Чтение онлайн

— Боги уже покарали его. Какие сведения ты можешь сообщить суду?

— Какие? — Арбазат нахмурил лоб и пожал плечами. — Мы гонялись за этим проклятым скифом больше трех лун. Пять раз мы настигали его, но он неизменно уходил от погони. После того, как мы загнали его в пески Тсакума, мой господин велел оставить скифа в покое.

— Как вы должны были поступить со скифом?

— Хозяин приказал избавиться от него. Убить или пленить — безразлично. Мы должны были вернуть перстень и коня.

— Понятно. — Сраоши вновь зашелестел пергаментом. — А скажи мне, Арбазат, не был ли кочевник Скилл замечен в каких-либо богомерзких поступках?

Рыжебородый был явно смущен этим вопросом.

— Не знаю. Я не слышал о ней ничего дурного.

Но Сраоши не успокаивался.

— Высокий суд располагает свидетельствами, что скиф многими месяцами не приносил ни единой жертвы Ариману или Ахурамазде.

— А когда ему было, — простодушно ответил стражник. — Мы преследовали его по пятам. Ему едва хватало времени, чтобы напоить коня и напиться самому.

Ответ Арбазата не удовлетворил ретивого секретаря. Скрывая недовольство, Сраоши сказал:

— Суд принял твои показания к сведению. Ты можешь идти.

Стражник покинул судилище. Минуя душу, он бросил на нее взгляд, в котором читались жалость и ужас.

Сраоши вновь покопался в кусках пергамента, после чего провозгласил:

— Вызывается второй свидетель обвинения!

На возвышение взошел псевдочеловек.

— Твое имя, свидетель?

— Я харук. У харуков нет имен.

— Хорошо. Свидетель харук, что ты можешь сообщить суду относительно скифа по имени Скилл, который пробрался в ваш город во время лунного пира?

— А, этот… — Харук пошарил глазами и нашел душу Скилла. — Он хуже животного и достоин смерти.

— Свидетель, поясни свои слова.

— Этот негодяй пробрался в наш город и убил нашего брата жреца Веретрагны…

— Протестую! — фальцетом завопила душа. — Я…

Но Сраоши мгновенно заткнул рот Скиллу:

— Протест отклоняется. Продолжай, свидетель.

— Он убил нашего брата, а затем осквернил своим присутствием священный пир. При этом он напал на меня и похитил мою одежду. Будучи разоблаченным, он бежал из города с помощью нэрси, убив Великого Посвященного.

— Вот как! — заорал Сраоши. — Этот кощунственный акт походит на надругательство над верой. Не так ли, свидетель?

— Да, именно так, досточтимый судья. Посвященный брат ничем не угрожал скифу, но тот намеренно направил в него стрелу.

— Очень хорошо, свидетель. У тебя есть еще какие-нибудь замечания?

— Нет.

— Душа имеет замечание! — заявила душа, с трудом заставлявшая себя молчать, слушая столь наглую клевету.

Первым побуждением Сраоши было отказать душе в слове, но это было бы нарушением судебного фарса, поэтому после некоторых колебаний секретарь вымолвил:

— Слово предоставляется душе.

— А не объяснит ли почтенный свидетель, что за жертву они намеревались принести Ариману той ночью?

Харук замялся. Видя его замешательство и чувствуя себя все уверенней, Скилл продолжил:

— Не может? А по-моему, не хочет! Я расскажу почтенному суду и публике, какая жертва была назначена на эту ночь. То был мой конь Черный Ветер! Перед тем, как вызвать Аримана, харуки, не желая отдавать коня, спрятали его в храм Жабы. Я сам был тому свидетелем. Как харуки могут объяснить свои действия?!

— Свидетель не обязан отвечать на вопросы обвиняемого, — начал было Сраоши, но Митра толкнул его локтем: не мешай.

— Я… Мы… — Псевдочеловек был в затруднении. — Это ложь!

— Нет, правда! Это могут подтвердить нэрси, которые, кстати, тоже замешаны в попытке принести в жертву коня Аримана!

Публика возбужденно загудела. Со скамей левой трибуны послышалась ругань. Дэвы щипали нэрси, те визжали и норовили впиться монстрам в горло.

Внезапно раздался оглушительный грохот, сверкнула молния. Все невольно зажмурились, а когда открыли глаза, харука не было. На возвышении лежала лишь кучка пепла.

Присутствующих пробрала невольная дрожь. Лишь душа, которой было совершенно нечего терять, ехидно расхохоталась. Ее звонкий смех потряс залу не меньше, чем гром, посланный Ариманом. Это было в высшей степени неприлично, но судьи не сделали душе никакого замечания. Сраоши лишь заметил сразу севшим голосом:

— Данный вопрос снимается в виду внезапного исчезновения свидетеля.

По знаку Митры служка-язат убрал пыль, и заседание продолжалось. На помосте очутился третий свидетель — нэрси, которую Скилл ранил стрелой. Она говорила кратко и неохотно. Судя по всему ее более всего беспокоила судьба предшественника. Следующим свидетелем был дэв Груумин. Этот чувствовал себя уверенно. Рассказав о пленении Скилла, он красочно описал бунт Зеленого Тофиса, не забывая ежесекундно восклицать:

— Великий Ариман! Могущественный Ариман! Благодаря силе и могуществу Хозяина!

Желая выслужиться перед Ариманом, дэв вылил на скифа сосуд грязи, обвинив кочевника в противоестественной связи с Черным Ветром, Тофисом и прочими предателями-дэвами, в попытке похитить несметные сокровища Красных гор, в богохульстве и вероотступничестве.

Показания Груумина пришлись по душе судьям. Дэв получил благодарность и награду — большую бутыль священного вина.

— Чтоб тебе подавиться! — пробормотала душа Скилла, которой не разрешили опровергнуть лживые показали дэва.