Шрифт:
Глава 1.
Тело женщины лежало на широкой кровати с коваными перилами лицом вниз. Пышные белокурые волосы скрывали лицо, делая её похожей на манекен. Рассыпанная на лепестки роза и опрокинутый рядом бокал вина придавали картине трагически-щемящий оттенок.
Туманно-кисельную угрюмость утра капитан Куницын разгонял четвёртой за утро порцией кофе.
–Не слишком ли много битого стекла, Михалыч? – обратился к нему эксперт, скрупулёзно собирая лопаткой стеклянную крошку в пакеты.
–Такое чувство, что предметы методично крошили молотком.-продолжал он.
–И на посуду это не похоже.
–Предмет из толстого стекла необычной формы.-задумчиво протянул он.
Куницын обвёл глазами забранную тяжёлыми портьерами комнату и его внимание привлекли многочисленные ритуальные предметы и символы, расставленные на подвесных полках и развешанные на стенах: свечи, тибетские чаши, гонги, фотографии природы разнообразных ландшафтов с мистическим флёром, чаши, вазы, статуэтки всех культур и народов – всё, вплоть до православных икон. Вся эта эзотерическая окрошка, разбитые предметы, положение опрокинутого стула и распростёртого на диване безжизненного тела, создавали впечатление причудливой композиции, намеренно и художественно составленной зловещим оформителем.
–А вот и прокуратура подоспела, – вновь подал голос эксперт.
Следователь Клубков прервал мистическую паузу мыслей Куницына одним взмахом своей чёрной папки:
–Ну что тут у нас?
–Квартира принадлежит знакомой убитой, которая дважды в год предоставляла ей жилище для проживания, когда та приезжала в город по своим коммерческим делам. Приятельница, в свою очередь, сейчас в другом регионе, в момент убийства, предположительно, находилась на даче убитой. Её уже оповестили, сейчас направляется сюда.
Её местонахождение проверяется по мобильному телефону, по которому её проинформировали.
Домработница, божий одуванчик, приходившая делать уборку раз в неделю, открыла дверь своим ключом. Квартирантка, по её словам два дня не отвечала ей на звонки. Она и обнаружила тело.
–Что по соседям? – спросил далее Клубков.
–Пока ничего интересного, – отвечал капитан, – единственная оказавшаяся в это утро дома старушка, особой бдительности не проявила, никаких новых лиц, направляющихся в эту квартиру ни вчера, ни на днях не приметила.
–Посмотрим, что скажут камеры наблюдения.
Капитан рассматривал обнажённую спину убитой, одетую в вечернее платье. Под левой лопаткой выделялась красная точка с вялым кровоподтёком. Он отчётливо знал, что такие следы оставляет проникающий, точный и уверенный удар тонким шилом. И нанести его мог исключительно профессионал.
Маховик оперативно-розыскных мероприятий медленно раскачивал свой неповоротливый механизм.
Глава 2.
На красных стенах большой просторной комнаты медитативно переливались бирюзовые блики, разливая визуальную негу от приглушённого света большой восковой лампы в виде китайского дракона.
Мелодией нездешних мест отстукивали нежный ритм тибетские колокольчики.
Полупрозрачные витражные жалюзи преломляли проникающий из окон свет в причудливые узоры, рисовавшие на полу таинственные руны.
Высокие, толстые окна не пропускали внутрь помещения с шумного проспекта большого города ни единого звука.
В центре комнаты в большом кожаном кресле сидела женщина, по виду тридцати с небольшим лет, на лице которой лежала печать обиды и тоски. Опустив руки на лежащую у неё на коленях сумочку, она нервно теребила рифлёный, похожий на крокодила ремешок.
–Вы оказались правы, -говорила она женщине в пышном шёлковом халате и в красном тюрбане на голове, которая неспешно и со вкусом, раскладывала пасьянс из Таро на столе.
–После нашего знакомства прошло уже почти два года, а он, оказывается, до сих пор сидит на сайте знакомств и встречается со своими воздыхательницами.
Я была слишком влюблена и очарована, чтобы связать все факты и подозрения в эту ужасную и подлую картину, которая разбила мою веру в любовь и порядочность как дешёвое стекло.
–Ваша карта «аркан влюблённых», -начала предсказательница.
–Он означает непростой выбор и поиск верных решений. Это конфликт между умом и сердцем, прошлым и будущем, старым и новым, прихотью и долгом. Это экзамен, преподносимый жизнью, её проверка на силу духа для достойного её щедрых даров.
Голос пророчицы был мелодичным и успокаивающим, глаза излучали тепло и внушали надежду. Жасминовый чай, любезно предложенной хозяйкой салона и индийские благовония вызывали желание свернуться клубком в этой юдоли безмятежности и остаться в ней, как в утробе матери.
–Он приезжал ко мне не более трёх раз в месяц, -продолжала проговаривать свою боль посетительница, говорил о разъездном характере своей работы, дальних командировках. Оставался на два-три дня и уезжал. Меня это бесило, я психовала, говорила, что меня не устраивает такой формат отношений, что я хочу полноценной семьи, просыпаться в объятиях любимого человека каждое утро. А он только обещал. Как только всё устроится, – говорил он,-у меня будут средства и оборудование и я открою свой шиномонтаж в твоём городе, навсегда переехав к тебе. А свою двушку в Балашихе, я буду сдавать в наём, -обещал он.
Женщина вздохнула и задумалась, сделав глоток чуть коричневатого чая из тонкой пиалы.
–Я начала уставать от бесконечных его ожиданий.-продолжала она.
–Всякий раз, когда его не было со мной, я своим внутренним решением, навсегда ставила на наших отношениях крест. Не отвечала на его звонки и сообщения. Он писал мне длинные письма так, как будто глядел в мою самую сокровенную суть. И каждый раз, когда он появлялся, я не могла отвернуться от него, сказав ему своё выстраданное «нет».