Чтение онлайн

– Значит, боишься испытания? А говоришь с миром пришёл. Что до твоей девки, она наверняка в другой комнате уже вовсю языком своим треплет, кто вы такие на самом деле.

Андрей сжал кулаки, но выдохнул и успокоился.

– Раз так, чего ты меня пугаешь? Спроси у неё всю правду.

– Я лучше с тебя спрошу. Пятнашка!

– Слушаю, господин дознаватель!

Второй лесной вытянулся, от выражения безусловной верности и готовности выполнить любой приказ его простое лицо стало скорее забавным. Однако Андрею было не до веселья. Оставалась надежда, что его «берут на понт». Лесные говорили между собой на непонятном ему языке, значит, пугали!

– Пятнашка, начни с масляным. Разогревать не надо, сразу сделай что-нибудь, для большего эффекта.

Пятнашка скорчил туповато-исполнительную рожу (а может, это было его обычное выражение лица), подошёл к столу рядом с жаровней, взял оттуда тонкую иглу и обошёл Андрея с правой стороны. Тот едва сумел сдержать усмешку, вместе этого опять обратился к остроглазому:

– Послушай, лесной, мы в самом деле непростые парни. И дело у нас непростое. Лучше придержи, - Андрей поискал в уме подходящее слово, - предохранитель, как бы потом тебе разгребать всё не пришлось слишком долго.

Лесной, пережёвывая яблоко, всё это равнодушно выслушал, а потом приказал:

– Приступай, Пятнашка.

Казаков на экзекутора внимания не обращал, лишь когда игла коснулась кожи под ногтем правого мизинца, вальяжно посмотрел на неё, а потом перевёл взгляд на дознавателя. Он старался выглядеть расслабленным, что, впрочем, было не так уж трудно сделать. Юля предусмотрительно вколола ему инъекцию прямо перед встречей с лесными - кто знает, когда удастся повторить процедуру.

Нельзя сказать, что Андрей ничего не чувствовал, но это было именно ощущение инородного предмета под его ногтем, а не боль. Только когда металл коснулся корня ногтя, Казаков испытал то, что можно было назвать дискомфортом, и то довольно быстро его перетерпел.

Остроглазый всё это время внимательно за ним наблюдал, Андрею очень хотелось, чтобы лесной понял – он не терпит боль, он её игнорирует. Было в этом что-то из наставлений Скаура, жаль, не было времени это обдумать.

– Фокусничаешь, - мрачно изрёк дознаватель.
– Ладно, не будем с тобой терять времени, посмотрим, как твоя напарница будет себя вести. Караул, привести пленную из третьей камеры, а ты, Пятнашка, обработай его.

Обработать значило вынуть иглу и чем-то обеззаразить, чтобы это выдержать, Андрею понадобилось заметно больше силы воли.

Тем временем стража внесла в камеру пленницу. К счастью, это была не Юля. Андрей даже не сразу её узнал.

Вот это номер!

Шнабби. Лисичка. Рыжая снайперша из траппа Хетцера, которая, вроде как, зимой вернулась в мир.

Андрей не сразу её узнал, потому что половину лица закрывала тряпка кляпа, которую удерживала верёвочная петля. Верёвка шла дальше от затылка через связанные за спиной руки к согнутым в коленях ногам и несколько раз плотно обвивала лодыжки. В общем, классическая «ласточка» в лесном исполнении. Пленник в таком положении не то что сбежать или пошевелиться - звук лишний издать не может.

– Шнабби. А как она здесь оказалась?

– Это вы вместе с ней хотели проникнуть в наши земли?

– Чего?!

***

– Ты вся в отца, - Лоэргар вдруг захохотал. – Мне жаль, что всё так обернулось. А по поводу твоей просьбы… Забирай свой булыжник и будь здесь гостьей. Я, конечно, передам о тебе весть, но вряд ли всё решиться, как ты хочешь. А пока погости здесь. Никто на тебя тут не посмеет бросить косой взгляд. Разумеется, покои, что мы тебе предоставим, не будут под стать твоему статусу, но этот будет самое лучшее, чем мы располагаем.

– Я пришла не одна.

– Ах да. Ормуэр, куда ты того маслянного отправил?

– К Живодёру, - развёл руками начальник арсенала, - это обычная практика.

– Что?! – Элия вскочила со стула.

– Спокойно, не трать воздух. С ним наверняка ничего ещё не успели сделать. Быстро отправить вестового в пыточную и привести сюда пленного.

Секретарь сам сорвался с места.

– А пока, Элия, может быть, выпьешь что-нибудь? У меня есть отличный кофе. Или предпочтёшь настойку? Не смотри так, Элия, сказано же - это обычная практика. Нас тоже пойми: только сегодня утром диверсантов взяли.

– Случайно не тех, что вчера днём перестрелку устроили?

– Скорее всего, - рука комбаста с бутылкой замерла в воздухе. – Ты думаешь, что это может иметь отношение к тебе и твоему делу?

– Всё может быть.

***

В железную дверь отчаянно заколотили.

– Кто ещё там? – недовольно спросил остроглазый

– Вестовой.

– Так заходи! Ах да, Пятнашка, открой!

В помещение влетел щуплый лесной, первый блондин, которого здесь увидел Андрей.

– Приказано немедленно прекратить пытку и привести пленника к комбасту.

– Кто это приказал?

– Сам командир бастиона. Лично приказал выполнить всё немедленно.

Андрей понял, что такое торжество, глядя на рожу остроглазого лесного.

– Что я тебе говорил, друг? Нужно слушать тех, кто тебе добрые советы даёт. Теперь будь добр, сделай, что сказано, и усвой полученный урок.

Глаза лесного метнули молнии, ноздри расширились, но по его кивку Пятнашка мигом освободил Андрея.

Тот уже собирался покинуть «гостеприимную» комнату, когда Шнабби, лежащая на полу, отчаянно замычала и стала пучить глаза в сторону лесных.

Глядя на то, как остроглазый терзает яблоко, можно было не сомневаться, что он попытается отыграться на ней после ухода Казакова.

– А что вы с этой собираетесь делать? – спросил Андрей.
– Вернее, не трогайте её до моего возвращения.

– Ты играешь с судьбой, масляный, - процедил лесной.

– Приятель, ты один раз уже был сегодня не прав, не повторяй своих ошибок. Будет лучше, если к моему возвращению с этой пленницей ничего не случится.

Давая понять, что он и не думает сомневаться в своих слова, Андрей молча вышел в коридор. Тот его малость озадачил: выглядел он как что-то среднее между средневековым подвалом замка и блиндажом времён Великих войн - каменная облицовка по стенам, потолок, состоящий из тщательно подогнанных реек, и светильники «летучая мышь» через каждые десять шагов. Теперь Андрею на голову ткань не накидывали, но всё равно запомнить весь лабиринт коридоров и поворотов, который они прошли, он не смог бы.