Чтение онлайн

Снежок запретил такие расчёты, поскольку это не приносило ему никакой прибыли, но его приказ не остановил Траска. Он только стал более осторожным.

В такой большой группе, как эта, наверняка найдутся не только деньги, но и молодые кобылки. Прикидывая, какие перед ним открываются возможности, Траск не переставал наблюдать за окрестностями и краем глаза уловил движение на развалинах старой фабрики, занимавшейся пошивом армейской амуниции. Он приставил ладонь ко лбу и попытался хоть что-то разглядеть сквозь пургу.

Что это могло быть?

Траск ничего не увидел, но был уверен, что секунду назад глаза не обманули его.

Вот! Вот опять! Что-то спрыгнуло с крыши здания и с пронзительным криком приземлилось в сугроб. Что бы это ни было, оно двигалось с быстротой молнии, и не успел он крикнуть, как существо метнулось в середину толпы. Траск передёрнул затвор. В этот момент раздался истошный вопль.

Струя яркой крови ударила в снег. Траск увидел, как через улицу полетела чья-то оторванная голова. Крики ужаса эхом раскатились по склону ущелья, а люди в панике бросились врассыпную. На мостовой валялись окровавленные лохмотья, лишь отдалённо напоминавшие человеческие останки. Чудовище неясной тенью выскочило из кровавой мешанины и одним прыжком оказалось на спине человека с младенцем на руках.

Мужчина упал, и ужасные когти пригвоздили его к земле. Предсмертный крик поверг Траска в ужас. Чудовище продолжало собирать свою кровавую жатву, разрывая на куски каждого, кто оказывался в пределах досягаемости его мускулистых лап.

Папаша Галло дёрнул Траска за полу длинного пальто:

— У тебя же в руках оружие, так воспользуйся им!

Слова старика вывели его из оцепенения. Траск оттолкнул мужчину и, освободив проход в здание, опустил винтовку. Визжащие от страха люди устремились в дверь, но он не стал их останавливать. Снежок позже сам разберётся с ними.

Навстречу беженцам выскочил Ломакс.

— Силы ада, что здесь творится? — крикнул он.

— Будь я проклят, если понимаю, — огрызнулся Траск.

Оставшиеся в живых люди продолжали толкаться в дверях. Наконец Траску впервые удалось рассмотреть врага, и он чуть не уронил винтовку. Шкура монстра была сплошь покрыта пятнами крови, и защитная окраска изменила цвет. Трёхметровое чудовище стояло на задних лапах, туловище бугрилось мускулами, выпиравшими из-под пластин панциря. Этот убийца превосходил размерами всех пришельцев, которых до сих пор доводилось видеть Траску, а его когти казались просто исполинскими. Их плоскими лезвиями запросто можно было разрезать пополам человеческое тело. А на животе располагалась ещё пара конечностей. Ими чудовище подносило вопящих людей к зубастой пасти.

Ужасное существо покончило со своими жертвами и повернулось к бандитам.

Внезапно все происходящее показалось Траску совершенно абсурдным. Почему он должен рисковать своей жизнью ради этих глупых людишек?

Опустив голову, он трусливо помчался к двери.

— Куда ты… — крикнул Ломаке, но не успел договорить.

Из пластин панциря монстра что-то вылетело и ударило прямо в его грудь. Мужчина уронил оружие и изумлённо уставился на окровавленные шипы. А потом резкий толчок сбил его с ног, и когти монстра прикончили часового.

Никогда ещё Траску не приходилось бегать так быстро. Волоча за собой винтовку, он мигом перескочил через все ступеньки, но поскользнулся и ударился лицом о бетонные плиты входа. Это и спасло ему жизнь. Гигантская лапа пробила стену склада. Бандит всхлипнул и перекатился на бок. Когти все ещё пытались достать беглеца и так ударили по перилам, что высекли сноп искр. Траск в ужасе зажмурился, но страшные когти виделись ему и через опущенные веки.

Совсем рядом-раздался ружейный залп, и Траск закричал. Снова загрохотали выстрелы, а затем послышался нечеловеческий оглушительный вой. Что-то хлестнуло его по лицу, потом по шее растеклась тёплая жидкость. Он сжался и стал ждать смерти.

Ничего не происходило. Наконец он набрался храбрости и открыл глаза. Чудовище исчезло. Траск облегчённо перевёл дух. Стерев с лица слизь, он поднял голову. Рядом стояли Снежок и Сильвер, на их лицах читалось отвращение. Из дула ружья предводителя Ночных Негодяев ещё тянулась струйка дыма, оба пистолета Сильвер были разряжены.

— Парень, я не знаю, для чего держу тебя при себе, — бросил Снежок и протянул руку, чтобы помочь ему подняться.

Траск криво улыбнулся Сильвер, но девушка даже не посмотрела в его сторону. Она с ужасом осматривала окровавленный снег перед складом.

— Где Ломакс? — спросил Снежок.

Траск хотел что-то сказать, но слова застряли у него в горле.

— Парень, я задал тебе вопрос, — настаивал Снежок.

— Он… он погиб, — выдавил Траск. — Эта тварь унесла его.

— И могу поспорить, ты тут ни при чём, — насмешливо сказала Сильвер.

Траск попытался окинуть её негодующим взглядом. Получилось довольно нагло.

— Ты видел, что это было? — спросил лидер банды.

— Нет, — покачал головой Траск. — Но оно было огромное. Правда огромное. Больше, чем все, кого мы до сих пор видели. И ещё оно двигалось слишком быстро, как ртуть, или что-то вроде этого.

— Ладно, оно быстро двигалось, но недостаточно быстро, чтобы поймать тебя, а, парень?

— Пропади ты пропадом, Сильвер, — огрызнулся Траск.

— Не в этой жизни. — Она развернулась на каблуках и вошла внутрь склада.

— Тебе лучше помыться, — сказал Снежок. — Нам предстоит много работы. Эти люди не собираются сами отдавать нам деньги, наша забота — помочь им в этом.

Снежок оставил Траска одного на обледеневших ступенях. Мокрые штаны быстро дали о себе знать на сильном морозе.

Чувствуя, как недавний страх превращается в злость и обиду, Траск последовал за главарём, на ходу потирая саднящую шею и лицо.

Две переплетённые крылатые змеи из бронзы украшали массивные двери. Ещё до того, как Уриэль отворил их, он услышал стоны раненых и уловил запах крови и смерти.

В стенах госпиталя в Восьмом Квартале не утихали крики боли и предсмертной агонии. Запахи антисептиков и камфарного масла были не в состоянии перебить вонь разлагающейся плоти и гноящихся ран. Дыхание Уриэля клубилось облачками пара — температура в помещении была близкой к нулю. Сестры Ордена Госпитальеров переходили от одной койки к другой, и их белые одеяния пестрели пятнами засохшей крови. Отчаяние и страх пропитали атмосферу госпиталя. Уриэль всем сердцем сочувствовал людям, пострадавшим от мерзких захватчиков.