Властелины дорог
Шрифт:
В одном из них поселилась принцесса.
Шура лишь издали поглядывал в сторону королевских шатров, охраняемых гвардейцами, но не замечал там ладной фигурки принцессы.
Учебные бои не доставляли радости. "Харлей" перестал тешить. Даже есть толком не хотелось.
Утром они с Загом как раз получили паек и лениво завтракали у своего брезентового жилища кашей с жестким мясом, когда из-за шатров донесся знакомый рев.
– Вы что, совсем уже тут затормозили, проглоты? Да если я так буду питаться, то какой толк от меня будет в битве? Где нормальная еда?
Шура молча отставил миску, поднялся и пошел к палаткам кашеваров.
Там он застал такое зрелище: над худосочным поваром нависло громадное тело, требующее пятерную порцию. Кашевар оправдывался, что еще много таких голодных, что нужно, чтобы на всех досталось. Пузан держал повара за тощие грудки и угрожал продаться борнийцам, если его так будут кормить.
Собравшиеся найты беззлобно подшучивали над толстяком.
– Пусть идет. Он их так объест, что они передохнут с голоду, - весело сказал воин в заштопанной куртке.
Шура протолкался к продуктовой палатке.
– Брат, пойдем к нам. Поделимся своими запасами.
– Шура?
– прогремел Юсуф.
– Уцелел? Я рад тебя снова узреть.
– А то. Зови Томбо и айда к нашему шатру.
Солдатскую пайку отложили, молодой найт достал из коляски запасы из харчевни.
– Вы нас подкармливали, теперь наш черед спасать вас от голодной смерти, - сказал Шура, раскладывая на холстине сыр, колбасу, масло.
Толстый деланно скривился.
– И это все? Да я так изголодался на казенных харчах, что мне все это на один зубок.
– Не привередничай, - одернул его Томбо.
– Нашей машине легче в битве будет. А то все умчатся вперед, а мы отстанем. Всю славу упустим.
– Главное - не пропустить завтрак, - поднял Юсуф мясистый палец вверх, другой рукой хватая колбасу.
– Внал бы, фто так флохо будут ковмить - не прикатили бы фюда, - Колбаса уже исчезла в его большой глотке.
Они заканчивали завтракать, беседуя о предстоящей битве, когда к шатру подошел человек в сиреневых одеждах с желтой бычьей головой на груди.
– Кто найт "Харлея"?
– спросил посыльный.
Шура кивнул.
– Тебя требует к себе король Григор Пиер Седьмой.
– Так это ваша Синяя Молния на стоянке?!
– удивленно воскликнул Юсуф.
Молодой найт молча поднялся и пошел за посыльным, на ходу размышляя. Что королю Баделенда могло понадобиться от простого найта? Таких здесь больше двух тысяч.
Шатер для Григора Пиера Седьмого натянули огромный. Сиреневый конус возвышался над мотоциклами зализанных форм, над шатрами, над всем лагерем. Знамя такого же фиолетового цвета с желтой бычьей головой трепетало на ветру.
Посыльный прошел мимо стражников-гвардейцев, откинул большой полог, исчез внутри. Спустя несколько минут он снова возник на входе и пригласил найта внутрь.
Шура выдохнул и решительно шагнул в пасть шатра.
Внутри под сводом горело несколько фар, освещая убранство королевского жилища. И при их свете молодой найт впервые увидел короля.
Глава династии Пиеров сидел на мягком стуле, закинув ногу за ногу. Сиреневая мантия подбита мехом оссийского барса, на голове высится корона, исполненная в виде бычьей головы. На венце поблескивают красным цветом глаза-рубины, сияют золотые рога. Из-под короны выбиваются светлые курчавые волосы, слегка прикрывая вертикальные морщины на лбу.
Король тонкими губами жевал виноград, длинными пальцами отрывая ягоды от кисти на серебряном подносе. Пиер Седьмой старался казаться полным величавости и силы, но его выдавали глаза - в них жило беспокойство.
Около Григора сидел кряжистый мужчина в простой одежде - штаны и рубаха, обычная серая куртка, ботинки из мягкой кожи. На его непокрытой голове жесткой черной щеткой дыбились волосы, из такой же поросли состояла борода, закрывающая почти пол-лица, и кустистые брови, нависающие над пронзительными глазами.
Третьим скромно примостился Вайс.
Шура склонил голову и молча ждал. Король внимательно смотрел на вошедшего найта, продолжая отрывать виноградины от кисти и по одной отправляя в рот.
– Выходит, это наш герой?
Голос у короля оказался с высокими нотками, громкий и надтреснутый.
– Да, - сказал Вайс.
– У тебя "Харлей"?
– спросил король.
– Да, - ответил Шура.
– Ты скажи, зачем простому бедному найту такой мотоцикл?
Шура промолчал. Что он мог ответить королю?
– Расскажи, как ты получил "Харлей"?
– заговорил коренастый. Его голос, несмотря на то, что был глухим и в нем чувствовалась усталость, звучал более властно, чем у короля.
Найт начал излагать о своих приключениях. Рассказал о раненом жреце, о таблетках, о Храме с жилищем "Харлея". Что-то ему подсказывало, что не стоит говорить о допинге и о книге с письмом. Мертвый жрец не проболтается, все можно списать на борнийцев.
– Ясно. Что ты еще видел в Храме?
– категорично спросил коренастый.
– Мельницу изнутри. Подземную емкость с бензином.
– Что взял в Храме?
– Бензином заправились.
– Еще что?
– Больше ничего.
– Где взял коляску для "Харлея"?
– У борнийцев отбил.
– Ты убил Линора?
– Я.
– Давай книгу и письмо.
– Вы - Главный Клирик, старший инженер Дромм?
– Да.
– Я… у меня нет. Борнийцы забрали.
– Плохо.
Коренастый замолчал.
– Клирик, вы отберете у него мотоцикл?
– спросил король жреца.
– Он его получил не по праву. Мы…