Чтение онлайн

Внизу от подножья холма неслась ругань и крики, темень стояла кромешная: новолуние и пасмурно, ещё от огня глаза слепли. Пока это проблемой не было - Казаков наизусть знал свой лагерь и даже вслепую мог послать арбалетный болт, что он и сделал на бегу, перед тем как занять позицию.

Больше всего он опасался решительной атаки и ближнего боя - в дистанции вся их сила. К счастью, удача была на стороне игроков. Нападавшие ломились в чужой лагерь в темноте, под стрелами. И ведь кого-то эти стрелы задели - Андрей вроде разобрал знакомые слова на словенском.

Разбойники поступили логично - решили сойти с узкой тропы. Он это понял по сухому стуку и отчаянному крику за ним: кто-то попался в капкан.

Глаза стали потихоньку привыкать к темноте, вокруг угадывались силуэты деревьев и строений и вроде даже мельтешащие фигуры внизу.

Щёлкнуло! Это Юля опять выстрелила на звук. Разумеется, не в того, кто попался в ловушку, он всё так же продолжал орать. Разбойники внизу замешкались, кажется, перестроились, и на лагерь обрушился дождь стрел, хиленький, но всё равно опасный. Стрела с широким наконечником, падающая по дуге, запросто может просечь и тулуп, и тело под ним.

Но здесь сказались ещё одно преимущество арбалета и предусмотрительность Андрея. Дело в том, что из лука нельзя стрелять лёжа, даже сидя очень тяжело, нужно хотя бы привстать на колено. И вот здесь Казаков решил разыграть козырь: игроки оборудовали несколько стрелковых ячеек для стрельбы лёжа – между двух уложенных брёвен были проделаны узкие щели, а сверху позиции прикрывал навес из плотно переплетённого хвороста и лапника, для защиты от навесных стрел. Главный плюс был в том, что такую позицию очень трудно заметить, а ещё труднее оттуда выковырять стрелка одними стрелами. Конечно, враги такого не ожидали – они-то искали натягивающих тетивы лучников.

Андрей ещё додумался внутри ячейки вбить кол, чтобы был упор для натяжения арбалета. Сейчас, заняв позицию, он всячески нахваливал сам себя за креативность и предусмотрительность. Ну а как же? Сам себя не похвалишь - никто не похвалит.

Только враги нашли, чем его удивить. Несколько стрел от Юли и Спица заставили вражеских лучников замолкнуть и спрятаться за деревьями. Пехота тоже рассыпалась, в прямом смысле, зарывшись в снег. В утренних сумерках смутно виднелись только полусферы щитов, торчащие над настом.

За одним из щитов что-то щёлкнуло, треснуло, загорелось, затем под другим, и ещё за одним, и ещё.

Огненным колесом факел прочертил дугу и плюхнулся в снег. Опять зашипело, языки пламени задёргались, опали, но продолжили гореть.

– Твою мать, - прошептал Андрей, пока улыбка сползала с его лица.

За первым факелом полетели следующие. Они не долетали до лагеря, но слепили стрелков и высвечивали позиции. За факелами полетели и горящие стрелы, но пока они бесполезно тонули в снегу и втыкались в мокрое дерево.

– Влад, смотри, чтобы нас сзади не обошли, и скажи Лизке, чтоб не высовывалась.

Храбрая девочка успела выбежать из шалаша и геройски стала тушить горящую рядом стрелу.

Разбойники внизу тем временем организовались, собрали стену из щитов и медленно поползли вверх, активно работая тупыми концами копий перед собой – искали капканы, и находили, заразы такие.

Андрей глянул на часы: зелёный циферблат показывал половину пятого, до восхода ещё далеко, эвакуироваться не получится. Опять щёлкнул арбалет - Влад, ну кто же ещё.

– Экономить стрелы, бить по моей команде, - крикнул Казаков.

– Они к тропинке подбираются! – предупредил Спиц

– Вижу! Ждите!

Казаков лежал как раз напротив знакомой тропы и размышлял: стрелять сейчас или подпустить поближе? По идее, их преимущество в дистанции и эффекте неожиданности. Блин, даже не разглядишь, сколько их идёт!

– Лизка!

– Чего?

– Собирай самые ценные шкурки в один тюк и сбрасывай за овраг. Сама будь готова прыгнуть. Остальные… - Андрей перевёл дух. – Ребята, делаем три залпа по моей команде, дальше, как пойдёт. Если они рыпнутся на нас, отходим, как тренировались: мы с Владом в рукопашную стоим, остальные прикрывают. Вопросы?

– Сделаем, как надо. Не волнуйся, – спокойно отозвался Спиц.

Разбойники уже почти добрались до тлеющих факелов. Они шли уступом, кучковались ближе к тропинке – оно и понятно, по твёрдой поверхности идти лучше, чем по глубокому снегу с капканами.

Андрей увидел в тусклых отблесках гаснущего факела ярко разукрашенный щит: угловатые узоры красным на жёлтом фоне, металлически поблёскивал выпуклый умбон.

«Красиво», - подумал он, ласково нажимая спуск.

Тут же остальные игроки дружно ударили в наступающего врага. Щит пусть и не мог остановить арбалетный болт, но здорово скрывал силуэт человека. Андрей успел заметить только две прорехи в строю противника, немедля зацепил арбалет за упор, изо всех потянул тетиву.

Разбойники заорали. Видимо, им не понравились «гостинцы». С вязким стуком в бревно, за которым лежал Андрей, влетело копьё (и как заметили, гады?), за ними дробно как градом застучало – стрелы.

Следующим, что увидел Казаков, был несущийся на него воин, почти полностью скрытый щитом, только ноги мелькали. Над верхней кромкой щита вздымалось лезвие секиры, отражавшее алые отблески.

Андрей даже испугаться не успел - приподнял повыше арбалет в бойнице, прицелился чуть выше умбона, нажал спуск.

Воина будто дубиной отшибло, он безмолвно покатился вниз по склону. Казаков лихорадочно стал натягивать тетиву. Больше врагов он не видел. Неужели они в слепой зоне?

– Они бегут! – опередил неуверенную мысль Влад.

И ему в ответ посыпался отчаянный град стрел. Андрей по привычке вжал голову в землю, словно это в него пули летели, а вот Юля снова выстрелила на слух, и в ночном лесу раздался новый злобный крик, в довесок к остальным. Обстрел тут же прекратился.

– Отбились, кажись, - сказал Спиц.