Чтение онлайн

— Как же ты в путь без них отправился? Некому будет под тобой споткнуться, некому на плече встрепенуться и позади ощетиниться.

— А почему это конь мой черный споткнется, черный ворон встрепенется, а пес черный ощетинится? Нет в мире силы, на погибель мне рожденной.

— А Иван — крестьянский сын?

— Так он еще не родился, а если и родился, так на бой не сгодится: сяду задом голым — только мокрое место останется.

— Ты, Чудо-Юдо, погоди хвалиться. Похвалялась родня твоя на мосту на Калиновом, да только головы под мостом оставила.

— Лжешь!

— Да ты че! — Изобразив самую крутую распальцовку, на которую только способен, я принялся изображать из себя «серьезного па-ца-на» на разборках. — Сперва шесть голов, затем, на другую ночь, еще девять, и наконец на третью — двенадцать. Всего выходит двадцать семь штук.

— Да я тебя на одну руку посажу, а другой прихлопну — только брызнет меж пальцев.

— О'кей! Сегодня в полночь на Калиновом мосту, что на речке Смородине. Здесь недалеко — любой укажет. Если не сдрейфишь.

— Я буду там, поужинаю тобой.

Все шесть пастей клацнули, все двенадцать глаз зыркнули, но я уже развернулся и отошел.

Надо бы мне еще с Кощеем переговорить — вдруг разведаю, в каком яйце его смерть. А там прием, рекомендованный женщинам как самый действенный в случае бандитского нападения, и выноси готовенького…

Но переговорить с женихом заморским с глазу на глаз мне не удалось. Он появился вдвоем с царем-батюшкой.

Их появление отметили поклонами и радостными выкриками. Еще бы, ожидание кончилось и с минуты на минуту начнется пир.

Кощей обвел всех собравшихся немигающим взором, который хорошо вписывался в его имидж. Высокая, за два метра, и неимоверно широкая в плечах (за счет накладных пластин) фигура олицетворяет эталон солдата с точки зрения робототехники. Ни грамма лишней плоти. Вообще ни грамма. Скелет, обтянутый неестественно серой кожей и наделенный способностью двигаться. Ни свободного покроя плащ, ни огромные наплечники, ни нагрудная пластина не в силах скрыть его уродство. Или совершенство — если смотреть с другой стороны.

Царь Далдон подхватил незваного зятя под локоть и подошел ко мне.

— Это волхв наш, кудесник, избранник богов, — представил он меня заморскому гостю. Затем обратился ко мне: — Чем порадуешь?

— Благодаря вашей проницательности, царь-надежа, избежали мы беды лютой.

— Это какой же?

— То, что поведаю я сейчас, — слова не мои, а сил небесных, чью волю не в силах постичь человеческий разум. Нам же суждено лишь покорно следовать по пути, начертанному для нас свыше.

— Вещай дале, да не лги.

— Язык волхва — лишь инструмент для изъявления воли небесной.

— Говори, — поторопил меня Далдон.

Кощей, не мигая, изучал свои ногти, делая вид, что ни до меня, ни до того, что я говорю, ему и дела нет.

— Явилось мне озарение, и увидел я предостережение. И возрадовался я вашему, царь-батюшка, дару предвидеть невидимое и зреть немыслимое.

Царь польщенно заулыбался, а я продолжил:

— Пророчество мое слушайте. Если владыка земли тридесятой царь Кощей бросит взгляд на дочку цареву Алену — быть беде. Неугодно это силам небесным. Одного взгляда достаточно, чтобы тяжкие испытания обрушились на земли наши…

Кощей положил руку на гарду своего меча и проскрипел:

— Я решил жениться, и я женюсь. На царевне Алене.

— Нет! — выкрикнул я. — Ибо суждена тебе иная.

— Какая?

— Белая невеста — смерть!

— Я бессмертный.

— Такова воля богов. А им подвластно все.

Кощей скрипнул зубами и потянул меч из ножен.

Бояре отпрянули, гости иноземные приготовились к бою. Но Далдон ухватил Кощея за руку, приглашая за стол:

— Давай пировать. Негоже на пустой желудок вопросы важные решать. Завтра все обсудим.

— Хорошо, — разом остыл Кощей Бессмертный. — Как говорит моя племянница: «Утро вечера мудренее».

— Умная девочка, — похвалил Далдон.

— Лягушка, — прошептал я, впрочем, так тихо, что никто не услышал. А то за оскорбление особы царской крови укоротят на голову, и доказывай потом, что она действительно жаба.

Далдон прошествовал с Кощеем во главу стола и сделал мне знак удалиться. Сдается мне, он решил, что я затеял весь этот цирк по просьбе дочери.

Прежде чем удалиться из царского дворца, я пробрался в покои Аленушки, и мы переговорили о стратегии дальнейших действий.

Закрывая за мной дверь, она прошептала:

— Будь осторожен. Победи Чудо-Юдо и вернись. Вернись, молю…

Я поцеловал ее влажные глаза, чувствуя на губах соленый вкус слез.

— …а ежели что случится, найди няньку мою — Ягу Костеногову. Она поможет.

— Все будет хорошо, — пообещал я. Верить бы в это самому…

Конь, несущий меня на своей спине, несмотря на свою массивность, идет легко и быстро. Его огромные копыта с силой впечатываются в утоптанную землю, оставляя глубокие выемки и вьющуюся следом пыль. Благо легкий ветерок дует в лицо, да и скорость моего скакуна весьма и весьма приличная. Если погода не испортится, на что намекают надвигающиеся с севера темные груды туч, и не пойдет дождь, то до Калинова моста я доберусь засветло. Останется время осмотреть окрестности и приготовиться к поединку.