Чтение онлайн

А Карл Задира очень любил драться. Со всеми соседями он давно перессорился, а если иногда мирился, то исключительно для того, чтобы поссориться еще раз, иначе неинтересно.

Для того чтобы драться с соседями, нужна хорошая армия, а для того, чтобы армия дралась и не разбегалась, ей нужно неплохо платить и хорошо кормить. Для чего, в свою очередь, необходимы налоги, поборы, десятины и обложения, которые проще собирать с помощью той же армии, – • цивильных сборщиков можно побить, а с военными проделать это значительно труднее.

Вот так и шло – в мирное время армия разоряла свою страну, в военное – чужие. Естественно, разумнее было чаще отправлять ее в зарубежное турне.

Постепенно Карл Задира прибрал к рукам или запугал многих соседей, и только с Генрихом Драчуном он никак не мог справиться, потому что этот Генрих был того же поля ягода – так же любил драться, запугивать и прибирать к рукам соседей и держать в руках армию (а для этого в те времена требовалось не меньше мастерства, чем для того, чтобы выиграть битву). В конце концов свелось к тому, что серьезно воевали только они одни, но ни одному не удавалось начисто разгромить другого. Оба понимали – дальше так продолжаться не может.

Карл Задира, несмотря на то что был весьма ограниченным, недалеким человеком, научных методов не чурался. И велел позвать одного из своих мудрецов, чтобы тот растолковал, как быть и как жить дальше.

Мудрецы были учеными стариками, считавшими, что им известно все обо всем, и каждый утверждал, что истинный мудрец и светоч знания только он, а все остальные – безмозглые компиляторы и плагиатствующие жулики.

Мудрец предложил королю Карлу помириться с королем Генрихом. Через пять минут ему отрубили голову, признав его предложение государственной изменой и оскорблением национального достоинства. Назавтра Карл вызвал второго мудреца, и тот, памятуя о печальной судьбе предшественника, решил предложить прямо противоположное – идти войной на Генриха и бить его, пока не разобьют дочиста.

Второго мудреца повесили, потому что палач, ведавший рубкой голов, лежал после приступа радикулита. Король Карл и сам знал, что лучше всего идти войной, но этот способ был против Генриха многократно использован и успеха не принес. Король на скорую руку, задним числом обвинил второго мудреца в преступной недооценке духа времени и велел вызвать третьего.

Но и мудрецы не дремали. Они ненавидели друг друга, однако отбрасывали распри в одном-единственном случае – когда опасность грозила всей корпорации. То, что сейчас дело обстояло именно так, не посмели отрицать и самые глупые мудрецы.

Все они умели считать, хотя бы на пальцах, и быстро вычислили, через сколько дней королевство останется вовсе без мудрецов, если их истребление будет продолжаться такими же темпами. А вычислив, ужаснулись и в ту же минуту дружно разбежались по сопредельным странам.

Твердо решив получить научную консультацию, Карл Задира пригласил алхимика. В каждом порядочном королевстве были в те времена свои алхимики. Жил он обычно в уединенной обветшалой башне в компании сов и летучих мышей (многие выписывали из-за границы еще и крокодилов – для колорита), днем спал, а ночью превращал свинец в золото, вызывал духов для конфиденциальных бесед и наблюдал за звездами. В отличие от мудрецов алхимики больше скрывали свои познания, чем хвастались ими, и оттого на всякий случай их все боялись – короли в том числе. Не могло быть и речи о том, чтобы вульгарно рубить головы алхимикам, как это запросто проделывали с мудрецами. Алхимикам не приказывали прибыть – их вежливо приглашали.

Принято считать, что алхимики поголовно были старыми уродами, но в это плохо верится, – если в наше время имеются тридцатилетние доктора наук, почему же мы обижаем алхимиков упрощенным представлением о них? Из дальнейших событий можно сделать неопровержимый вывод – тот алхимик, что пришел к королю Карлу, наверняка был молодым.

Оказалось, что пришел он слишком рано – король испытывал на полигоне новые баллисты, а в это время принцесса, прогуливаясь по замку, увидела нового человека и заинтересовалась.

– Кто вы такой? – спросила она.

– Алхимик, – признался гость.

Принцесса хотела испугаться и убежать, но любопытство пересилило, и она спросила:

– Правда, что вы умеете превращать плохих людей в жаб? Понимаете, у меня есть старая камер-фрейлина, она меня замучила своими придирками, даже на танцы не отпускает…

Как это часто бывает со многими, алхимику захотелось произвести впечатление на красивую девушку, и в результате оказалось, что старую камер-фрейлину нигде не могут найти, а в дворцовом пруду появилась новая жаба, тут же принявшаяся учить хорошим манерам молодых головастиков…

– А это правда, что ваш крокодил умеет петь веселые песни? – спросила принцесса, налюбовавшись на жабу.

– Умеет, – подтвердил алхимик. – Вы их любите?

– Ужасно! – призналась принцесса. – Только у нас играют одни военные марши. Вы себе не представляете, какая у нас скучища – сплошь кондотьеры, берсальеры, кирасиры, мушкетеры, пушкари, гренадеры и всякие там пикинеры. Разговаривают за завтраком про драку, за обедом про побоище, за ужином про обходной маневр. Только и слышишь: маршировка, рекогносцировка, ретирада, сикурс, дефилировать, бомбардировать… А мне танцевать хочется, и песни слушать, и влюбиться хочется в хорошего человека, и замуж выйти, и чтобы дети были… Мама в прошлом году сбежала с путешественником, и я ее вполне понимаю. Иногда хочется даже, чтобы батюшку разбили и он занялся бы полезным делом – пчел разводил или булки пек…

Дальнейшая беседа приняла чересчур уж личный характер. В те времена принято было влюбляться с первого взгляда, алхимик был молодой и неженатый, а принцесса… Тогда, как и сейчас, девушки не могли равнодушно относиться к пользующимся популярностью молодым талантам, а если учесть, что хоккеистов и солистов вокально-инструментальных ансамблей, не говоря уж о киноартистах, не существовало, алхимик был интригующей фигурой номер один.

Карл Задира вошел в тот момент, когда принцесса договаривалась с алхимиком, как тот ее украдет. План остался незавершенным – король тут же уволок алхимика в самое глубокое, самое тайное подземелье. Нужно было обеспечить максимальную секретность – половине слуг король не доверял, и на то были все основания.

– Догадываешься, зачем пригласил? – спросил король.

– Примерно, – сказал алхимик.

– Вот и придумай, как мне расколошматить этого мерзавца.

– Не могу, – сказал Алхимик. – Мы войной не занимаемся.

– Ну и ладно. – Король, похоже, не рассердился. – Я тут и сам кое-что замыслил. Вы все считаете, что Карл Задира – тупой солдафон, а он, между прочим, личность с фантазией. Это правда, что вы алхимики, умеете проделывать с Временем разные штуки?

– Можем, – сказал алхимик. – Например, болит у меня зуб – возьму и перепрыгну на полчасика вперед, когда он уже не болит, обязательно в личных целях.