Волк
Шрифт:
— Не волнуйся, я верну его.
* * *
Солнце опустилось низко к горизонту, угол был острым, а лучи приглушил сезонный наклон земной оси. На небе были какие — то облака, а еще вокруг росли деревья… да, листвы не было, но ветки и стволы не были прозрачными.
И все же Люкан не прошел дальше двух футов от двери.
Да, над дверью был навес, но он нисколько не мешал огромному огненному шару, нависшему над горизонтом: низкое положение солнца означало, что слепящие, высасывающие силу лучи били в него подобно кирпичной стене, вышибая дух. Люкан споткнулся и выронил охранника, но это уже не имело значения.
Он разом ослеп.
Мир превратился в бесформенную мутную степь, и он резко развернулся, думая, что становится лицом к двери. Но нет. Вытянув руки, он не смог нащупать дверную ручку. Не ощущал здание.
Люкан споткнулся обо что — то. Упал. Оторвался от земли…
Горел.
Горела его кожа? Да. И боль парализовала, он рухнул лицом в асфальт.
Срань Господня, — думал он. Вот как он умрет. Немыслимо.
У него были другие возможности для кончины, начиная от несчастных случаев, драк и заканчивая инфекцией, которую он подцепил в детстве… а еще он пережил травмирующее превращение, будучи полукровкой с кровью вампира.
Но он пережил все это, чтобы прийти к смерти под солнцем, оказаться поджаренным до хрустящей корочки на куске асфальта. Эта солнечная ванна объясняла, почему каждое живое существо — будь то вампир, оборотень или даже человек — искало темный угол.
И, что самое странное… он не мог перестать думать о Рио.
Страх за ее жизнь заставил его отчаянно искать дверь. Выбрасывая руки в стороны, Люкан потащил себя вперед, хотя прекрасно понимал, что может уводить себя все дальше от безопасности…
— Люк!
Голос сбил его с толку. Рио была на улице? А, точно. Белый ландшафт вокруг него… Забвение… место, куда отправляются вампиры, чтобы провести там вечность. И, хэй, как оказалось, тебя там приветствовала любимая женщина…
Дерьмо!
— Рио? — пробормотал он. — Ты умерла?
— Давай, поднимайся.
Охваченный невероятной болью, Люкан все еще хотел выполнить ее пожелание, удовлетворить ее. Поэтому он попытался подняться на ноги.
— Черт, — простонал он, когда его обхватили за талию и дернули вверх.
Он споткнулся обо что — то твердое, ударяясь лицом. А потом его равновесие покачнулось. Послышалось пиканье кнопок. Потом еще…
— Черт подери, какой здесь код? — выкрикнула Рио.
Люкан покачнулся на ногах, и падение было неминуемо, неслось ему навстречу словно бумеранг: в одно мгновение он стоял на ногах, а в следующее уже лежал горизонтально, лицом в пол, тело отказывалось реагировать на приказы подняться.
После чего последовала секунда тишины. А затем — оглушительный шум.
Бамс! Бамс! Бамс!
— Мэйхэм! Мне нужен код… он умирает! Какой код…
Люкан выбросил руку на голос Рио, и когда он смог ухватиться за нее, наверное, это была лодыжка, он позвал:
— Рио…
— Мне нужен код! Мэйхэм…
— Ш — ш. Рио. Послушай меня. — Когда он понял, что так ничего не добьется, то использовал, казалось, последние силы, чтобы закричать: — Рио!
Повисло молчание, а потом ее голос раздался рядом с его ухом:
— Я приведу на помощь. Я просто должна привести помощь…
— Послушай. — Когда она замолчала, Люкан заговорил быстро, понимая, что время на исходе. — Я так рад, что встретил тебя…
— О чем ты говоришь? Я должна…
Люкан ухватился за воздух… а потом все же смог вцепиться в ее руку. Притянув ее к себе, он хрипло выдохнул:
— Жаль, у нас было так мало совместных дней и ночей. Думаю, у нас могло что — то сложиться.
— Замолчи. Береги силы.
Когда он замолчал, Люкан не знал, последовал ли он ее приказу… или просто перестал дышать.
Жаль, он не смог сказать ей большего, что у них не было большего вместе. Больше времени, больше мирных мгновений, больше поцелуев.
Больше… любви.
Но его умирающее сердце понимало, что наркоторговцы и полукровки вроде него недостойны такого дара.
Какая жалость.
Глава 39
Под исходящий от горящей кожи дым и запах паленой плоти, Рио начала долбить кулаками по металлической панели. Она не слышала ни грохота от своих ударов, ни своего крика. Все, что она понимала — что Люк лежит сейчас лицом на асфальте, рядом с костром, и она должна затащить его внутрь.
— Мэйхэм!
Она посмотрела на Люка. Его тело лежало ничком, и одна его рука, казалось, тлела… и было очевидно, что произошло. Хотя в воздухе не ощущался запах газа, Люк очевидно облил труп топливом и бросил спичку, за чем последовал взрыв газа, который обжег его лицо и все тело. Пытаясь спасти себя, он рухнул наземь и начал кататься, пытаясь сбить пламя, и Рио боялась представить, как выглядит его лицо.
Боже, она молилась, чтобы его легкие не были затронуты.
— На помощь! — закричала она.
Огонь рядом с ним разгорался с всё большей силой, разъедая останки охранника с еще большей интенсивностью. Если пламя продолжит разрастаться, то ей нужно будет оттащить Люка…
Дверь распахнулась, что — то выбросили из нее — черная сумка… нет, тело второго охранника использовали как таран. И бросив взгляд в сторону тесной лестничной площадки, она уловила Мэйхэма, прикрывающего лицо рукой, он еле стоял на ногах, его тело кренилось к сосновым ступеням так, словно он вот — вот лишится сознания.