Чтение онлайн

— Сиди спокойно, Леха. Сейчас я для тебя командир, понял? Ты пальцы посчитать не можешь, вон, глаза разбегаются как у кроля, а рвешься смотреть на что-то.

Меня била дрожь. Только теперь я сообразил, что вокруг нет никакого тумана — затянувшую мир пелену кроме меня не видит никто.

Лабус достал одноразовый шприц.

— Так, ладно, сиди на месте и не шевелись.

Укол. Холодная волна по телу… Туманная пелена плеснулась — и пропала, сознание как поплавок выскочило из серой мути, я очень четко и ясно увидел окружающее: деревья, трава, ограда вокруг воинской части и КШМка с антеннами, стоящая перед раздолбанными воротами. Поднял руку, растопырив пальцы, посмотрел — они не дрожали. Хорошо! Главное, мне было все по хрену! Я сейчас мог сражаться хоть с целой армией.

— Ты мне случайно не тарен вколол? — подозрительно спросил я Лабуса.

— Обижаешь, Курортник, такую гадость с собой не ношу. Это ж прошлый век. А что, тебя храбрость одолела? Знакомое дело… Не боись, сейчас пройдет, все нормализуется. На вот, — Костя протянул мне пару таблеток. — Проглоти и запей.

Я снял с пояса флягу, медленно свинтил колпачок. Действительно, шальное желание нестись вперед и крушить врагов направо и налево почти прошло, оставив по себе лишь бодрость. В голове было ясно и тихо, мысли маршировали четким строем, как солдаты на плацу. Запив таблетки, я повесил флягу обратно. При этом искоса поглядывал на бойцов и видел — Марат, Большой, даже Лабус смотрят на меня со странным выражением, а если мы встречаемся взглядами, отводят глаза… Они, значит, считают, что я в смерти Малого виноват, что бросил его там?

Лабус сказал:

— Теперь нормально? Запомни: через час где-то тебя опять будет мутить, но недолго, переживешь. Теперь, хочешь, ссадины на лице зеленкой замажу? За камуфляж сойдет, — и он заухал своим совиным смехом.

Стоящий рядом Большой натужно улыбнулся, но тут же лицо снайпера опять вытянулось, и он спросил:

— Командир… Что там произошло?

Все уставились на меня. И взгляды у них были странные.

— Там контролер появился, — сказал я.

— Это мы поняли, — кивнул Лабус. — А еще что?

— Что… Малой гранату снял и подорвался на ней. Я когда увидел, как он за нее взялся — пошел оттуда. Ничего не мог поделать. Даже выстрелить по контролеру не получилось. Поковылял в коридор, ноги еле переставлял. Чуток прошел… потом сзади рвануло. Хорошо, я уже за углом был, там бетон толстый, иначе… — я понимал, что ни в чем не виноват, и все же мне было стыдно, а особенно — перед Большим. — Я, наверное, его спасти мог. Если бы заставил себя выстрелить. Но…

Марат поглядел на Лабуса, на Большого и покачал головой.

— Нет, Леха. Ничего бы ты не сделал. Наоборот — удивительно, что вообще смог мутанту противостоять, ушел от него. Правильно я говорю?

Лабус кивнул, и Большой помедлив тоже.

Я вспомнил ноющую боль в затылке, поморщился, осторожно помассировал его.

— Мы ведь тоже свалили побыстрее, — пробормотал Большой, и тогда я наконец понял причину этих взглядов: они не меня обвиняли в слабости, они самих себя стыдились! Ведь убежали тогда, оставив нас двоих…

— Нет, — сказал я резко. — Я вам приказал. Вы мой крик услышали?

— Услышали, — подтвердил Большой.

— А я теперь — командир группы. Я приказал уходить, вы мой приказ выполняли. Самих себя долго можно винить, пользы от этого никакой. Все, хватит здесь сидеть и головами трясти. Лабус, как Захар?

— Плохо Захару, — откликнулся он. — Вырубился и нескоро в себя придет.

— Значит, понесем его. Надо в эту воинскую часть идти.

— Ученого бы посмотреть. Сколько мы его тягаем, а так и не…

— Он еще дышит? — удивился я.

— Жив, а как же. Даже постанывал во время выброса, пока мы внизу торчали.

— Нет сейчас времени им заниматься. У него комплект с медблоком внутри и автоматическими инъекторами. Потерпит.

— Вперед, так вперед, — и Лабус забросив на клапан рюкзака свой «Миними». Отошел к деревьям, подняв ученого, взвалил на плечо.

— Марат, Большой, по очереди несете Захара, — сказал я. — Марат, давай мне свой детектор. Радиостанцию тоже возьму. Айдар — ко мне!

Пес нехотя поднялся из травы и побрел в мою сторону.

Повесив на грудь станцию, я закрепил планшет детектора аномалий на левой руке, а правой дал сигнал к движению.

Теперь ясно, почему про бункер, где на нас контролер напал, никто не знал. Периметр подземного сооружения охранялся сигнализацией с автоматическими турельными установками. Хотя припасы не вечны, но никто не удосужился выгрузить боекомплекты и отключить систему, когда покидал базу. И вряд ли в этих туннелях обитают бюреры — напавший на нас мутант безраздельно властвует внизу. Интересно, это обычный контролер или над ним опыты проводили, которые на него повлияли как-то? Вдруг там лаборатории военных ученых спрятаны между армейскими сооружениями… Так может базу никто и не покидал — это вышедший из-под контроля подопытный всех уничтожил? Я сморщился, когда вспомнил возникшие в туннеле ощущения, потрогал шлем на затылке.

Айдар шел поджав хвост и всем свои видом являл раскаяние — чувствовал, что подвел нас в туннеле, когда испугался и рванул прочь. Иногда он поднимал голову и пытался заглянуть в глаза мне или Марату (пес уже понял, что сейчас я — старший в стае и остальные безоговорочно признают это, собаки к такому очень чувствительны), но оба мы на него не реагировали, чтобы лучше свою вину осознал.

До КШМки оставалось недалеко, когда детектор слабенько пискнул, и я посмотрел на планшет. Картинка показала электромагнитное излучение, исходящее от машины. Что это там, аномалия где-то внутри засела? Ладно, нам не до того, лучше просто обойти и не пытаться выяснить, почему излучает старый бронетранспортер.

Я показал новое направление, и мы пошли в обход. А машина-то необычно выглядит — ни царапин нигде, ни вмятин, блестит вся, будто игрушка детская, только из магазина. Хотя наверняка простояла тут ни один год… Детектор равномерно попискивал, пока я вел группу по широкой дуге вокруг КШМки. Между нами и воротами с одной створкой в шахматном порядке стояли бетонные блоки — нехитрый способ задержать автотранспорт. Проехать между ними можно, но на минимальной скорости, водителю придется маневрировать.