Чтение онлайн

– А почему «странная» материя? – спросил Гейд.

– Странная материя обладает сверхплотностью, – сказала Рош, прежде чем Ящик успел ответить на его вопрос. – Ею легче управлять, чем какой-либо другой. С ее помощью легко изменить ядро звезды. Получив контроль над ядром, можешь развлекаться с электромагнитным и гравитационным полями.

– Именно так создается Горизонт Райм-Переса, – добавил Ящик.

– Многократное уничтожение, – проговорил Гейд.

– Рукавица является абсурдным примером того же эффекта, – согласился ИИ. – Если бы разработчики устройства хоть на минуту задумались над тем, что делают, то сообразили бы, что их надежды абсолютно невыполнимы.

– В любом случае они достойны восхищения уже потому, что предприняли такую попытку, – пожав плечами, заметил Гейд.

Множитель кварков продолжал продираться сквозь измученную хромосферу Хинтубета, такой же безжалостный, как и законы физики, которые предсказывали неминуемую гибель звезды.

– А что произойдет, если мы их уничтожим? – спросил Кейн.

– Катастрофа, – ответил Ящик. – Ядерные процессы внутри солнца выйдут из-под контроля, и так будет продолжаться до тех пор, пока реакции, поддерживающие Горизонт Райм-Переса, не перестанут действовать. Граница станет хаотичной, эффект будет нарастать, пока в конце концов, причем довольно быстро, она совсем не разрушится.

– Как ты думаешь, кто мог забросить сюда множители? – спросила Рош.

– На таком расстоянии рассмотреть детали не представляется возможным, – проговорил Ящик. – Я не вижу на множителях никаких отличительных знаков. Однако в данном регионе только Торговая коалиция Экандара производит множители, достаточно мощные для реализации такого крупного проекта.

– Ты полагаешь, они в этом замешаны?

– Нет. Устройства подобного рода известны уже несколько веков. Это скорее всего входило в состав опытного образца Рукавицы, оно сделано давно.

– Хорошая новость – для разнообразия. Мне трудно себе представить, зачем кому-нибудь может понадобиться выпускать их сегодня. – Рош на мгновение задумалась. – Если это опытный образец и его использовали, чтобы захватить Солнечного Вундеркинда, значит, держали где-то поблизости. А учитывая, что потребовалось некоторое время, чтобы снова привести его в рабочее состояние и запрограммировать, на транспортировку совсем ничего не остается.

– А нам известно, когда устройство активировано? – спросил Гейд.

– Не раньше двадцать шестого числа прошлого месяца, – заявил Ящик. – Именно тогда десантники Армады, отправившиеся в систему выяснить, что здесь происходит, наткнулись на засаду. Предположительно, на тот момент система была открыта.

– А нет ли какой-нибудь возможности установить время активации устройства точнее?

– Я проанализировал скорость распада границы. Если мы предположим, что первоначально она охватывала все кольцо комет Палазийской системы, получается, что устройство включено где-то между тридцать седьмым и сороковым.

– Следовательно, у владельцев Рукавицы была всего неделя, чтобы добраться сюда, – подсчитала Рош.

– А как им удалось проскользнуть мимо воина-клона? – поинтересовался Гейд.

– Предположим, множители перенесены как можно ближе к солнцу при помощи гиперпрыжка и на большой относительной скорости, – проговорил Ящик. – Как только их подхватила гравитация Хинтубета и они оказались внутри хромосферы, Солнечный Вундеркинд уже не мог их отключить.

– И вообще, он мог и не знать, что они такое, – заметила Рош.

– Они не демонстрировали явной враждебности, – пояснил ее мысль Кейн. – А у него и без них хватало проблем.

– Звучит разумно. – Рош отвернулась от солнца и устройства, медленно его уничтожавшего. – Что еще удалось обнаружить?

– Наш зонд вышел на орбиту планеты Карса, – сообщил Каджик. – Складывается впечатление, что там все в полном порядке. Станция Уайт – автоматизированная установка, предназначенная для изучения звезды, не повреждена.

– Потому что не представляла никакой угрозы, – проговорила Рош. – Продолжай.

– Тот же самый зонд исследовал Пояс Маттар, когда пролетал сквозь него, – сказал Каджик. – Есть данные о какой-то активности на нескольких астероидах, хотя замечен только один действующий ползун. Здесь также все в полном порядке.

– Какие-нибудь признаки людей?

– Никаких. Внутренняя система производит впечатление необитаемой, если не считать машин, конечно.

– Возможно, мы сумеем их использовать. Ящик, когда подлетим поближе, свяжись с искусственными интеллектами станции Уайт и ползунов. Вдруг они записали какие-нибудь данные, которые помогут нам узнать, как действовал Солнечный Вундеркинд.

– Хорошо, – ответил Ящик. – Если другие станции стали жертвой такой же атаки, от которой пострадал аванпост Гур, взрывы не остались не замеченными одним или несколькими автоматизированными наблюдателями. В этом случае мы точно определим время нападения.

– Сообщи, что тебе удастся выяснить. – Рош повернулась к Каджику:

– Есть новости с Джагабиса?

– Зонд выйдет на позицию примерно через час. Двадцать пять минут назад, практически сразу после того, как мы прибыли в систему, все передачи из интересующего нас региона прекращены.

Рош мысленно подсчитала, сколько нужно времени, чтобы данные, путешествующие со скоростью света, пересекли систему дважды; Каджик прав – кто-то на Джагабисе узнал о появлении в системе «Аны Верейн», а затем немедленно прекратил все передачи.

– Значит, кто-то знает, что мы здесь, – мрачно подытожила она.

– Они знали, – поправил ее Гейд. – После прибытия мы сразу замаскировали корабль, так что элемент неожиданности все-таки на нашей стороне.

Рош кивнула.

– Остальным зондам удалось обнаружить что-нибудь интересное?