Чтение онлайн

Преодолевая сопротивление местных племен и народов амазоны дошли до западного моря. Здесь они построили корабли, намереваясь продолжить свой путь на запад. Фанатичный жрец вел их туда, где как считалось должна была находиться сказочная Атлантида.

Они блуждали по морю много дней. Их кожа покрылась солью, а желудки были отравлены гнилой пищей. Вскоре женщины, уставшие от тягостей путешествия, начали роптать. Мужчины не вняли их мольбам и тогда ночью жены и дочери перебили своих мужей и отцов, благо их осталось мало — очень многие погибли в боях во время пути на запад. Затем амазонки повернули корабли назад. Однако течения и шторма отнесли их далеко к югу и выбросили в конце концов на неведомый берег. Располагая совершенным бронзовым оружием воинственные амазонки покорили многие соседние племена, создав государство, по размерам своим лишь немного уступавшее Аквилонии. Правда, население Амазона было гораздо меньшим. Большая часть его проживала в Аржуме, единственном крупном городе державы и в городках-крепостях на границе с Атлаей — южным государством, находившимся в состоянии непрерывной войны с Амазоном.

Безжалостно расправившись со своими мужьями, амазонки стали опасаться мести сыновей. И тогда по приказу жриц все мальчики были принесены в жертву кровавогубой богине Лиллит — символу женского начала и превосходства.

В Амазоне была создана строгая иерархия власти. Во главе государства стояла царица, выбираемая амазонками пожизненно из числа кларин. Обычно предпочтение отдавалось дочери, сестре или племяннице прежней властительницы. Царица опиралась на так называемый круг подруг, в который входили кларины, жрицы и личные телохранительницы повелительницы.

Круг решал все важные государственные вопросы. Таким образом кларины играли чрезвычайно большую роль в Амазоне. Все они были, как правило, пожилыми и, за очень редким исключением, безобразными. Казалось, царица Сомрис намеренно избегает привлекать в свое окружение женщин, более привлекательных, чем она. Конан быстро научился отличать кларин от прочих амазонок, даже если на них не было туники с характерной зеленой чертой. Ненависть к противоположному полу и властность придавали облику кларин мужеподобные черты.

Все женское население Амазона — а кроме потомков амазонок, прибывших много веков назад на черный континент с севера, в Аржуме не проживала ни одна женщина — делилось на семьи, каждая из которых состояла из двенадцати человек. Девушки, входившие в семью, жили в одной зале, имели общее имущество, за исключением оружия. Пять семей объединялись в тумму, во главе которой стояла младшая кларина. Пять тумм составляли стерк. Каждый стерк имел свою казарму — блокдом, а один, царский, размещался во дворце. Стерками командовали кларины, приближенные к царице.

Ступенью ниже амазонок располагались деры. Так называли захваченных в плен и оскопленных юношей, выполнявших функции палачей, тюремщиков, надсмотрщиков за рабами, стражников, охранявших городские стены.

В самом низу располагались ферулы — обращенные в рабов мужчины. Ферулы не имели абсолютно никаких прав. Их можно было истязать и убить.

Находясь в окружении диких безжалостных соседей, большинство из которых не брезговали человеческим мясом, амазонки вынуждены были создать великолепную армию, одну из самых совершенных в мире. Сравнительно небольшая по численности — не более четырех тысяч человек, то есть все женское население Амазона — она состояла из всадниц, вооруженных луками, копьями и короткими мечами. Амазонки с раннего детства обучались владению всеми видами оружия, но излюбленным оставался лук. Для любой воительницы не составляло никакого труда на полном скаку пронзить стрелой три укрепленных на щите медных кольца размером не более ладони. Для того, чтобы более уверенно орудовать луком, они сознательно уродовали тело, прижигая девочкам грудь с таким расчетом, чтобы она переставала расти и в будущем не мешала наводить стрелу на цель. Именно этим и объяснялось некоторое уродство их фигур, поначалу так удивившее Конана.

Излюбленной тактикой амазонок был неожиданный стремительный набег. Встретив упорное сопротивление, а это случалось нечасто, они отступали, но тут же нападали вновь, нанося противнику большой урон стрелами. В конечном счете враг начинал пятиться перед их натиском и тогда в ход шли колья и мечи.

