Чтение онлайн

Прежде парализованные люди тут же начали двигаться, ерзать на стульях, поправлять одежду. Некоторые направились в туалет, а другие торопливо заказывали выпивку.

«Филадельфия» завершила тридцатипятиярдовый прорыв и кто-то громко вскрикнул. Жизнь в ресторане вернулась в нормальное русло. Все завершилось суетой, возбуждением, смешанным с облегчением. Метрдотель схватил телефон, несомненно, связываясь с местной телекомпанией. Вскоре один или несколько репортеров появятся здесь и будут, как сумасшедшие, расспрашивать присутствующих.

«И какова же была ваша реакция на появление пришельца, мисс?.. Смотрите, пожалуйста, в камеру».

Одни будут лгать, другие скажут правду. Наиболее фотогеничные получат шанс появиться на экране. Эрик высоко оценил шансы женщины за последним столиком. Для телетрансляции это среднее событие, и каналы новостей «пожуют» его пару дней, а затем все будет забыто.

Многое забылось уже во время игры. К перерыву между таймами Финикс выигрывал. Эрик прикончил второй гамбургер и жаркое. Теперь вся компания была занята мороженым. И тут разговоры в зале смолкли во второй раз. На экране появился Эулио Ортега. В ресторане воцарилось напряженное ожидание.

Каждую неделю во время перерыва в главной игре национальными студиями проводилась особая презентация имен тех счастливчиков, которых квалифицировали для Ворот. Это вызывало даже больший интерес, чем сама игра.

– Интересно, кто же на этот раз заполучит Ворота? – спросил Чарли.

– Да уж не ты и не я, – проговорила Габриэлла, крепко затягиваясь сигаретой. – Не понимаю, почему это вообще всех так волнует?

Но она так же, как и все остальные в зале, прилипла к экрану.

– Никогда не узнаешь, – возразил Чарли. – Они все время отбирают обыкновенных граждан. Кто-то же должен убирать мусор в колониях.

– Действительно так и есть, – вставила Адриенна, – но у них нет недостатка в рекламных агентах.

– Они основываются не только на профессии, – заспорил Чарли. – Иногда достаточно определенного психологического описания.

Габриэлла одернула его:

– Тише, они объявляют.

Но этот раз Ворота достались троим, о чем Ортега и доложил слушателям. Счастливчиками оказались Шейла Онлуйо из Найроби Кения, майор Онапура из Коломбо, Шри Ланка, и Атали Матайа из Тихоокеанской Конфедерации, Тонгалезу.

Раздалось несколько стонов притворного разочарования. Вероятность оказаться среди счастливчиков была ничтожно мала, хотя Чарли не ошибался, говоря, что выбрать могли каждого. Это напоминало самую обычную лотерею с традиционным концом-вознаграждением – поездкой в рай. Или точнее на Эдем и Гарден.

Сегодня все прошло мимо их региона. Ни одного североамериканца. Все, кроме последнего, представители Старого Света.

Ортега продолжал, сообщая краткие биографические данные трех счастливцев. Двое мужчин и одна женщина: первый – агротехник, второй – программист, третья инженер-биоихтиолог.

– Как раз твои средние граждане, – заметила Габриэлла. – Первые попавшиеся. Так они всегда и делают.

Чарли пытался восстановить свою главенствующую роль в разговоре.

– Послушай, только не говори, что ты не помнишь, как шесть месяцев назад они подобрали ту задницу с улиц Чикаго?

– Какую задницу?

– Я помню, – весело проговорила Адриенна. – Он был просто лодырь и ханурик.

– Без работы? – подозрительно спросила Габриэлла.

– Нет, я тоже помню этот случай, – отозвался Эрик. – У него не было никакой профессии. Испаноязычный, неженатый, без близких родственников. Они отослали его с двумя транспортными работниками. Никаких дипломов или отличий в той группе.

– Вот видишь? – просиял Чарли и с триумфом посмотрел на Габриэллу. – Любого могут выбрать.

– Возможно, – неохотно согласилась она, – но это чертовски маловероятно. Может, они делают это только для того, чтобы поддерживать у всех надежду?

– Не лишено смысла, – заметил Эрик.

– Чушь. Просто они придерживаются определенных стандартов, – настаивал Чарли. – Слишком уж велика ставка.

– Это тоже отнюдь не малая ставка – поддерживать во всех нас, рядовых гражданах, уверенность, будто мы имеем такие же шансы урвать от небесного пирога, как и те, кто имеет три докторских степени.

– Ну… возможно. Только у меня дыхание не перехватило.

– Однако разве это не удивительно, – задумчиво проговорила Габриэлла, наклонившись вперед и испугав Эрика тем, что потерлась своим коленом об его. – Гарден и Эдем, райские миры, где фермеры собирают три урожая в год, где пейзажи захватывающей дух красоты, где круглогодично прекрасная погода. Никаких опасных животных, никаких источников загрязнения, о которых стоило бы беспокоиться, все удобства современного общества регулярно поставляются через Ворота… бесплатно. Я бы не колебалась ни минуты, если бы у меня появился шанс.

Она вдруг посмотрела Эрику прямо в глаза.

– А как ты, Эрик? Поехал бы?

– Не знаю, – неловко ответил он, остро ощущая трение колена под столом. – Думаю, да. Каждый согласился бы.

Это было правдой. Правительству не требовалось никого уговаривать. Едва ли кто отказался бы от Ворот. За сто пятьдесят лет работы Ворот произошло всего лишь два или три случая, когда выбранный отказался от предоставленной возможности. Чудаки. Все остальные поехали. Кто же откажется от бесплатной поездки на Эдем, если ему предложат?

Об этом каждый может только мечтать. Самые низкие из низких надеялись, что по каким-то невероятным психологическим причинам они окажутся избранными. У бедняка такие же шансы, как и у миллионера.

«Конечно же, я воспользовался бы такой возможностью», – сказал себе Эрик. Как бы то ни было, сейчас, судя по глазам Габриэллы и действиям ее ноги, имелись гораздо более реальные возможности. Казалось, он сможет получить кое-что помимо Ворот.

Церемонии в перерыве закончились, и игра возобновилась. Призрачные шансы попасть в Ворота были смыты возгласами болельщиков и голосом комментатора.