Волк. Поля надежды
Шрифт:
– Что там, Костя?
Радист потащил с головы наушники, затем доложил, как было принято среди своих, неофициально:
– Что-то ушастые всполошились, тащ старший лейтенант. Гонят уже полчаса одно и то же. Только последние слова меняются. Мол, кто-то у них загибается в гравитационной ловушке.
– Да? – Командир вахты пошевелился в своём кресле: – Переключи на меня.
Сержант кивнул, коснувшись сенсора управления, и в рубке раздался усталый голос:
– Аррие ун саато «Аальрих». Текка арр укси аале ох…
– Что они там несут? – поинтересовался сидящий возле рыжего связиста второй оператор, но тот молча вслушивался, потом резко развернулся к старлею:
– Командир, саури просят о помощи. У них на корабле дети.
Старший лейтенант в это время торопливо что-то гонял на своём мониторе, потом удовлетворённо вздохнул и переключился на командную рубку:
– Дежурный офицер вахты связи старший лейтенант Петров вызывает старшего офицера вахты.
Спустя мгновение донёсся ответ:
– Майор Борисов на связи. Что там у вас, Петров?
Старлей твёрдым голосом доложил:
– Перехвачено сообщение саури. Просят о помощи.
– О помощи? Саури?! Ты в своём уме, старшой?!
Связист заторопился:
– У них транспорт с детьми попал в гравитационное течение! Хода нет, и течение затягивает их в чёрную дыру, товарищ майор. А в свете последних приказов…
Лицо майора смягчилось.
– Понял тебя, старлей. Извини, из головы вылетело. Сейчас доложу командиру…
Связь прервалась, а старший лейтенант Петров облегчённо откинулся в кресле. Одно дело – воевать с солдатами. Другое – спокойно смотреть, как гибнут дети, пусть даже и саури, и знать, что у тебя имелась возможность их спасти…
Пётр Борисов, старший офицер рейдера, раздумывал не долго. Получив всю имеющуюся информацию, поспешил к командиру корабля, который буквально два часа назад ушёл с мостика отдыхать. Хоть и жаль будить полковника, но…
– Войдите, – донеслось из интеркома двери, и стальная створка, расколовшись на две части, пропустила офицера в каюту. К облегчению Борисова, командир не спал, а заканчивал ужинать, о чём говорила ещё неубранная посуда на столе. При появлении старшего офицера полковник вопросительно поднял брови: – Что случилось?
Борисов вскинул ладонь к плечу в салюте:
– Товарищ полковник, перехват связи. Саури запрашивают о помощи.
– Саури?! – От неожиданности командир рейдера на мгновение растерялся, но тут же взял себя в руки: – Подробности.
– Потерявший ход транспорт, полный детей, попал в гравитационное течение, и его затягивает в чёрную дыру. Они в двух секторах от нас, это четыре часа хода.
– Ясно… В свете приказа о прекращении активных действий и нашего отзыва с операции по проникновению в глубь обитаемого ареала можно было ожидать чего-то подобного. – Полковник обратил внимание на пытающегося что-то сказать офицера: – Есть ещё новости?
– Транспорт класса «Бегемот». На борту, судя по нашим данным, пять тысяч пассажиров…
– Это же пять тысяч детей!!! Может ли это быть ловушкой?
– Такой примитивной? С вещанием на широкой волне, да ещё незашифрованным текстом? Сомневаюсь, товарищ полковник.
– Согласен.
Короткая пауза, затем последовал чёткий и недвусмысленный приказ:
– Рейдеру повернуть в указанные саури координаты. Вахтам сканировать окружающее пространство всеми методами. Спасательной службе приготовиться к буксировке транспорта в безопасный район. Десанту и пилотам истребителей – боевая тревога.
– Есть!.. – чётко отдал честь Борисов, развернулся и покинул каюту, улыбаясь про себя…
Сектор 313–555–797
Облегчение экипажа «Аальриха», вызванное появлением Малого Листа с близлежащей диспетчерской оборонительной станции, сменилось отчаянием. Несмотря на все усилия, извергающий факелы перегретой плазмы из нещадно насилуемых двигателей крошечный, по сравнению с огромной тушей транспорта, эсминец не мог вытащить корабль из течения. Хотя экипаж Листа делал всё возможное и невозможное для спасения терпящих бедствие. Пять тысяч детей в возрасте до двенадцати лет смотрели на них с надеждой…
Сейе мрачно смотрел на показатели температуры двигателей своего корабля, которые неотвратимо приближали последние мгновения перед взрывом. Ещё пятнадцать минут, и их придётся глушить, иначе и он рискует стать жертвой чёрной дыры. Всё, чего они смогли добиться, – лишь чуть, буквально на пять-шесть минут, отсрочить точку невозврата, когда могучие силы начнут плющить корпус корабля. Никакого варианта для спасения терпящих бедствие не было. Впрочем, для его корабля тоже. Сейе не собирался спокойно наблюдать, как раздираемый гравитационными возмущениями транспорт начнёт плющить и корёжить. Да и как пережить подобное? Проще пустить луч бластера в висок…
– Командир! Командир! Люди!
– Что?!! Отстрелить спасательные концы! К бою!!! Мы не позволим умереть детям раньше срока, отпущенного им богами!
Взвыла сирена, до чутких длинных ушей донёсся перестук обуви торопливо занимающих свои места операторов орудий и пусковых установок.
– Что за корабль? Класс?
– Не могу знать, ююти! Пока наши сенсоры говорят лишь о скором прибытии, да по выхлопу рабочего тела удалось определить, что корабль принадлежит людям. Но он быстро приближается!
– Сообщить на «Аальрих», что мы будем защищать их до последнего!
Связист торопливо забормотал в микрофон, а сейе Тору ас Акзай лишь сильнее стиснул подлокотники командирского кресла. Тёмные боги явно обиделись на него, иначе столько несчастий одновременно не свалилось бы на его голову…
– Высокий! Это… это… – донёсся истошный крик оператора радаров, но командир Малого Листа уже серел от отлившей от щёк крови – он уже собственными глазами мог различить огромную тушу человеческого рейдера, как они называли свои корабли класса «Дерево», относящиеся к сверхбольшим кораблям.