Чтение онлайн

— Они у меня настоящие головорезы, — гордо сказал мне Рагнар.

Он ехал под своим знаменем. То было настоящее орлиное крыло, прибитое к верхушке высокого шеста. Шлем Рагнара украшали два таких же крыла.

— Я давно мечтал об этом, — сказал он, когда мы двинулись на восток. — Все то время, пока был заложником, я мечтал отправиться на войну. Ничто не сравнится с этим, Утред, ничто!

— А женщины? — спросил я.

— Ну, пожалуй! — согласился Рагнар. — Женщины и война!

Он весело гикнул, и его конь прижал уши и сделал несколько коротких шажков, высоко поднимая ноги, как будто разделял веселье своего хозяина.

Мы возглавляли колонну, но около дюжины людей Рагнара на легконогих лошадках рыскали где-то далеко впереди. Эти дозорные, подавая друг другу знаки, сообщали вести назад, Рагнару. Они расспрашивали пастухов, собирали слухи, узнавали, какие где витают настроения. Словно гончие, вынюхивающие след, искали они Гутреда. Мы ожидали, что след его будет вести на запад, к Камбреленду, но утро близилось к концу, а наши разведчики все продолжали забирать на восток.

Мы двигались медленно, что расстраивало Беокку, но как, скажите, можно ехать быстро, толком не узнав сперва, куда следует направляться.

И вот наконец разведчики удостоверились, что след ведет на восток, и погнали своих лошадок через холмы. Мы последовали за ними.

— Гутред пытается вернуться в Эофервик, — высказал догадку Рагнар.

— Тогда он опоздал, — откликнулся я.

— А может, он в такой панике, — жизнерадостно предположил Рагнар, — что вообще не понимает, что делает.

— Очень может быть.

С нами ехали Брида и еще двадцать женщин. Брида была в кожаных доспехах, ее черный плащ скрепляла у горла брошь из серебра и черного янтаря. Из волос она соорудила высокую прическу и перевязала ее черной лентой; на боку у Бриды висел длинный меч. За то время, что мы не виделись, она выросла и превратилась в красивую стройную женщину, которую окружала аура властности и силы. Я подумал, что это оскорбляет отца Беокку, который знал Бриду еще ребенком. В детстве ее воспитывали как христианку, но она вырвалась из лап этой веры, что очень расстраивало доброго пастыря. Правда, иногда мне казалось, что гораздо больше священника смущает ее красота.

— Брида — колдунья, — прошипел мне Беокка.

— Если она колдунья, — ответил я, — то очень хорошо, что она на нашей стороне.

— Бог нас накажет, — предупредил он.

— Эта земля не принадлежит твоему богу. Это земля Тора!

Беокка перекрестился, чтобы защитить себя от зла, которое могли причинить мои слова.

— А что ты вытворял накануне, Утред? — негодующе спросил он. — Как ты вообще мог помыслить о том, чтобы стать королем?

— А почему бы и нет? — парировал я. — Среди моих предков были короли. В отличие от тебя, святой отец. Если не ошибаюсь, ты сам происходишь от свинопасов, так ведь?

Беокка не обратил на мои слова внимания.

— Король — помазанник Божий, — настаивал он. — Это избранник Господа и всего сонма святых. Святой Кутберт препоручил Нортумбрию Гутреду, это предопределено свыше. Как тебе вообще могло прийти в голову, что ты способен заменить короля?

— Пожалуй, лучше всего нам сейчас повернуться и отправиться домой, — заявил я.

— Повернуться и отправиться домой?! — пришел в ужас Беокка. — Но почему?!

— Потому что если Гутреда избрал твой Кутберт, — ответил я, — тогда святой сам сумеет его защитить. Мы не нужны Гутреду. Он может отправиться в битву в компании своего мертвого святого. Кстати, возможно, он уже так и поступил. Тебе это не приходило в голову?

— Что именно?

— Ну, вдруг Гутреда уже победили. Возможно, он уже мертв. Или носит рабские цепи Кьяртана.

— Сохрани нас, Господи, — снова крестясь, произнес Беокка.

— Но этого не произошло, — заверил я.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что в таком случае мы уже повстречались бы с беглецами из отряда Гутреда, — ответил я, хотя вовсе не был в этом уверен.

Может, как раз сейчас, пока мы с Беоккой ведем разговор, Гутред отчаянно сражается. Но я чувствовал, что Гутред жив и находится где-то не так далеко от нас. Трудно объяснить, откуда возникло это предчувствие, так же трудно, как и увидеть послание богов в упавшем пере крапивника, но я научился доверять своим ощущениям.

И не ошибся, потому что тем же утром один из разведчиков прискакал к нам по вересковой пустоши; грива его коня развевалась на ветру. Он быстро развернул лошадь, так что дерн и папоротник полетели во все стороны, и сообщил Рагнару, что в долине реки Свале видели большой отряд всадников.

— Они у Кетрехта, мой господин, — сказал разведчик.

— На нашем берегу реки? — уточнил Рагнар.

— Да, мой господин, в старой крепости. Они заперты там.

— Заперты?

— У крепости стоит второй военный отряд, мой господин, — объяснил дозорный.

Как оказалось, он сам не подъехал настолько близко, чтобы разглядеть знамена, но двое его товарищей спустились в долину, а тем временем этот первый разведчик галопом вернулся назад, чтобы принести нам весть о том, что Гутред, вероятно, где-то совсем неподалеку.

Мы поскакали быстрее. Облака мчались по небу, подгоняемые ветром, и к полудню прошел короткий дождь. Сразу после того как он прекратился, мы встретили обоих разведчиков, которые спустились в поля, лежащие у крепости, и побеседовали с воинами из второго отряда.