Чтение онлайн

— А что в них было, в чемоданах? — осторожно спросил Самбаз.

— Да так, херня разная. Если не считать «ствола». «Ствол», кстати, чистый был.

— А документы?

— И документы тоже… — Мыловар злобно сморщился. — Встречу этих козлов — собственные кишки хавать будут.

— Ну в общем-то ничего страшного не произошло, — задумчиво произнес Самбаз. — Все равно вам уже новые ксивы вы писаны, а также водительские права на новые имена, ну и техпаспорта на тачки, конечно. Как отдохнете, братаны, я вас на вашу хазу свезу. Покажу как и что.

— А что за хаза? — поинтересовался Картуз.

— Двухкомнатная квартирка на тихой улочке в районе Сетуни. Недалеко, кстати, от офиса сколковцев.

— А при чем тут сколковцы? — спросил Мыловар, зажевывая водку копченой колбасой.

— О них позже. Есть рядом с квартиркой гараж. В нем «Ауди» и мотоцикл… «Хонда», между прочим. Модный сейчас в Москве байк. В тайнике оружие, взрывчатка. Ну и деньги с документами. Есть и мобила.

— Ну так как же все это произошло? Как это случилось с Бимбером? — задал наконец едва ли не главный вопрос Картуз.

— Был он у меня, — опустил голову Самбаз. — Был как раз за день до того, как его завалили. Советовался.

— Хороший ты ему, видать, совет дач, — усмехнулся Картуз.

— Я ему говорил, что сколковцы очень опасны, — заговорил быстро и возбужденно Самбаз. — Говорил, что тему с ними надо аккуратно перетереть.

— Значит, мочканули его сколковцы? — спросил Мыловар.

Картуз дополнил вопрос:

— Вообще нам в интересе вся цепь: заказчики, организаторы, исполнители. И еще — на хрена Бимбер вдруг в Москву подался?

Самбаз пожал плечами.

— Для чего он купил «Стройинвестбанк», мне неведомо. Об этом лучше Азона спросить, который Бимбера замещал. А теперь на его месте сидит. Что касается заказчиков — с ними все ясно. Это сколковцы. У них два главных авторитета — Келарь и Зямба. Кстати, Бимбер мне говорил, что Зямба ему звонил и угрожал мочиловом, если тот откажется дань платить за крышу. Насчет организатора — трудно сказать. Раньше такими делами ведал Зямба, но когда Келарь отказался от услуг кавказцев… В общем, диспетчер — человек, видимо, сторонний. Про исполнителя тоже ничего не известно. — Сам-баз на минуту замолк. — Впрочем, прошел цинк, что это сам Албанец.

— Албанец?! — в один голос вскричали питерцы и переглянулись.

— Да. Но так ли это на самом деле — не ясно. — Самбаз достал лист бумаги. — Здесь все телефоны: Азона, Келаря, Зямбы… Ежели еще что надо — звоните мне. Что узнаю — сообщу.

Картуз пристально посмотрел в глаза хозяину.

— А что это ты про общак помалкиваешь? Разве не знаешь, что Бимбер был его кассиром?

— Что стало с общаком, не ведаю. — Самбаз выдержал взгляд Картуза и отвечал очень твердо. — Возможно, ваши бабки уже у ментов. Ведь банк закрыт, все счета арестованы. Идет комплексная ревизия. Если питерский общак хранился в «Стройинвесте», то вам лучше обратиться опять-таки к Азону. Скорее всего, колоть банкира придется серьезно. Ведь если он укрыл бабки от ментов, то они прилипли к его лапам.

— А может наш общачок оказаться у сколковцев? — поинтересовался Мыловар.

— Вряд ли, — с сомнением покачал головой Самбаз. — Если только Бимбер хранил бабки у себя на даче… Да нет, сколковцы — не налетчики какие-нибудь. Да и чтоб обчистить дачу, совсем необязательно так внаглую валить ее хозяина.

— А как насчет вдовы? — спросил Картуз.

— Да нет, — отмахнулся Самбаз, — Бимбер с ней в последние годы не жил.

— Ну что ж, тогда двинемся на хазу, — сказал Картуз и первым поднялся из-за стола.

Генерал-майор Крюков, высокопоставленный чиновник Министерства внутренних дел, утром был вызван к заместителю министра.

— Андрей, — по-дружески тепло обратился к сорокалетнему генералу его начальник, — ты уже знаешь, что тебе придется курировать по линии МВД следствие по делу об убийстве Бориса Бабурина, президента «Стройинвестбанка». Но у тебя будет особая задача. Ты, наверно, в курсе, что Бабурин, или, как его называют криминалы, Бимбер, был кассиром питерского общака.

Это действительно не было для Крюкова новостью: о Бимбере как о хранителе воровских денег было достаточно хорошо известно в «компетентных» кругах.

— Общак этот, — продолжал замминистра, — по оперативным данным, составляет два миллиона долларов. Ты знаешь, сколько получают наши сотрудники и как при этом рискуют здоровьем, да и жизнью. — Он тяжело вздохнул. — На самом высоком уровне, — генерал-полковник возвел глаза к потолку, — принято решение изъять этот общак, разумеется неофициально, на нужды наших оперативных работников. Помощь семьям погибших милиционеров, повышение пенсий получившим увечье операм. Ну, в общем, сам понимаешь… Ни сотрудники прокуратуры, ни МУРа, ведущие следствие, данную тему затрагивать не будут. Договоренность об этом достигнута опять же в самых высоких сферах. Скорее всего, воровские деньги лежат на одном из счетов «Стройинвестбанка», но обычным, аудиторским путем установить этот счет невозможно. Так, во всяком случае, считают наши эксперты. Поэтому действуй, как сам считаешь нужным, но результата добейся. Я в тебя верю. А команда, я знаю, у тебя есть.

Аудиенция была закончена, и Андрей Юрьевич Крюков, родной брат матери Ивана Несмелова, Посланника, третьего человека в группировке сколковцев, вернулся в свой кабинет.

Андрей считал себя патриотом и в то же время человеком широких взглядов. Он тяжело переживал развал страны и разворовывание национальных богатств кучкой наглых проходимцев и разного рода чинуш высокого ранга. Однако не видел никакой возможности данному процессу помешать. Поэтому, как и многие другие «честные менты», он считал, что у воров воровать не только можно, но и необходимо. И к задаче, поставленной замминистра, Андрей отнесся с пониманием, хотя и не был уверен, что изъятый у жулья общак пойдет на благие цели, продекларированные его начальником. И тем не менее он сделает все, что от него требуется.

Генерал вызвал по селектору полковника Кононова. Тот был его особо доверенным лицом и выполнял вместе с подчиненными ему людьми самые деликатные миссии.

— Игорь Викторович, — без лишних предисловий начал генерал, — нам и нашим людям предстоит найти общак Бим-бера. Вам, конечно, известно о нем?

— Да, товарищ генерал, он составляет два миллиона долларов, — четко ответил полковник.

— Верно. Но об этой поставленной нам задаче должны знать только мы с вами.

— Я вас понял, товарищ генерал.