло, стоявшее в углу, и сам сел на стул у двери.

– Спасибо. – Без вызывающего макияжа она выглядела очень неплохо. Можно было сказать, что она была симпатичной молодой женщиной. Она села в кресло, поправляя халат.

– О чем вы хотели поговорить со мной? – спросил Дронго.

– Я видела убийцу, – сообщила Алиса.

Дронго нахмурился. Почему она так долго молчала и ничего не сказала сотрудникам полиции?

– Почему вы раньше не сказали мне об этом?

– Я была в таком состоянии, что не могла успокоиться. Мы ведь подошли совсем близко и решили, что Моничелли просто лежит на песке. Юхан повернул его, а потом прикоснулся ко мне. Я была вся в крови. Это было так неожиданно, так страшно. Я закричала.

– Кого вы увидели?

– Мужчину. Сначала он смотрел на нас, а потом повернулся и быстро ушел с пляжа. До него было далеко, но я его узнала. А потом молчала, не хотела никому говорить. Но я его узнала.

– Это был кто-то из наших знакомых?

– Да, – чуть помедлив, сообщила Алиса. – Было темно, его лица почти не было видно. Но я его узнала. Он чуть повернулся, и луна осветила его. Я его сразу узнала.

– Кто это был?

– Наш визажист. Эдуардо Линдси. Это был он.

– Юхан тоже видел его?

– Н-нет. Нет, он его не видел. Не мог видеть.

– Почему?

– Не мог, – упрямо повторила она.

– Как это не мог? Вы были не вместе? Он отходил от вас?

– Не поэтому. Он просто не мог ничего видеть.

– Если вы будете все время твердить одно и то же, то я ничего не пойму. Почему он не мог видеть Линдси? Вы были на пляже вдвоем?

– Да. Дело в том, что визажист стоял у него за спиной. Мы пошли на пляж… в общем, мы занимались сексом. Прямо на песке. Я лежала на спине и видела Линдси, а Юхан не мог его видеть, – с потрясающей откровенностью объяснила Алиса.

– Теперь понятно, почему вы были в одном купальном костюме. Ночью купаться в океане очень опасно, можно нарваться на акулу.

– Мы не купались. Но я увидела Линдси. Он увидел, как мы занимаемся любовью, и ему стало неприятно. Я так думаю. Он повернулся и ушел. А потом, через несколько минут, мы нашли Моничелли. Я не сразу все сообразила. А потом поняла, что его убил Линдси. Он так странно на нас посмотрел.

– Это еще ничего не доказывает, – возразил Дронго. – А как Юхан вел себя, когда вы обнаружили тело его отчима?

– Он словно сошел с ума. Очень переживал. Нервничал. Послал меня в дом, сам остался, пытаясь помочь Моничелли.

– Кроме Линдси, вы никого больше не видели?

– Нет. Больше никого. На пляже больше никого не было. Только не говорите никому, что я вам рассказала. Я так боюсь за Юхана. Этот визажист почему-то не любит Юхана. И я не знаю почему.

– С чего вы взяли?

– Чувствую. Мне кажется, они слишком разные люди. Линдси такой утонченный эстет, любит искусство, классическую музыку. У него экзотические сексуальные предпочтения. А Юхан совсем другой. На любом концерте классической музыки он сразу засыпает, ему не нравится современное искусство, он любит ходить в «Макдоналдс» и носиться по городу на мотоцикле, одеваться попроще и встречаться с женщинами. Я думаю, что Линдси за последние десять лет ни разу даже не подходил к «Макдоналдсу» ближе чем на десять шагов. Наш визажист считает, что Юхан неблагодарный сын, и все время настраивает Кристин против него. И против меня.

– Не нужно быть столь категоричной. Они, безусловно, разные люди, но Кристин искренне любит своего сына. И как мать хочет, чтобы у ее мальчика была достойная подруга. Можно один личный вопрос?

– Мне? Можно.

– Вы прибегали к помощи пластической хирургии? Только не врите. И не дергайтесь.

– Это неприлично – задавать такие вопросы молодым женщинам, – томно улыбнулась Алиса.

– Да или нет?

– Да.

– Это еще один факт, который раздражает Кристин. В вашем возрасте не обязательно прибегать к подобным операциям. Она вам ничего не скажет, но подсознательно это ее раздражает.