Внук
Шрифт:
– Да, что-то сказал, и что?
– Да то, решили, что за твою самоволку, орден для тебя больно много. Поэтому просто повысили в звании, и дадут медаль.
– Ого, и этого много, зачем?
– Звание-то нужно, а то я узнал, как тебя строил политрук. Вот и решили, дать тебе младшего лейтенанта ГБ.
– Во блин. Росту на дрожжах. Как все зубы выбьют, наверное, к полковнику доберусь.
– Ага, мечтай! Просто дело вы сделали хорошее, и выполнили отлично.
Вечером принесли форму, вошла медсестра Юлечка, хорошенькая, положила на тумбочку. Я посмотрел вслед, уходящей сестре, и развернул одежду. Все знаки различия, уже были на своих местах. Я с удовольствием напялил шмотки и оглядел себя. Ай да вояка.
Ходил я уже нормально, немного прихрамывал только. Но боли не было совсем. Наверное, привычка уже. Немного покрутившись у зеркала, Юля и его принесла, опять переоделся в халат. Завтра, наконец, дело появится. Почти три недели дуру гнал. Нет, мне не сдохнуть хочется, хотя и не исключено. Просто так уж я был воспитан, вся моя большая семья, военные. Меня всегда тянуло к оружию, как наркоманов к героину. Такая видно уж судьба, не в двадцать первом веке, а тут. С такими мыслями я лег в кровать, и моментально уснул.
Опять не успел проснуться до того, как Истомин придет.
– Подъем, мамлей!
– Здравия желаю!
– Доброе утро!
– майор был в хорошем настроении.
– А оно бывает добрым?
– я сонно натягивал портки.
– Раз проснулся и есть дело, значит доброе! Все, просыпайся, давай.
– Так я уже встал!
– Но не проснулся. Вот твое оружие, - сказал майор, протягивая мне кобуру.
– А вот новые документы.
Я раскрыл книжечку, правда, мамлеем сделали. Убрав ее в карман, застегнул ремень и поправил кобуру.
– А чего ты кобуру как фашист носишь, по уставу положено сзади?
– А кто воюет больше, мы или немцы? Они ведь не просто так ее вперед вешают. Так удобнее, и вынуть пистолет быстрее позволяет.
– Ну ладно, но могут быть придирки.
– Интересно, что за светлая голова, у нас устав писала?
– Это очень заслуженные люди, поаккуратней со словами. Больно ты у нас на язык острый.
– Ну, вы ведь никому не скажете?
– Готов?
– Так точно!
– я и вправду был готов.
– Пошли, давай, самолет ждет.
Вылетели мы через час, а еще через час, садились на каком-то маленьком поле. От самолета нас забрала полуторка, даже странно видеть было, как Истомин в нее залезал. В кузове сидело еще пяток бойцов, все в фуражках с синим околышком. Сопровождение.
– Все полетят?
– спросил я у майора.
– Да, это моя группа, знакомься.
Парни по очереди пожали мне руку, представились.
– Они все знают?
– спросил я тихо у майора.
– Ничего, если будет нужно, я сам скажу то, что считаю нужным.
– Ясно. А куда едем-то, секрет?
– На фронт!
– отрезал Истомин.
Я не стал продолжать, видно было, что майор не желает продолжать. В части, которую мы посетили первой, и задержались в ней надолго, командующий полком, подполковник Иванцов, принял нас не добро.
– Чего, уже арестовывать примчались?
– раздраженно спросил он.
– Это не по нашей части, товарищ подполковник, просто посмотреть, - не моргнув глазом, ответил Истомин.
– А чего тут смотреть. Стоит фрицам ударить, как следует, и все, амба!
– Что, совсем туго?
– продолжал Истомин.
– А как еще? Снарядов нет, топлива нет, еды тоже нет. Как воевать, прикажете?
– Все будет! На путях диверсии, снабженцы застряли. Потеряли уже два эшелона боеприпасов и продовольствия. Сейчас налаживают контр-диверсионную работу. Очень много предателей развелось, переходят к немцам, а чтобы новые хозяева приняли, устраивают подрывы.
– И все это предатели делают, может немцы?
– не унимался подполковник.
– И немцы тоже, естественно! Куда без них. Авиация у них не дремлет.
Майор Истомин достал и разложил на столе карту местности, на которой стоял полк.
– Что у вас на левом фланге, товарищ Иванцов?
– Два танка, без горючего. Там несколько домишек от деревни осталось, ну в сараях замаскировали. У них десяток снарядов на двоих. Неполная рота, стрелковая. Много раненых. Легкие все на позициях, тяжелых держим в тылу. Отправить не на чем.
– Справа что?
– продолжал Истомин.
– Рота, плюс минометчики. Артиллерия вся в центре, да и осталось то их. Четыре пушчонки, да снарядов по ящику на ствол.
– Сегодня вечером, крайний срок, завтра утром, подойдут подкрепления и снабжение. Ваш полк, ближайший от узловой станции. И именно на вашем направлении, по данным разведки, сосредоточены главные силы фашистов.
– Опять нам все самое вкусное!
– рассердился комполка.
– Я же сказал, успеем пополнить ваше войско. Вы должны выдержать первый удар, смотрите сюда, - Истомин ткнул в карту карандашом.
– Вот здесь вы, в километре от вас на восток, в вашем тылу, понижение местности. Ваша задача, сдерживая натиск врага, медленно отойти. Продвигаясь назад, нужно немного оторваться, от противника, затем вы поднимитесь выше немцев, они попрут за вами.
– А если они окажутся выше?
– Во фланг не ударят. Там уже подготовлен удар наших войск. С севера ударит механизированный корпус, а с юга стрелковая дивизия. Им все равно на север надо, а то сами в котле окажутся. Мы должны сделать немцам хороший котел, когда вы затащите их под холмы.