Чтение онлайн

А Ваня, не переставая болтать, уже оделся и стоял рядом.

– Куда мы теперь пойдем? В лагерь? – спросил он.

– Мы пойдем в лагерь, – мрачно ответил Роман. – Только не сейчас. Надо дождаться темноты.

– Правильно, Волк, – согласился мальчик. – Нас не было много дней. Там, наверно, все на ушах стоят. А здорово ты ту собаку прогнал! Как он завыла, как завизжала! А эти менты за ней!

Волчонок засмеялся. Роман посмотрел на него, на его ровные и белоснежные зубы, вспомнил что-то и тоже засмеялся. Спокойствие и хорошее настроение Волчонка вдруг совершенно успокоили его. Мальчик стал ему родным. Он его обожал и любил. Почему-то на свете больше его уже ничего не волновало кроме этого мальчика. Его волчонка.

Они теперь были одни на всем белом свете. Никто им не был нужен кроме друг друга.

– Давай играть, Волк, – у волчат одно на уме. Но волки не умеют ни в чем отказывать своим детенышам. Впрочем, и чужим тоже. Слово волчонка для волка закон.

Волк Роман и Волчонок Ваня стали играть. Они бегали по лесу, залезали на деревья, кричали, свистели и даже дрались. Конечно, понарошку, а не на самом деле. И Волчонок всегда побеждал. А как он смотрел на Романа! С каким обожанием! За один только этот взгляд Волк готов был сделать для него что угодно.

Настал вечер, и пора уже было идти в лагерь.

– Что мы скажем? – спросил Волк Волчонка.

– Что мы теперь волки! – закричал Волчонок. – Пусть только к нам полезут!

– И нас обоих сразу в психушку, – Роман не терял головы. – Будут долго расспрашивать, и колоть всякими уколами.

Услыхав про уколы, Волчонок поежился.

– А потом, когда через двадцать пять дней наступит полнолуние, в клинике, где нас будут лечить, появятся два волка. Волк и волчонок. Ты думаешь, что врачи и санитары будут долго разбираться с ними? Нет. Они вызовут милицию, с собаками или с ружьями. И тогда конец. Послушай, Волчонок, – голос Волка был тревожным и серьезным, – мы никому не должны говорить, что с нами произошло на самом деле. Ты понял меня?

– Да, Волк, – глаза мальчика заблестели еще ярче. Он стал еще более симпатичным. Волосы его потемнели, глаза стали еще больше. – Я тебя понял. Это новая игра?

– Да. Может быть, через месяц с нами ничего больше и не произойдет. А все это была глупая случайность.

И они пошли в лагерь.

– А жаль, – сказал Ваня, когда они были уже у забора.

– Что жаль? – не понял Роман.

– Жаль, если мы с тобой больше не превратимся в волков.

Роман промолчал. Он не был согласен с этой мыслью. Впрочем, может быть, где-то в глубине души и у него тоже шевельнулось сожаление. Но оно быстро исчезло.

Войти в дачу решили через окно, из которого они удрали на волю. Когда стало совсем темно, Волк и Волчонок подкрались к даче и подошли к окну. Оно было закрыто. Но Роман знал, что форточка в нем не имеет щеколды. Он поднял Волчонка, и тот нырнул внутрь. Через секунду он открыл окно, и Роман тоже залез в комнату. Глаза его прекрасно видели в темноте. В комнате ничего не изменилось после того, что случилось несколько ночей назад. Но только на первый взгляд. Присмотревшись внимательней, Волк понял, что все здесь было тщательно пересмотрено и проверено.

Здесь был обыск. Что ж, вполне естественно. Пропали два человека. Роман даже ощутил запах собаки, которая была здесь. Ему этот запах очень не понравился.

Стало светло. Это Волчонок включил свет.

– Что ты делаешь?! – воскликнул Роман.

– Включил свет. Ведь темно же.

Роман подумал, что, наверно, надо выключить свет, но потом передумал. Все равно рано или поздно надо будет показаться людям. И что он им скажет?

Словно нарочно в комнату заглянула Оля. Роман увидел ее застывший взгляд. С губ девушки готов был вырваться крик, но Роман не допустил этого. Он схватил Олю за руку и втащил ее в комнату.

– Это мы, – твердым голосом произнес он. – Что тут без нас было? Рассказывай!

– Где вы были? Что произошло? – как все девушки. Оля не стала отвечать на вопросы Романа, а стала задавать свои.

– С нами все в порядке, – ответил Роман. – Мы были в городе. Ваня сбежал из лагеря, я его искал. – Роман ничего другого не успел придумать, и врал первое, что приходило в голову.

– А почему ты ничего не сообщил в лагерь?

Роману не понравился допрашивающий тон напарницы. Его глаза сверкнули недобрым огнем. Но Ольга ничего не заметила. Она продолжала строго спрашивать Романа о побеге. Потом набросилась на Ваню. Мальчик молчал. Он считал, что Волк ответит на все вопросы лучше него.

– Я тебе все расскажу после того, как ты мне сообщишь обо всем, что здесь было. Это очень для меня важно, – вожатый схватил девушку за руки, от чего она даже поморщилась: так крепко он сжал их. Роман это увидел и сразу стал спокойней. – Извини…

Оля молчала. Обиженно посмотрела на молодого человека и всхлипнула. Если бы здесь не было Вани, она наверно бы заплакала.

– Здесь такое было! – наконец вымолвила она. – Такое… Меня чуть из лагеря не выгнали, а еще следователь был. Допрашивал. Что он только не говорил! Потом милиция, собаки… Ужас! Дети плачут, просят позвонить родителям. Троих даже забрали. А вы…

Она недоговорила. Сбивчивая речь Оли прервалась. Она задохнулась от возмущения и от вновь пережитых за последние дни волнений.

Роман, сжав зубы, внимательно слушал сбивчивую речь девушки. Ситуация была сложной. Она не обещала ничего хорошего ни ему, ни мальчику.

– Никаншин сбежал из-за прививок, – наконец выдохнул он. – Я нашел его на вокзале. Даже не на вокзале, а в поезде «Казань-Петербург». День у меня ушел на погоню за поездом. Старик, нищий один видел, как Никаншин садился в этот поезд. Я его знаю, поэтому он мне сказал. Но поезд уже ушел. Я гнался за ним на попутке. Догнал только на следующий день в Казани. Представляешь? Где мне было звонить? Я не мог ничего сообщить. Не было времени. И денег.

Оля и Волчонок смотрели на Романа. Девушка с удивлением и страхом, а мальчик с восторгом оттого, как Волк все здорово придумал.

– Это правда? – У Оли были такие глаза, что соврать им было просто невозможно.

Но Роман смотрел на нее не менее честными глазами. Она поверила ему.

– А мы думали, что вас убили. Некоторые говорили, что ты чокнутый и похитил ребенка, но, конечно, никто не верил в эту глупость.

Девушка даже засмеялась от счастья, что все так кончилось. Она поверила каждому слову Романа. Но тот знал, что с начальником лагеря разговаривать будет во много раз трудней.