Чтение онлайн

– Магадан! – простонал Алекс. – Неудивительно, что наших предков влекло туда. Их влекло к тебе!

– Зло живет в душах людей, Алекс, и не только в Магадане. Оно повсюду! Оно умело сеет страх и хаос и, пользуясь этим, проникает в душу, оставаясь там навеки. Остановить его можно только одним способом…

Алекс спрятал лицо в ладони и медленно покачивался из стороны в сторону. Агрон же чувствовал, как в ожидании решающих слов Арктара шевелятся волосы у него на затылке.

– Убить всех людей. Всех до единого, не щадя ни женщин, ни детей. В каждом из них есть росток Зла, и пока оно не уничтожено полностью – я не смогу вернуться. Я понимаю, как тебе тяжело, Алекс, но выбора нет. Ты – единственный человек, в сердце которого еще не поселилась моя темная половина. Остальные должны умереть! Они сами сделали выбор, Алекс! Они нарушили мой завет. Род людей сам пришел к такому финалу – никто не подталкивал его к нему.

– Нет! – Алекс вскочил, на негнущихся ногах обошел свое кресло и вновь упал в него. – Нет, это не их выбор! За них все решили далекие предки! Ты не можешь наказывать их за это.

– Я и не наказываю, Алекс. Я лишь говорю, что род людей поставил меня… Нет, не меня – вас, в безвыходное положение! Я сейчас – бесплотный дух, заключенный внутри Свитков. Я никто и ничто, и вся ответственность за этот выбор лежит на вас. Это вас люди поставили перед выбором – или они, или все Земли Арктара!

– Но у нас Свиток Силы… Ну, точнее, он будет у нас в руках, если ты не ошибаешься насчет Далманира. Неужели мы больше ничего не можем сделать?

– Ничего. Или вы уничтожите Зло, или оно уничтожит Заповедные Земли, а следом за ними и Запретные. Это уже происходит… Хотите взглянуть?

Они не успели ответить – комната растворилась в воздухе, и они оказались в облаке черного дыма, медленно ползущем по земле.

Это были Запретные Земли и родной город Алекса, Магадэн. Агрон не видел, да и не мог видеть его, но узнал сразу – должно быть, Свиток, то есть Арктар, успел вложить ему в голову необходимые воспоминания. На первый взгляд Магадэн напоминал города людей, возведенные когда-то по другую сторону Туманных гор. Крепостная стена, способная отразить любую атаку, окружала скопление домов, которым посчастливилось оказаться внутри нее. Большая часть домиков располагалась вне городской стены, и они уже догорали, глядя в небо одинокими глазницами печных труб.

Половина города лежала в руинах, большая часть стены обвалилась, и в пролом устремлялись люди с такими же, как у Алекса, пистолетами в вытянутых руках. Сухо трещали выстрелы, голосили дети, стонали раненые.

Десяток пушек (Агрон их никогда раньше не видел, но стоило ему взглянуть на пушку, как он узнал ее и понял, как именно она работает) стреляли по стене, изрыгая огонь, клубы дыма и пудовые металлические ядра, разносившие в мелкую пыль громадные камни и пробившие бреши в стене.

– Вы хотите, чтобы это случилось в Заповедных Землях?

Арктар стоял рядом, глядя мимо них, на гибнущий город.

– Что происходит? – спросил Алекс. – Кто напал на Магадан?

– Сиресет. Ты бывал в этом городе, Алекс. Пляжный рай на берегу океана. Сиресетцы решили, что в Магадане их ждет что-то большее, чем соленая вода и яркое солнце. Плодородные поля, подпитываемые водой трех озер, пресная вода, речная рыба… Они сами не отдают себе отчета, но они пришли ко мне. Их тянет не к озерам, а к моей могиле, расположенной между этих озер. Ты не задумывался, почему Магадэн во все времена был объектом бесчисленных нападений? Все из-за того, что твои далекие предки выбрали неудачное место для строительства.

– На Магадэн нападали и раньше…

– Но никогда еще он не давал такого отпора. Смотрите!

Что-то взлетело над стеной и, легко перемахнув ее, опустилось на все четыре ноги по другую ее сторону. Какой-то механизм, напоминающий паука, каким его мог бы нарисовать трехлетний ребенок.

Четыре ноги, толщиной со взрослого орка, длинные и подвижные, прямоугольный корпус, укрепленный на этих ногах. Кабина, придававшая машине сходство с насекомым из-за стекол, похожих на глаза, блестящие на солнце. Две длинные руки начинались у «плеч» металлического паука и заканчивались клещами, способными выдавить душу из кодоя. Быстрые и подвижные, несмотря на длину.

Машина смерти!

Пушки нападавших спешно перенастраивались на новую цель. Дула опустились ниже, готовясь бить по железному чудовищу, но раньше, чем они сделали первый залп, ударила машина. Казалось, армагеддон породила ее рука – она опустилась к самой земле, и от нее к нападавшим понеслась двухметровая волна огня, сметающая все на своем пути. Люди даже не успевали осознать, что к ним несется смерть, – они вспыхивали живыми факелами, а мгновение спустя падали на землю обугленными до костей скелетами.

По уцелевшим, которым повезло не оказаться на линии движения огня, били молнии, срывавшиеся со второй руки. Цепи молний, поражавшие сразу пятерых или семерых, тут же безжизненными кулями валившихся на землю.

– Что это? – воскликнул Алекс. – Об этой машине ты говорил?

За стеной грянули победные крики. Остатки армии из Сиресета в панике бежали прочь, не разбирая дороги, бросая оружие и думая только об одном – остаться в живых. Но металлический паук преследовал их, излучая слепящие пучки света, убивавшие любого, кого они касались.

Бойня…

– Машина смерти, – печально улыбнулся Арктар. – Гениальное изобретение одного талантливого инженера. По его замыслу это должна была быть подвижная артиллерийская установка с автоматизированной системой огня. Нажал кнопку, сидя в кабине, – выстрелила пушка, находящаяся на спине этого чудовища. Точность огня невелика, но главная цель монстра – это устрашение. С этой задачей он бы справился… Но потом, сам не зная почему, инженер проделал какие-то странные пассы руками. Словно кто-то сказал ему: «Сделай так!», и он сделал. И теперь не машина – его изобретение, а он придаток машины. Следуя ее указаниям, он убедил совет города использовать машину в обороне. Он сидит в кабине, но не прикасается к рычагам – машина живет своей жизнью, а изобретатель лишь делает вид, что управляет ей – для успокоения горожан, которые придут в ужас, если узнают истину. Они уверены, что извергаемые ею молнии – какое-то новое оружие, что она так быстра и подвижна за счет тщательно проработанной конструкции. На деле же машина оживлена магией. Она – олицетворение магии. Она – это я, мое злое начало, темная часть моей души.

– Ее нужно разрушить, – твердо сказал Агрон. – Зачем же убивать всех людей?

– Зло и в них, Агрон. Уничтожение машины не убьет Зло, и спустя несколько месяцев оно вновь возродится в новом обличье, могучее, как прежде. Оно может вселиться в любого человека… Люди две тысячи лет жили возле моей могилы, две тысячи лет впитывали в себя тьму. Неудивительно, что, когда оно наконец вырвалось на свободу, они оказались восприимчивы к его влиянию. Они лишены магии, которая могла бы их защитить…