Во Славу Солнца
Шрифт:
– Аудитор Бирн, ваши люди должны быть готовы через два часа. Повторяю: два часа.
– Я вас слышу. – Ответ Бирн последовал без малейшей задержки. – Почему вдруг такая спешка?
– Мне удалось выяснить, что взрыв оболочки солнца может произойти значительно раньше, – ответила Рош. – У нас осталось всего три дня, чтобы закончить все дела и унести отсюда ноги.
– А это возможно?
– Мы попытаемся, – сказала Рош. – Большего я обещать не могу...
ЧАСТЬ IV
«СЕБЕТТУ»
ИНТЕРЛЮДИЯ
Он проснулся, охваченный паникой: кто-то говорил с ним!
Сначала он подумал, что это кто-то из слуг Жилища теней. Но голос был холодным и скользким, острым, словно игла шприца, и гибким, как проволока. Он миновал все защитные рубежи и пронзил мозг, точно рыболовный крючок.
Он пытался разыскать базисную точку. А когда его постигла неудача – нашел лишь пустоту, – он вспомнил, где находится.
Мерзость!
– Ты меня слышишь?
Он отчаянно пытался думать. Когда он заснул? Как мог позволить себе стать таким уязвимым?
ПОМОГИТЕ
Он почувствовал, как техник поднял голову, услышав голос, идущий от мониторов.
– Мне казалось, ты потерял сознание после моего удара.
Неблагодарный мерзавец. Разве ты не хочешь отдохнуть?
ПОМОГИТЕ
МНЕ
– Что-то не так?
МЕРЗОСТЬ
– Что?
ЗДЕСЬ
– О чем, черт побери, ты говоришь? Тут нет никого, кроме меня и тебя.
Он сдался, вновь побежденный пространственными координатами. К тому же голос исчез, растворился в темных провалах, словно дурной сон. Может быть, ему привиделось...
– Кто-нибудь меня слышит?
Его туловище скорчилось от ужаса, а орган эпсенса вертелся в задней части черепа, точно электрический угорь в грозу.
Каждая клеточка тела содрогалась от внутренних прикосновений чудовищного голоса. Где-то прозвучал сигнал тревоги, он ощутил его чувствами техника. Что это значит? Страх за его благополучие? Или техник боится, что он попытается сбежать? Он не знал ответа. Возможно, верно и то, и другое.
– Я чувствую что-то – я чувствую тебя! Кто ты? Где я?
УБЕЙ
– Кого убить? К кому ты обращаешься?
ЕЕ
– Подожди. Изображение проясняется. Теперь я вижу тебя лучше. Ты тот, кто поглощает все мысли в системе!
ПОМОГИТЕ
– Кто ты? Олмахой? Что означает «ирикейи»?
Я
– Имена... Жестокая и ее слуга... Загадка и Сияющий...
Голос смолк. Он ждал затаив дыхание, не смея поверить, что удалось так легко от него избавиться.
– Мерзость? Проклятие! Кто ты есть, чтобы меня судить?
Щупальца с острыми кончиками окружили его разум. Он расслабился. Если нападение будет таким, он в безопасности.
Щупальца соскользнули, не сумев ни за что уцепиться.
– Я не могу – как тебе удается?
Глубоко внутри себя он создал место, в котором имел возможность размышлять, убежище, где даже она не могла его достать. Слуга Жестокой недооценил ее угрозу, а он не умел его предупредить. Его затопил страх. Мерзость не могла причинить боль непосредственно, но ей все еще по силам ему навредить.
Укус смерти для него ничуть не хуже, чем необходимость кому-нибудь принадлежать. Более того, собственная смерть могла прийти как облегчение, если бы подарила свободу.
И все же надежда еще оставалась. Она всего лишь ребенок. Без взрослого ведущего разума ее талант пропадает зря.
Если повезет, она никогда не узнает, на что способна, – во всяком случае, до тех пор, пока он не запрячет эту мысль как можно глубже, куда не доберется ее любопытный разум.
Он не представлял, что делать дальше', но понимал: ему ничего не достичь, если он и дальше станет прятаться в своем убежище. Рано или поздно ему придется выйти, чтобы выполнить приказ слуги Жестокой. Иначе Мерзость будет предпринимать все новые и новые попытки прорваться...
– Чего ты боишься? Я действительно не хочу причинить тебе боль. Просто перестань искать возможности меня убить, ладно?
«Интересно, почему я должен заключать сделки с такими, как она?» – подумал он.
– Потому что я могу оказаться тебе полезной. Ты и сам здесь в ловушке. Они тебя используют. Мы можем помочь друг другу спастись.
Но ему некуда бежать.
– На «Ане Верейн» есть работающий гипердрайв. Мы можем улететь в любой момент.
Так почему же она все еще здесь?
– Потому что мы не закончили то, ради чего сюда прибыли. Вот, послушай.
Мерзость направила в его сторону сгусток неуклюжих мыслей, и он автоматически отпрянул.
НЕТ!
– В чем дело? Неужели я вызываю у тебя такое отвращение?
Он не ответил. Техник изучал его более внимательно. Его странные конвульсии и бормотание не остались незамеченными. Нужно соблюдать осторожность, иначе кто-нибудь заподозрит, что у него появились собственные планы.
– Ну, я вижу, ты действительно что-то скрываешь.
Конечно, скрывает. Гораздо больше, чем она может себе представить.
– Не будь таким самоуверенным. Что-то относительно Руфо. И Кейна. Я думала, ты Кейн, когда в первый раз коснулась тебя. Никто не в силах пробиться сквозь этот туман, кроме него. Так я думала раньше.
Продолжая сидеть в своем убежище, он понял, что маскировка Сияющего ее также обманула. Уже кое-что. Она оказалась не такой проницательной, как он боялся.
– Почему я не могу войти в контакт с кем-нибудь еще?
Где Морган?
Он узнал имя из сознания Мерзости, но не имел представления о том, как она его получила. Близость к Сияющему мешала разглядеть остальную часть системы.