Чтение онлайн

– Маша! – Мамин голос вырвал меня из сна, и я открыла глаза с ощущением, что прошла всего секунда. – Ты хорошо себя чувствуешь?

Я откинулась на подушку. В голове моей стоял непривычный сумбур. Что-то мне такое снилось… Очень приятное. И еще какие-то события происходили во дворе. Там были люди… много людей…

– После вчерашних прогулок встать не можешь? – Мама быстро прошла по коридору.

Прогулок? Ах да, Катрин позвала гулять. А потом пришел Макс.

Макс!

Я вскочила и в панике оглядела комнату. Это уже похоже на бред. С чего я решила, что здесь кто-то должен быть?

Нерешительно подошла к подоконнику, прислонилась лбом к стеклу. От моего дыхания оно перед носом запотело, и на нем стали проступать буквы.

Я обернулась, чтобы убедиться, что мама не собирается врываться в мою комнату, и несколько раз с силой выдохнула на стекло.

«Маша», – проступило на нем. И еще несколько раз печатными буквами: «Маша», «Маша», «Маша».

Рука пошла вверх раньше, чем я успела что-либо сообразить. И еще долго на стекле держался развод от ладони, которой я провела по написанным словам.

– Хватит спать на ходу! – Мама, как всегда, была активна, а я, как всегда, плавала по волнам собственной фантазии. – Откуда у тебя заварка в чашке? Опять ночью вставала чай пить?

Чашка демонстративно выпячивала свои синие бока с рыбками, которые уже приготовились повторить свою историю маме. Но мама не умела их слушать. Она даже не посмотрела на них внимательно.

Я прошла на кухню и плеснула в чашку кипятка, чтобы та не выглядела больше такой надутой и важной, и достала из холодильника колбасу.

– Май, есть же мюсли! Зачем тебе эта оберточная бумага? – мама не отставала.

Она с ужасом смотрела, как я создаю себе бутерброд. Колбаса с краю немного заветрилась, но выглядела вполне съедобной.

– По телевизору рассказывали, что в колбасе девяносто пять процентов мяса и всего пять процентов мышиных хвостиков.

Какая же я голодная! Еще пара таких ночных прогулок, и я по утрам начну уничтожать целый холодильник продуктов.

– Эх, Майка, Майка, – покачала головой мама, допивая свою болтанку. – Только ты стала хорошо выглядеть и снова хочешь превратиться в чучело? Посмотри, что сделала ламинария!

Кусок застрял у меня в горле. Нет, не могучее и волшебное средство под названием «ламинария» заставило меня забыть о еде. Я вдруг вспомнила, как холодные тонкие пальцы касались моих волос, как глубоко дышал Макс, когда был рядом.

Надкушенный бутерброд вернулся на тарелку. Я встала из-за стола и с опаской пошла в ванную.

Из зеркала на меня глянули знакомые настороженные глаза. Нос, скулы, упрямо сжатые губы – все на месте.

Я провела рукой по щекам, кожа была чистой. Машинально глянула на светло-розовый шрам на руке, коснулась своих волос. Они отражали тусклый свет лампочки и казались светящимися. Локоны чуть сбились после сна, но не потеряли своей формы.

Такими мои волосы были только один раз в жизни – когда дотошная парикмахерша по настоятельной просьбе мамы вылила на меня огромное количество разнообразных масок, добавила кондиционер и бальзам. Несколько дней потом я сама себя в зеркале не узнавала.

А сейчас?.. Общение с вампирами так хорошо влияет на структуру волос?

– Куда ты пропала? – Мама в прихожей надевала плащ. – Отраву с мышиными хвостиками я выбросила. Ешь салат из морской капусты! Я побежала.

Я вяло махнула рукой, боясь отвести взгляд от собственного отражения. Вдруг я моргну, и на меня из зеркала глянет лохматая баба-яга с единственным кривым зубом, торчащим изо рта?

Ничего не менялось. В зеркале была я.

Вот что любовь-то с людьми делает!

Я бросила последний взгляд в зеркало. И что мне теперь со всей этой красотой делать?

– Малинина меня теперь убьет, – прошептала я, нащупывая краны. Потрясение надо было смыть холодной водой. – Или сама себя покусает от зависти.

В дверь настойчиво позвонили.

Могучая троица не дождалась меня около кустов и решила подняться?

– А тебя не учили спрашивать, кто там, прежде чем выскакивать за дверь?

Макс был свеж, бодр и, как всегда, обаятелен. Серая водолазка с высоким воротом ему очень шла. Так и хотелось кинуться ему на шею. Но я сдержалась.

– Ты чего тут делаешь? – Глупее вопроса с утра в голову мне не приходило.

– Проверяю, все ли живы. – Макс выразительно посмотрел на меня, и я вдруг вспомнила, что до сих пор стою в одной ночнушке.

– Ой! – прыгнула я за дверь ванной комнаты. Из одежды здесь нашелся только халат. Подхватила его, метнулась к себе, крикнув: – Я сейчас!

– Ты очень красивая! – Макс беззастенчиво рассматривал меня.

– Да как ты смеешь! – метнула я в него халатом и захлопнула дверь прямо перед носом. – И не подсматривать за мной! Слышишь?

– Если нельзя, но очень хочется, тогда можно, – раздалось из-за двери. – Как-то так, если я не перепутал падежи.

– Ты хочешь, чтобы я тебя похвалила? – засмеялась я.

А теперь за дело – юбка, зеленые колготки, зеленый свитер. Шею замотаю шарфом.

Я распахнула дверь и врезалась в Макса. Он осторожно обнял меня за плечи.

– Какие у тебя сегодня планы на вечер?

– Сидеть дома. Мама запретила выходить на улицу.

Макс улыбнулся, и все его лицо преобразилось. Совершенно восковое, оно вдруг озарилось внутренним светом.

– Не уходи никуда. Я за тобой зайду. – Он отстранился, и я смущенно потупила глаза.

Черт! У меня гость, а я ему ничего не предложила!

– Чаю со мной выпьешь?

Макс захохотал так, что не только книжки на полках подпрыгнули, но, кажется, заорала сигнализация у машин во дворе.