Волчара
Шрифт:
Я провожаю очередную клиентку в кабинет массажа. Потом встречаю еще одну от парикмахера и записываю на следующий раз. Отвечаю на звонки, улыбаюсь посетителям, подмигиваю девчонкам-сотрудницам… У меня весь день сегодня прекрасное настроение! Сама не знаю, почему.
— Иди, поешь, я побуду за тебя, — говорит Галина Викторовна.
И я несусь на кухню. Где, вместе с Надей и Катей, уплетаю за обе щеки разную вкуснятину. Вырезку с грибным паштетом, которой Варлам кормил меня в прошлый раз и которая мне очень понравилась. Салат с креветками, который я хвалила. А он запомнил. И несколько разных десертов, которые мы с девчонками делим, чтобы все попробовать.
— Кто же это такой щедрый? — ломают голову Катя с Надей.
Я молчу.
Знаю я одного дикого зверя… Который обещал не преследовать меня и не попадаться на глаза. И держит обещание!
Но при этом напоминает о себе таким милым и ненавязчивым способом…
Вывеска «Формулы» сияет огнями, хотя сумерки только начали опускаться на город. Еще рано, поэтому у входа нет никого, кроме одинокого охранника. И это не Варлам. Наверное, не его смена. Или он внутри.
Так… Как я вообще тут оказалась? Понятия не имею!
Я прихожу в себя, пугаюсь, быстро разворачиваюсь и уношу ноги.
Я не собиралась идти в клуб! Не планировала видеться с Варламом. Потому, что если бы я пришла, это бы означало… Что я хочу его. Что мне понравилось.
Вот так наговоришь всякого, а потом приходится держать слово. И мне, и Варламу…
Яна, очнись! — мысленно командую я себе. — Какой Варлам? Он дикий Волчара! Он тебе не нужен! Вы настолько разные… У вас нет вообще ничего общего.
И не может быть!
Все. Я ушла.
Я уже далеко от клуба и близко от дома. Пытаюсь выбросить из головы Варлама. И тут вдруг:
— Яна!
Я вздрагиваю. Оборачиваюсь.
Нет, это не Варлам. Я поняла это с первого звука. У Варлама низкий рокочущий бас. Он скорее рычит, чем разговаривает. А это… Это Женя.
— Что ты здесь делаешь? — растерянно спрашиваю я.
Вот уж кого я точно не ждала…
— Яночка… Привет.
— Привет.
— Я просто… Ну… Просто хотел поболтать. Может, посидим, выпьем кофе? В той кондитерской, где… Помнишь?
— В той, где ты впервые сказал мне, что нам нужен перерыв в отношениях?
— Я не это имел в виду. Малыш, мы же с тобой друзья…
Да, я помню, ты предлагал мне дружбу. И я тогда согласилась. Просто потому, что надеялась на большее. Не хотела обрывать все нити…
— Мы друзья? — еще раз спрашивает он.
Я киваю.
— Я скучаю по тебе.
Женя смотрит на меня печальными глазами.
Я хочу спросить его про законную супругу. Произнести что-нибудь язвительное. Почему он не с ней? Зачем пришел ко мне?
Скучает он…
А ведь это должно меня обрадовать. Я сейчас должна быть на седьмом небе от счастья.
Разве не этого я хотела? Разве не для этого познакомилась с Варламом, пришла с ним на свадьбу, подбила его устроить там дебош… Да, все это было ради Жени. Ради моей вечной и неугасимой любви к нему.
А сейчас я смотрю на него и не могу понять, что чувствую. Все как-то притупилось. Но не может же быть, чтобы я не чувствовала ничего?
— Яночка… — снова начинает Женя.
По его напряженному лицу я понимаю, что он сейчас скажет что-то важное.
И тут вдруг… появляется Варлам!
Он возникает буквально из воздуха, берет Женю за куртку и трясет за шкирку, как котенка. У Жени растерянное и испуганное лицо.
— Эй, жених! — рычит Варлам. — Ты какого хрена приперся? Я же тебя сейчас голубям покрошу… Иди к своей булке!
А Женя… У него вдруг меняется лицо. На нем появляется какая-то дикая решимость, какой я никогда не видела. И… он бьет Варлама по щеке. Изворачивается, размахивается и ударяет.
Вот это да!
Такого я от своего бывшего никак не ожидала.
И пусть его кулак соскальзывает, не причинив никакого вреда каменной щеке Варлама. Да и вряд ли он мог бы… Но сам факт! Женя решился кого-то ударить… Да он в жизни ни разу не дрался. Сам мне говорил. Называл себя пацифистом и гуманистом.
А сейчас он переступил через свои принципы. Ради меня!
Варлам выпускает куртку Жени из своих рук. И, кажется, толкает его. Или даже бьет. Я не знаю. Я не поняла…
Я вижу лишь, как Женя падает на асфальт, неловко выставив руку. И удараяется головой.
— Женя! — бросаюсь я к нему.
Падаю рядом с ним на колени.
— Дурак! Идиот! — ору я на Варлама, присевшего рядом. — Что ты с ним сделал?
— Да ничего… Вообще ничего!
— Ты его убил!
— Да живой он…
— Покалечил!
— Да ничего ему не сделается…
— Я тебя самого сейчас убью!
— Да он притворяется! Зуб даю! Не мог он от такого слабого удара сознание потерять.
Я вижу, что Женя открывает глаза. Смотрит на меня… и снова закрывает.
— Женя! Женечка… Вызови скорую! — ору я на Варлама.
— Не надо скорую, — шепчет Женя, не открывая глаз. — Я в порядке.
— Ну! Я же говорил! — торжествующе произносит Варлам.
— Что ты тут делаешь вообще? Ты дал слово!
— Я думал, он тебя обижает.
— Меня никто не обижает! Кроме тебя!
— Хочешь, я его в больничку отвезу? И лично проконтролирую, чтобы ему мозги проверили.
— Не надо! — Женя резко садится.
— Ты как? — бросаюсь я к нему. — Голова не кружится?
— Вроде нет…
Женя смотрит мне в глаза и не смотрит на Варлама.