Чтение онлайн

Орм сполз с холмика, кивнул и протянул бинокль Ивальду. Взгляни… Осторожно высунувшись из-за дерева, кузнец начал разглядывать деревню. Парадокс. С одной стороны, при взгляде на подобные поселения у подземника, привыкшего к механизации и надежным цивилизованным укрытиям, поднималась в душе неприязнь. Убогие жилища, дети-уроды, примитивные законы и суровая среда обитания, дающая шанс лишь сильнейшему. Но, с другой стороны, это было похоже на гордость. И пусть Ивальд себя к людям уже совершенно не относил — это и раньше проскакивало, а северяне укрепили, — но не оставляла мысль: живут! Цепляются за землю, продолжают род, воюют и живут. Словно остатки старательно уничтожаемых бактерий, все равно расползаются по, казалось бы, мертвым территориям и продолжают жить. Наверное, именно это имел в виду Торбранд, когда говорил о преувеличении слухов о наступлении Армагеддона…

Пожаров вроде не видать, на дозорных вышках человеческие силуэты, лает собака, редко хлопают двери домов, работают башни — поселение не спит. Но тут даже Ивальд ухватил — есть в воздухе что-то неприятное, неосязаемое и нематериальное, словно предчувствие грозы, а бодрствует деревня не просто так, от бессонницы мартовской. Тяжелое и тоскливое облако держало Тулинское внутри, не желая отпускать, а часть домов не напрасно казались пустыми.

— Они ушли? — Ивальд вернулся за дерево, отдавая бинокль.

Орм кивнул.

— Увели женщин, технику, скот, стариков и детей, ворота хранилищ открыты — запасы спрятаны. На вышках вооруженные дозоры, улицы перегорожены телегами и хламом. Они ожидают нападения и готовы сражаться. Неумело, но отважно…

— Тролли… — одними губами произнес кузнец. Но на этот раз Орм отрицательно покачал головой.

— Еще нет. Приди сюда тролли, и от этого поселка не осталось бы и воспоминания. Боя еще не было — чистые стены, неповрежденные ветряные башни, ничего не горело… Интересно, как давно они ждут?

— Мы войдем в деревню?

— Позже, на рассвете. Высунуться сейчас означает схлопотать стрелу из арбалета…

— А тролли?

— Не сегодня, даже если они, чтоб им удачи не было, уже и подступили к поселку с севера. Скоро утро, а при свете на подготовившихся мужиков выродки не полезут даже толпой. Может, этой ночью… Им это на руку, деревенские за сутки ожидания измотаются дальше некуда, можно будет брать готовеньких…

— А мы?

— Считай, что нам повезло. Успели, и даже можем помочь, если ярл, конечно, иначе не решит. Суки эти, тролли, нас ох как стали бояться за последние две зимы…

— А если они узнают о подкреплении и не нападут?

— Тогда мы просто двинем по их следу на север, как и предполагал Хальвдан, выйдем к Оби, догоним и перебьем. Вообще троллям, чтоб им только с мужиками своими спать, лучше бы понять расклад и отступить… Но наша задача сейчас как раз сделать так, чтобы они ни в коем случае об этом не узнали…

— Но ведь… тогда они ударят наверняка!…

— Конечно, Ивальд! Молю Тора, чтобы это произошло именно так.

В деревню ветрянщиков северяне вошли через полчаса после окончательного рассвета. Дождались, пока солнце поднимется над восточным краем поляны, затем ярл дал отмашку снайперам и пулемету, разбудив задремавшего-таки Арнольва, и три викинга стремительно двинулись к поселку. Орм толкнул кузнеца, протер глаза, размял затекшие от ожидания пальцы и открыл прицел, выползая на позицию. Мало ли что…

Атли, Харальд и Олаф подошли к поселению с юга, прикрывшись от дозорных вышек одной из ветряных башен. Стремительно пересекли бугристые линии пашни, проскользнули. через неплотное ограждение деревни и уже через мгновение осторожно пробирались среди хибар нищего района. Охранник, сменившийся под утро на ближайшей дозорной вышке, отчаянно и во весь голос зевал, демонстрируя наступающему утру свое желание продолжить прерванный сон. Поэтому троим северянам не составило большого труда пройти практически под самой башенкой и затаиться между хижин. Снайперы и пулемет викингов терпеливо выжидали, наблюдая за проникнувшим в деревню отрядом. Усиливался ветер, но на этот раз он рванул с юга — теплый и неколючий, собирались облака.