Но амазонки использовали не только этот вид боя. Они понимали, что враг не всегда согласится дать битву на ровном, удобном для конной атаки месте. Поэтому они умело действовали и в горах, и меж стен домов, выстраиваясь в цепь, в которой каждая девушка четко знала свое место. Обороняясь от нападения превосходящих сил противника, они спешивались и выстраивались в фалангу или карэ. Шеренги копейщиц отражали наскоки вражеских воинов, а лучницы расстраивали боевые порядки противника дождем стрел. После этого в атаку устремлялся отборный отряд конницы, состоявший из подруг царицы.

Воительницы первыми на черном континенте решились приручить яфантов или ами, как они сами называли этих животных. Тупые на первый взгляд, ами оказались на деле весьма сообразительными и послушными. Настал день, когда первый яфант, огласив поле брали диким ревом, обратил в бегство вражеское войско. С тех пор при армии амазонок состояло не менее пяти яфантов с обитыми медью бивнями.

Кроме четкой воинской организации амазонки устрашали врагов жестокостью, исключительной даже для этого жестокого мира.

Они не приносили кровавых жертв лишь для того чтобы ублажить жестоких врагов. Убийства и жестокости, творимые ими, были вызваны не ритуалом, а практической целесообразностью. Амазон был государством с ярко выраженной кастовой системой. Все население делилось на две части — женщины и мужчины. Женщины владычествовали над мужчинами обращенными в рабство, подобного которому нельзя было встретить даже в Стигии или Шеме.

Невольники в Аржуме мало походили на нормальных людей. Женоподобные истязатели деры в первые же дни рабства выбивали из них всякое представление о достоинстве, низводя до состояния безмолвного скота. Мужчины ходили по улицам Аржума не смея поднять голову. Всю одежду их составляли ветхие набедренные повязки, лишь на некоторых были шаровары и, совсем редко, некое подобие рубахи без рукавов. Маг объяснил Конану, что одежда свидетельствует о положении ее владельца. Чем больше одежды было на феруле, тем более привилегированное положение он занимал.

Встречаясь с амазонкой мужчина не смел даже взглянуть на нее. Он должен был стоять на месте, низко опустив голову, готовый по первому сигналу припасть к ногам госпожи. Малейшее проявление недовольства или непочтения строго каралось. Провинившегося пороли кнутом, травили леопардами, оскопляли. В случае повторного «нарушения» его, как правило, предавали смерти. Амазонки отличались изощреннейшей жестокостью, изобретя сотни видов казни. Тому, кто случайно бросил на амазонку взгляд, который она сочла нескромным, выкалывали глаза, после чего его сажали обнаженным в кучу с термитами, предварительно обмазав несчастного медом. Ферула, обвиненного в том, что он коснулся амазонки без ее разрешения, бросали в яму с крокодилами, предварительно отрубив ему обе руки. За оскорбление словом отрезали язык и засовывали в рот ядовитую змею. Пойманного на воровстве засыпали грудой камней. Пытавшимся бежать отрубали руки и ноги, бросая трепещущее тело на съедение гиенам. Самая страшная казнь ожидала бунтовщиков — их иссекали мелкими порезами и бросали в каменный мешок, полный голодных крыс. Прежде, чем человек сходил с ума крысы успевали обглодать его ноги до костей.

Убивали за каждую мелкую провинность, а иногда и просто так, если раб показался строптивым или чересчур сильным — чтобы не затеял бунт. Наиболее крепких мужчин по истечении определенного срока отвозили в священную рощу Горгии. Что с ними делала великанша можно было только догадываться, но живым оттуда никто не возвратился.

Чтобы поддержать свое господство, отряды амазонок нападали на города и деревни близлежащих черных княжеств, безжалостно истребляли женщин и уводили в полон мужчин и мальчиков. Мальчиков обычно оскопляли и делали дерами. Мужчины частью тут же закалывались во славу Ульмвана, а часть использовались на различных работах, но рано или поздно и их ожидала насильственная смерть.