Вокруг Рая
Шрифт:
Мы подошли к очередному технологическому прорыву. Фактически созданию рая на Земле. Чем не рай?
Возьмём скатерть-самобранку. В пробирках уже несколько лет выращивают пищу, мясо, органы. Принтеры 3D напечатают что угодно. Силой мысли уже управляют компьютером. Голосовое распознавание и управление гаджетом - прошлый век. Если соединить пробирки, принтеры и управление мыслью - скатерть самобранка. Китайцы уже телепортировали фотон света спутнику на орбиту и обратно на Землю, только в другое место.
Что там у меня написано про рай? Силой мысли - что угодно. А почему? Там - закрытое пространство, пропитанное энергией. Они там не устают, не потеют, да и есть не обязательно. Насыщая себя чистой энергией физическое тело становится ненужным, но этот сгусток энергии остаётся мыслящим существом, которое может превратится во кого угодно, только представь себе.
– А боги кто?
– А боги это те, кто кнопку нажимают. Отключили рай от энергии - всё пропало. Как в ПК - всё стёрли. Начинай по новой. Биткоины именно такие. Все эти Соросы, Ротшильды, Абрамовичи обладая ресурсами сейчас и используя их здесь, там могут обладать энергетическим ресурсом и создавать для себя и для других любую реальность. Виртуальные миры уже созданы осталось им передать собственное сознание и получить от них осознание себя. Труд становится ненужным, а значит и миллиарды людей то же.
– Почему?
– Сергей Сергеич!
– Укоризненно покачал головой Палник.
– Раз еда не нужна, одежда, транспорт, куда девать всех лишних что это всё и многое другое изготовляют и обслуживают? Оставят только дикие племена, которые тысячелетиями жили в первобытном строе. Остальные скатятся туда и начнут новое восхождение к раю, не догадываясь, что он на Земле уже есть. Вот о чём моя книга.
– Но это же...
– Не надо хвалить. Вы слишком сильно замахнулись. Когда я это сочинял, думал совсем о другом, но так получилось. Но я не могу понять одного. Вы всё время были с нами. Как же вы залог внесли? Неувязочка товарищ? Это козу доить надо, а вас зачем?
– Артём меня на радости и перехватил. Но он же под домашним арестом?
– Вот поэтому он и под ним, а не в камере! Что дальше?
– Говорит, начали стращать, всё расскажут. При этом в процессе разговора хотел выявить, где нахожусь. Теперь-то понял, что он тянул разговор, чтобы засечь моё местоположение. У меня есть ещё счёт, в другом банке: условно-накопительный. Он мне реквизиты на ящик, а я их оплатил с него.
– Много?
– За скалу - три. За её камешек - один.
– Тогда вам должны были позвонить или прислать СМС о подтверждении платежа. Да ещё не факт эти деньги придут в суд.
– Так моя мобила у тебя!
– Ладно, выходим. Чемодан собран? Паспорт?
Они подъехали на троллейбусе к метро.
– Ловко вы УАЗик угнали.
– Сообщил, погружённый в свои раздумья поэтому и долго молчавший Николающикн.
– А я не угонял. Фактически это моя машина. Я там раньше дачу снимал. К железке ближе. А потом, дальше, вдоль дороги, местный олигархик, вздумал родовое поместье воздвигать. Миксеры, краны и прочие большегрузы раздолбали эту насыпную дорогу. Лужи, ручей, размыли щебень и гравий. Пешком не пройдёшь. Тогда я машинку и прикупил по дешёвке. Подлатал кое-как. Звонишь охране они за тобой приезжают, а потом отвозят. Мне это надоело и я в другом месте снял дачу. Там, где вы были, а машину оставил здесь. председателю я уже позвонил, где она.
– Он включил смартфон СС. Запрос банка был. Николающкин отменил перечисление и забронировал билет на Амстердам.
Успели приехать за сорок минут до отлёта. СС сдал чемодан в багаж.
– Совсем забыл. Хотел в ячейку положить или на карту, но некогда. С такими деньгами меня не выпустят. Это тебе на ботинки, да и за спасение моё. Я себя вёл как ребёнок.
– Тяжело очень. Слишком много.
– Там, тысячные, пятисотки, сотни. Около полутора лямов.
– Мне столько не надо. Договоримся так. Сколько надо мне - истрачу. Остальное тебе, когда вернёшься. Вернёшься, когда я скажу, но старайся побыстрее. Сам знаешь, халява развращает.
Николающкин пожал ему руку и пошёл на проверку. Палник дождался, когда тот пройдет осмотр и отправится к паспортному контролю.
Только после этого поехал к дому Ирины. Знал бы кто, что в простом пакете лежало чуть ли не полтора миллиона рублей. Вырвали бы. Хрен их догонишь.
9.
Он сделал себе дубликаты ключей от квартиры Сузанькиной. Поэтому вошёл тихо и никого не обнаружил. Пакет с деньгами заложил старой обувью и убрал на полку к другой обуви. Рюкзак так и не был разобран. Палник подумал-подумал и запихал его под кровать. Принял душ, переоделся и ушёл.
– Палник!
– Бросилась ему на шею Света.
– Как же я по тебе соскучилась! Я думала ты бросил меня!
– Ещё не время!
– Он услышал, что кто-то открыл дверь, заглянул и тихо закрыл.
– Циник!
– Она села на место.
– Всё удачно?
– Пока да. Я был в полиции. Протоколы все переписали и они герои. Нас там не упоминают. А то бы по судам затаскали. Какие планы?
– Я думала...
– Так не пойдёт. Ты уже взрослая. Растёшь прямо на глазах, пора быть самостоятельной. Ты можешь принести личное дело вашего Артёма? Подай это под каким-нибудь твоим соусом. Хотелось бы понять почему он так. По почерку проверить. Ты этим занималась?
– Так это раньше по почерку можно было, а теперь всё в печатном виде тащат.
– А что диктанты нельзя диктовать? Лучше, конечно, маленькое сочинение. Даёшь начало, а они продолжают.
– Как это?
– У меня был друг, царство ему небесное. Ветеринар. Петр Петрович. Писал стихи, ну и я баловался. Виделись не часто. Иногда раз-два в год, бывало и почаще. Как карты ложились. Дома старались не встречаться. Придёшь с бутылкой или он ко мне, а закусить нечем. Мы на улице. Говоришь только две строчки, а другой дописывает всё стихотворение. Я помню только последнее.
Он сказал: Мы скользим под одеялом... как я не бился чтобы он и вторую строчку сказал, он отказывался, пришлось дописать и вот так получилось:
Мы скользим под одеялом,
Влево-вправо, влево-вправо,
Матрас, пузатый как маркиз,
Нас кидает вверх и вниз.
Только старая кровать
Нам успела прошептать:
Очень одного боюсь -
Быстро-быстро развалюсь!
– Здорово! А ещё?
– Я это сказал для анализа. Можешь понять мой психологический настрой того времени?