Стволом автомата проверяя каждый темный угол. Атли, пригнувшись, двигался по размокшей и разбитой ногами ветрянщиков улочке, стараясь не задевать амуницией за жестяные стены низких строений. Первая пара его хирда — Харальд и Олаф, безупречно работающие в спайке, — двигалась параллельным курсом, шаг за шагом приближаясь к центральной площади Тулинского — вытоптанному пятаку метров двадцати в диаметре, что между богатыми домами.

Атли остановился, опуская автомат на плечо, высунулся из-за фанерного угла хижины. Взглядом нашел на опушке позицию Торкеля и, зная, что сейчас его отлично видно в мощный прицел, сделал несколько неторопливых и внятных жестов, приблизительно означавших: «Если мы пройдем к центральным домам, а охранник на вышке начнет суету — снимай его к такой-то матери». И добавил, повернувшись в сторону Орма: «И второго тоже…» Медленно, стараясь не наступать на валяющийся среди переулков разнообразный хлам и обходя нелепые баррикады, не способные остановить даже зайца, викинги насквозь прошли через пустынную спящую деревню. Свет в окнах уже не горел, лопасти ветряных башен замерли, отдыхая до вечера.

Профессионально тихо и быстро, умело и отточенно, почти как в утренних набегах, так прославивших северян на этих землях много зим назад, викинги оставляли за спинами пустые улочки хибар; сгорбившиеся за прицельными планками, воедино слившиеся со своими автоматами, цветастые, не по-военному пестрые воины вышли к площади, пригнувшись еще сильнее и отступив в тень. Сонное царство, а ведь никто не утверждал, что тролли не нападают при свете дня…

Жестами боевого языка переговариваясь через площадь, Атли приказал Олафу прикрывать себя, уже готовый выйти на открытое пространство и вступить в контакт с жителем охранной вышки, как тут дверь дома напротив, за которым и схоронилась первая пара, неожиданно распахнулась. Сонной походкой на улице появился один из ветрянщиков.

Мужик с видом полноправного хозяина бегло осмотрел площадь, поднял голову на вышки и на ветряные лопасти ближайшей башни, зевнул, сплюнул в лужу, почесывая живот, забросил за спину длинное ружье. Прикрыл массивную дверь и начал неторопливо огибать угол дома, даже не предполагая, насколько близко сейчас находится от смерти. Атли оперся плечом о стену, поднимая автомат.

Олаф исчез в тени, Харальд слился с забором. Мужик не любил далеко ходить, чувствуя себя как дома буквально за любым поворотом. Пройдя едва ли не в трех шагах от окаменевшего Харальда, так и не заметив его, остановился прямо посреди улочки, задумчиво уставившись лицом на восход, и неторопливо спустил штаны. Осторожно опуская винтовку на землю и вынимая из наплечного чехла широкий нож, Харальд рассмотрел ветрянщика.

С Городами и остатками Федералов еще все понятно — у них мода корнями уходит в довоенное прошлое, оттуда и весь нехитрый костюм: ботинки, едва ли претерпевшие изменения за последние сотни зим, камуфляж, средства защиты, куртки, удобные штаны, сбруя, ножны, кобуры. С северянами тоже ясно — историческая реконструкция рубах, шапок, плащей, кожаной одежды, безрукавок, тулупов плюс заимствованное у тех же Федералов, но слегка подправленное. Подземники тоже вроде хоть одеждой на людей похожи, пусть и неказисто. На Миссионеров и их навороты без ужаса смотреть просто невозможно, но то и понятно — не русские они. Но стиль одежды у северных и восточных от Урала человеческих племен, обитающих вне зон влияния Городов, хотя и обрисовывал наглядно образ жизни и условия их существования, но у чужака вызывал как минимум удивление.