Чтение онлайн

Приемный трансмьютер "Каотана" загудел, и Урубу не сошел, а скатился с плиты. Он был весь в крови и изранен, но все-таки жив. Такья Мудабур опустилась перед ним на колени.

– С такими ранами не выживают, – грустно сказала она.

Икира не стала вдаваться в медицинские тонкости. Она мгновенно включила двигатели и стала уходить с орбиты под таким углом, чтобы избежать встречи с Валом. Тот немедленно изменил курс и послал вдогонку "Каотану" залп, к счастью, не достигший цели. Было ясно видно, что даже поврежденный корабль Вала сохранил изрядное преимущество в скорости и маневренности над древним флибустьерским корытом.

Надеяться на помощь "Бахакатана" было нечего, тот просто не мог успеть.

Однако Икира не собиралась драться с Валом один на один. На борту "Каотана" был перстень, и ее первейшей задачей было сохранить его. "Каотан" не успел набрать скорость для пространственного прокола на большое расстояние, но это не имело значения: Вал вообще утратил такую способность. "Каотан" успел Уйти в прокол, когда Вал уже настигал его.

Вал не стал тратить время на сожаления. Раз он не смог предотвратить бегство, оставалось заставить противника подороже заплатить за успех. Он развернулся и на полной тяге устремился к "Индрусу" и "Сан-Кристобалю".

– Он возвращается, – крикнула Мария Сантьяго. – До сближения пять минут двадцать пять секунд. "Индрус" лишен хода, а у меня не работает защита. "Эспириту Лусон", можете вы подойти ближе?

– Ни в коем случае! У меня громадные повреждения. Я постараюсь стрелять по нему, но, если он укроется за вами, я не смогу ничего поделать. Но в моих силах расположиться так, чтобы мы знали, откуда он будет стрелять. Тогда вы сможете сосредоточить огонь на его торпедах.

– Здесь "Бахакатан". К вам я не успеваю, но я заметил, что, преследуя "Каотан", Вал не использовал лучевое оружие. По-моему, у него вся энергия уходит на поддержание скорости, маневренности и защиты. Если кто-нибудь зайдет ему в хвост, Вал будет беззащитен.

– Ну вот! – снова раздался голос Сантьяго. – Как раз такой угол, как мы рассчитывали. В корабль мы не попадем, но сможем расстрелять большинство торпед, а может быть, и все. Посмотрим.

Вал зашел на них по широкой дуге и оставался в зоне огня не более трех секунд. Этого было недостаточно, чтобы вести прицельный огонь, а он выпустил по расходящимся траекториям двенадцать торпед, и три из них прорвались сквозь заградительный огонь. Две ударили по "Индрусу", но не смогли пробить защиту, зато третья взорвалась прямо в середине корпуса "Сан-Кристобаля", почти разорвав корабль надвое.

Вал заложил петлю и пошел на второй заход, попутно перезаряжая торпедные аппараты. Траектории торпед были настолько непредсказуемыми, что стало ясно – Вал поставил корабль на автопилот и лично занялся наведением торпед. Теперь он перенес всю свою мощь на "Индрус". "Эспириту Лусон" держался в стороне, "Сан-Кристобаль" был практически разбит, ч у "Индруса" не оставалось никаких шансов: торпед было слишком много.

В отличие от людей Вал мог одновременно делать несколько дел, но контроль над дюжиной торпед под непрерывным огнем был почти на пределе его возможностей. Он заметил, что его локаторы зафиксировали еще один прокол пространства, но, опасаясь потерять торпеды, не стал отвлекаться.

Пушки "Индруса" сделали больше, чем могли, но четыре торпеды прорвались и сошлись в одной точке, вблизи кормы, где были расположены двигатели. Корабль содрогнулся. Оторванная кормовая секция начала вращаться в одном направлении, а остатки носовой части – в другом. После этого Вал обратил наконец внимание на нового противника и открыл огонь из всех носовых орудий. Но это ему не помогло.

Широко открытый носовой заборник "Грома" надвинулся на него, как распахнутая пасть чудовищной рыбы, и прежде чем Вал успел что-то сделать, его корабль был затянут внутрь и превращен в энергию. Заборник "Грома", питавший его могучие двигатели, был так велик, что заглатывал астероиды втрое больше, чем корабль Вала.

– Всем оставаться на местах, – спокойно произнес Звездный Орел. – Я подберу всех. Тем, у кого самые большие повреждения, приготовиться к приему в грузовые отсеки, остальным – к швартовке к наружным причалам. Сначала я возьму "Молнию" и "Чунхофан", потом вернусь сюда. Мне понадобятся и обломки. Подберите тела убитых. Битва окончена.

Ворон шумно вздохнул:

– Подумать только! И предполагалось, что это будет наиболее легкая задачка.

Потери были велики, но не настолько, как опасался Козодой. Мария Сантьяго и два кентавра из ее экипажа, одетые в скафандры, остались живы, но корабль был разбит, и остальные трое погибли. Ворону было особенно жаль Человека-Скалу, как он про себя его называл. Замкнутый и необщительный парень с лицом грубо высеченной каменной статуи был отменным партнером в любой карточной игре.

На "Индрусе" по иронии судьбы выжили только Лалла Пачиттавал и Суни Бандереш, жена канонира. Они находились в кормовых отсеках, пытаясь исправить двигатели, и были в скафандрах. Рави Пачиттавал надевал скафандр только в случае крайней необходимости, а его канонир во всем стремился подражать командиру. Сантьяго, наоборот, с самого начала заставила каждого надеть скафандр – просто на всякий случай. Это спасло не всех, но по крайней мере ее саму.

Итак, ценой победы стали пять жизней и два корабля.

– Если так пойдет и дальше, четвертый перстень просто некому будет забрать, – угрюмо заметил Козодой.

– Мы понесли потери не во время самой операции, а при отходе, – возразила Хань. – И в следующий раз нужно все лучше продумывать. Мы просто не можем себе позволить, чтобы такое повторилось. На этот раз враг недооценил нашу численность и силу, но впредь они этой ошибки не повторят. Мы заплатили большую цену, но урок того стоил. Если мы используем этот опыт, то в следующий раз обойдемся без таких потерь.

– А как насчет нашего трофея? – спросил Козодой. Айзек Клейбен прокашлялся:

– Поразительное устройство. Оно пассивно, как мы и предполагали, так что обнаружить его на расстоянии невозможно. Этот, как мы говорим, "камень" сделан из хорошо проводящей синтетической керамики, и электронные схемы встроены в него. По сути дела, они являются его структурой! Конструкция несколько примитивна, но у меня нет представления, что это за материал, и я не смог бы сделать такой же перстень.