Чтение онлайн

— Дев, это был пьяный водитель. Ты бы ничего не смог изменить, если бы был там.

— Я понимаю это. Потребовалось два года, чтобы я успокоился. И тогда, к тому времени, когда я немного пришел в себя, встретил тебя. — На его скулах снова заходили желваки. — И тут-то я по-настоящему понял, что такое чувство вины.

— О Дев!

— А знаешь, что такое настоящее сумасшествие? — спросил он, и странное выражение появилось на его лице. — Я нуждался в человеке, с которым мог бы поговорить об этом, о тебе, о том, что со мной происходит. Но единственным существом, которое могло понять меня, была моя жена. Я сходил с ума, борясь с собой, но окончательно запутался и решил: будь что будет.

— Элизабет, — еле слышно выдохнула Мэган.

— Да. — Он кивнул головой. — Настоящее сумасшествие!

— Но ты же знал, что дружба утеряна?

— Да. — Дев взъерошил рукой волосы. — Элизабет тоже понимала это и страдала так же сильно, как и я. Вернуть все, как было, оказалось невозможным. — Его голос словно охрип. — Наверняка я знаю лишь то, что никогда не чувствовал к Бетти или какой-нибудь другой женщине ничего подобного тому, что чувствовал к тебе. Это разрывало мою душу на части, это мучает меня и теперь.

Мэг раскрыла рот, но не произнесла ни слова. Слова замерли, застыли на ее губах.

— Я должен был исчезнуть, Мэг. Я не мог продолжать использовать тебя. Я слишком любил тебя. — Дев проглотил комок в горле. — И люблю сейчас. Больше всего на свете! Вот почему я уйду, если ты этого пожелаешь, уйду и никогда наши пути не пересекутся, Мэг. Только скажи.

Мэг повернулась и взглянула на него. Дев опустил глаза, словно ожидая смертельного удара. В бледном свете она разглядела, как дрожат его длинные ресницы, и последние остатки многолетнего гнева покинули ее.

Здесь, на этом берегу, в серебряном сиянии луны, затуманенной порывами теплого ветра, Мэган вдруг осознала то, что должна была понять давным-давно. Если она мало что значила для Дева шесть лет назад, он мог бы использовать ее до тех пор, пока не высосал бы из нее всю силу, чтобы выстоять самому. Он мог бы продолжать держать ее в заблуждении, мог бы брать, брать и брать, а потом, когда бы она обнаружила правду, просто оставить ее и никогда не возвращаться.

Мэг вспомнила то время, когда она мечтала нанести ему ответный удар: бросить ему в лицо горькие обвинения и укоры, высказать все то, что она о нем думала. И только сейчас до ее сознания дошло, что если бы Дев действительно был таким чудовищем, она не смогла бы найти слов, способных уязвить его. Но рвущие душу слова сломали бы Дева, будь он другим.

Он не мог сделать выбор. Теперь Мэг ясно понимала это. Дев должен был либо покинуть ее, либо сломаться под давлением обстоятельств. И как однажды она оказалась его единственным спасением, ей довелось стать последней каплей, переполнившей чашу его мучений.

— О Дев, — прошептала она и потянулась к нему.

Совершенно ошеломленный, Дев схватил ее за запястья.

— Мэг? — имя вырвалось из его груди низким, хриплым возгласом. Впервые за все это время на пустынном берегу, в призрачном лунном свете, из облика Мэган Спенсер на него глядели ясные синие глаза Мэг.

— Я не хочу, чтобы ты уходил, — прошептала она, и словно волна восхитительных чувств накрыла его и пробежала по всему его телу. — Я ничего не знала раньше, Дев. Сейчас я понимаю…

— Если ты только чувствуешь жалость ко мне из-за того, что…

— Перестань. Я никогда не испытывала никакой жалости к тебе. Я переживала, хотела, чтобы ты попросил моей помощи. А потом я чувствовала непереносимую обиду и не хотела думать, что тебе может быть тоже плохо. И плакала, ты не представляешь, как я плакала, когда решила, что ты оказался не тем человеком, которому я хотела доверить свою судьбу? — Она перевела дыхание. — Но теперь я вижу, что у тебя не было выбора. Ты должен был уйти, твой выбор был тяжел, но ты нашел правильное решение. Слава богу, ты не оказался дрянью, а ведь я считала тебя мерзавцем после всего случившегося. Если бы ты остался со мной, значит, ложь для тебя не имеет значения.

— Господи, Мэг…

— Я и сейчас хотела бы, чтобы ты тогда рассказал мне, но понимаю, почему ты этого не сделал.

— Я обидел тебя так сильно…

— Да, — призналась она, — но только потому, что не объяснил мне всего. Я решила, что ты ушел после того, как получил от меня все, что хотел.

Дев простонал, его руки от ее запястий скользнули к пальцам и сжали их.

— Я боялся, что ты именно так подумаешь, — прошептал он, — но я…

— Ш-ш-ш… — нежно остановила его Мэг. — Я понимаю.

— Я пытался найти тебя, — прерывисто говорил Дев, сжимая ее пальцы, — сразу, как только Бетти умерла.

— Я верю тебе.

— Я никогда не переставал любить тебя, Мэгги. — Он подавил вздох, когда она попыталась высвободить свои пальцы. — И после тебя у меня не было никого.

— Никого? — замерла Мэгги.

— Никого.

Мэг недоверчиво смотрела на него, и он ответил ей печальным взглядом.

— Джефф тоже не может понять этого. Он попытался как-то встряхнуть меня. Правда, всего один-единственный раз. Как-то вечером, несколько лет назад, мы вышли с ним за пиццей и пивом. Он уговаривал меня зайти к его девушке — теперь он на ней женат — и ее приятельнице. Сказал, что два года — вполне достаточный срок, чтобы перестать хандрить. Ну, мы пили пиво, а потом вино, короче, оба изрядно набрались. Он продолжал уговаривать меня снова приобщиться к радостям жизни, найти себе девушку. В конце концов, я сказал ему, чтобы он отвязался. Правда, не такими вежливыми словами. По крайней мере, так он мне потом говорил.

Мэган улыбнулась, и эта мягкая, легкая улыбка перевернула у Дева все внутри.

— И он «отвязался»?

— Да, ему надоело уговаривать без толку. Кстати, это совсем не похоже на Джеффа. Однажды я спросил его, почему мое «нет» он принял без возражений впервые за все то время, что знаем друг друга. — Дев с трудом подавил дрожь, когда Мэг начала медленно водить пальцем по его ладони. — Он ответил, что это дело дохлое, так как, оказывается, я сказал ему в тот вечер, что если не могу обладать тобой, то не хочу никакую другую женщину.