Чтение онлайн

Майрон покачал головой:

– И ты, Брут?

– Не пойму, о чем ты?

– Ты слышала о том, что происходило вчера вечером. И теперь стараешься – как бы выразиться помягче – быть со мной приветливой.

Эсперанса раздраженно фыркнула:

– Думаешь, мне есть дело до какой-то дерьмовой игры? И до того, что твоей заднице всыпали по первое число?

Майрон покачал головой.

– Слишком поздно, – вздохнул он. – Ты себя выдала.

– Ничего подобного. Ты облажался. И будь доволен.

– Хорошая попытка.

– Какая еще попытка? Говорю тебе – ты облажался. О6ла-жал-ся. Это было жалкое зрелище. Мне противно, что я с тобой знакома. Я готова умереть от стыда.

Он нагнулся и поцеловал Эсперансу в щеку. Она вытерла ее тыльной стороной ладони.

– Ну вот, теперь вшей не оберешься.

– Я в порядке, – заверил Майрон. – Честное слово.

– А мне плевать. Честное слово.

Зазвонил телефон. Она взяла трубку.

– Алло, это «Эм-Би спортс». Да, Джейсон, он здесь. Подожди минутку. – Она взглянула на Майрона. – Это Джейсон Блэр.

– Тот мерзавец, который заявил, что у тебя красивая задница?

Секретарша кивнула:

– Напомни ему про мои ноги.

– Я возьму трубку в кабинете. – Его внимание привлек снимок, лежавший на толстой пачке бумаг. – Что это?

– Материалы по «Бригаде Ворона».

Он взял черно-белое фото 1973 года – единственное, где были изображены все семеро участников группы. Майрон быстро нашел Лиз Горман. Он не очень хорошо запомнил ее, но, судя по снимку, вряд ли кто-нибудь мог догадаться, что Горман и Карла – одно лицо.

– Я возьму его ненадолго? – спросил он.

– Как хочешь.

Майрон вошел в кабинет и взял трубку.

– Слушаю, Джейсон.

– Где ты пропадал, черт возьми?

– А как твои дела?

– Только не делай из меня идиота. Ты поручил этой девчонке мой контракт, а она все провалила к чертовой матери. Я уже думаю о том, чтобы порвать с «Эм-Би спортс».

– Успокойся, Джейсон. Что она провалила?

В голосе Блэра прозвучало недоверие.

– Ты не знаешь?

– Нет.

– У нас в разгаре переговоры с «Ред сокс», так?

– Так.

– Я хочу остаться в Бостоне. Но все должны считать, что я вот-вот уеду. Кстати, это была твоя идея. Надо запудрить им мозги, будто я решил сменить команду. Чтобы вздрючить цену. Мол, я вольная птица и все такое. Мы ведь так договорились?

– Да.

– Мы не хотим, чтобы они знали про мое намерение вернуться в команду, разве нет?

– Да. В какой-то степени.

– К черту степень! – рявкнул Джейсон. – На днях моему соседу прислали письмо от «Ред сокс» насчет того, не желает ли он обновить свою сезонку. Угадай, чья фотография красовалась на буклете под надписью «Я хочу вернуться»? Ну, давай, я слушаю. Угадывай.

– Твоя, Джейсон?

– Вот именно, черт возьми, моя! Тогда я позвонил нашей Мисс Красивой Заднице…

– У нее красивые ноги.

– Что?

– Я говорю – ноги. Она невысокого роста, поэтому они не очень длинные. Но зато в хорошей форме.

– Хватит вешать мне на уши лапшу, Майрон! Слушай меня. Она сказала, что звонили «Ред сокс» и спросили, могут ли они использовать мое фото в своем буклете, несмотря на то что контракт еще не подписан. И она ответила – конечно! Сколько угодно! Представляешь? Что должны теперь думать эти козлы из «Ред сокс»? Я скажу тебе что. Они думают, будто я у них уже в кармане. И теперь все наши планы полетели к черту.

Эсперанса без стука открыла дверь:

– Пришло сегодня утром. – Она бросила на стол стопку бумаг.

Это был контракт Джейсона. Майрон начал его листать.

Эсперанса попросила:

– Переведи этого недоумка на громкую связь.

Майрон перевел.

– Джейсон…

– Проклятие, Эсперанса, убирайся с линии! Я говорю с Майроном.

Она пропустила его слова мимо ушей.

– Не стоило бы тебе это говорить, но я заключила твой контракт. Ты получил все, что хотел, и даже больше.

Джейсон сразу примолк.

– Четыреста тысяч в год?

– Шестьсот тысяч. Плюс бонус в четверть миллиона за заключение контракта.

– Но как… почему…

– «Ред сокс» дали маху. Как только они напечатали твой снимок в буклете, дело было в шляпе.

– Не понимаю.

– Все очень просто. На буклете появилась твоя фотография. Благодаря этому люди стали раскупать абонементы. Потом я позвонила в головной офис «Ред сокс» и сообщила, что ты намерен подписать контракт с «Рейнджерами» в Техасе. Я сказала, что вопрос почти решен. – Она закинула ногу на ногу. – А теперь на минуту представь, что ты «Ред сокс». Что бы ты стал делать? Как бы ты объяснил людям, взявшим билеты на Джейсона Блэра, что никакого Блэра у них не будет, поскольку его перекупили «Техасские рейнджеры»?

– К черту твои ноги и твою задницу! – заорал Джейсон. – Я в жизни не встречал таких потрясающих мозгов!

Майрон спросил:

– Что-нибудь еще, Джейсон?

– Больше тренируйся, Майрон. Судя по вчерашнему матчу, тебе это не помешает. Я хочу обсудить детали с Эсперансой.

– Я возьму трубку в своей комнате, – вставила она.

Болитар перевел звонок на другой телефон.

– Отличная работа, – произнес он.

Эсперанса пожала плечами:

– Кто-то лажанулся в маркетинговом отделе «Ред сокс». Такое иногда случается.

– Ты здорово все просчитала.

Она притворилась глубоко взволнованной:

– Твои похвалы – величайшая честь для меня.

– Хорошо, забудь, что я сказал. Иди возьми трубку.

– Нет, правда. Цель моей жизни – стать такой, как ты.

Майрон покачал головой:

– У тебя никогда не будет моей задницы.

– Что верно, то верно, – признала она, выходя из комнаты.

Оставшись один, Майрон взял снимок «Бригады Ворона». Трое из них пока на свободе – Глория Кац, Сьюзен Милано и самый известный из террористов, загадочный лидер группы Коул Уайтман. Никто не привлекал такого внимания прессы и не подвергался таким нападкам, как Уайтман. Когда «Бригада Ворона» ушла в подполье, Майрон учился в начальной школе, но он помнил эту историю. Забавно, что Коул вполне мог бы сойти за брата Уиндзора – он был такой же породистый и ухоженный блондин с аристократическим лицом. Все остальные выглядели неряшливыми и заросшими, и лишь Коул всегда был чисто выбрит и хорошо подстрижен, если не считать длинных бакенбард – единственной уступки тогдашней моде. Ничего похожего на левого радикала, какими их представляют в Голливуде. Но Уиндзор научил Майрона тому, что внешность бывает обманчивой.