Чтение онлайн

– Ну да!

– А что толку с пары проклятий, когда там не меньше тысячи орков? Даже если ты убьешь двоих – что нам это даст? А убежать ты не сможешь, поверь мне… Ты не видел, как бегают орки, когда речь идет о жизни и смерти.

– Ладно… – нехотя сдался Алекс. – Тогда что ты предлагаешь? Сидеть и ждать?

– Сидеть и ждать. Будь со мной мой клан – я бы повел их в атаку, пока враг не ожидает этого. А эти не ожидают, и они правы! Эльфы не выйдут из леса, просто не смогут. Да и от тех, кто сможет, толку в бою против орка не будет. Так что сидим и ждем.

– Помнится, я не так уж плохо отделал нескольких из них в свой первый день в Заповедных Землях.

– Вот только что-то мне подсказывает, что эти четверо недомерков едут сейчас на повозках. Такие, как они, – не воины, а одна сплошная помеха в бою. Думаю, Гимрод это понимает не хуже меня, и вокруг лагеря сейчас стоят отборные воины, против которых ты и минуты не продержишься.

Тем временем от стремительно обраставшего пологами орочьего лагеря отделились три фигуры и бегом направились к лесу.

– Не стрелять! – крикнул Агрон засевшим наверху лучникам, и где-то там, в ветвях, его слова повторил Илисид, чтобы кто-то из особо ревностных стрелков не пустил в парламентеров стрелу просто назло ему или сочтя, что Агрон на стороне своих сородичей.

– Я выйду к ним, – сказал Илисид, спрыгнув на землю.

– Я с тобой! – воскликнул Алекс. – Пусть видят, против кого они идут! Против человека!

– Ага, против одного человека, который только что чуть не отправился в их лагерь на верную смерть, – усмехнулся Агрон. – Ты – наш козырь, Алекс, и пусть они до поры до времени о тебе не знают. Пойду я! В конце концов, они – орки, как и я.

Илисид согласно кивнул.

– Один твой жест, и мы пронзим их стрелами. Одно их неосторожное движение, и результат будет тот же. Если они захотят напасть на тебя – успеют только занести топор.

Агрон в ответ лишь усмехнулся – он полагал, что и так не даст себя в обиду.

Орки-парламентеры приближались. Бежали быстро, размеренно, будто бы и не думая о том, что сотни луков направлены сейчас в их сторону, и стоит им совершить всего одно неосторожное движение, как оно станет последним в их жизни. Бежали так, как обычно бегут орки, перекочевывая с места на место. Лениво и, по орочьим меркам, не торопясь, но при этом обогнать их смогли бы разве что люди на своих лошадях, канувших в Лету вместе с ними.

Агрон вышел из-под деревьев и остановился Глубоко вдохнул, сжал и разжал кулаки, чувствуя, как играют под шкурой мышцы. Поставил древко боевого топора на землю и слегка оперся на него – так, чтобы в любой момент перехватить его для удара.

Увидев его, орки замедлили бег и, обменявшись парой фраз, двинулись ему навстречу уже шагом. Сейчас их разделяло не больше сотни метров – идеальное расстояние для эльфийских лучников. Со ста метров девять стрел из десяти попадали в цель размером не больше желудя.

Агрон всматривался в их лица, не улавливая знакомых черт. Эти трое были не из его клана, да и вообще он не знал их. Приблизившись, они заговорили первыми:

– Мы – посланцы Гимрода Саморского, вождя объединенной орды. Мы говорим от его имени. Ты, должно быть, будешь говорить от лица лесного народа?

В этих словах было столько же презрения, сколько сам Агрон испытывал к орку, ночью убившему во сне отца юного Эльнио. В них явственно слышался упрек: «Как можешь ты, предатель, говорить от имени эльфов? Ведь ты же орк, как и мы?»

– Я – Агрон Саморский, и я говорю от лица объединенной армии лесного народа!

Как легко эти слова слетели с его уст. «Армия»! До сих пор он и сам не воспринимал сотни эльфов, засевших в ветвях, как армию.

Его имя заставило орков вздрогнуть, и Агрон подумал, что они с Алексом производят эффект на любого, с кем встречаются. Алекс – тем, что он человек, а он сам – тем, что он – Самор, а значит, кровный родственник Гимрода. Ну, точнее, названный, потому как проклятый тать от рождения Самором не был.

– Ты – из рода нашего вождя, и ты – здесь, а не с нами? – В голосе орка звучала растерянность. Кажется, Саморы уже стали в степи легендой – еще бы, клан, выпестовавший вождя всех орков.

– Да, – просто ответил Агрон.

– Не важно… – посланник наконец совладал с собой. – Я передаю волю Гимрода Саморского, царя степей. Отныне Эльфийские леса принадлежат народу орков. Мы не хотим крови, поэтому эльфы могут уйти в степь, мы не будем им препятствовать.

– То есть Гимрод предлагает лесному народу уйти из этого мира бескровно? – с усмешкой спросил Агрон. – Умереть самим, чтобы топоры орков не обагрились их кровью?

– Мы предлагаем им уйти, обосновавшись в степях. Леса нужны нам!

Похоже, этот кретин даже не догадывался о том, что первый же час, проведенный эльфами вдали от деревьев, станет последним.

– В таком случае, передай встречное предложение лесного народа своему жалкому царю степей. Если прямо сейчас орки одумаются и поймут, на что они замахнулись, пойдя против воли самого Создателя, мы позволим им уйти. Всем, кроме Гимрода, которому я лично отрежу голову и повешу сушиться на ветвях этих деревьев.

За спиной Агрона раздались одобрительные возгласы – эльфы слышали все и, кажется, наконец-то поняли, что он действительно на их стороне.

Глаза Гимродова посланника налились кровью.

– Да как ты смеешь, выродок… – начал было он, но тут же, вспомнив о направленных в его грудь стрелах, оборвал себя на полуслове. Сделав знак двум своим спутникам, он развернулся, и сначала демонстративно медленно, а затем постепенно переходя на бег, орки двинулись обратно к своему лагерю, сопровождаемые свистом эльфов.