Чтение онлайн

— Моя… моя Магия… — сказал он и безнадежно посмотрел на Мага.

Хайтауэр слегка нахмурился и положил руку Генри на плечо.

— Мне жаль, сынок, — прохрипел он. — Но я ничем не могу помочь.

Генри сник.

Огромный золотистый топаз, неограненный, грубой формы, закрепленный на углу деревянной этажерки, как фонарь, освещал кабинет Гэйвена Рейнвотера. Джейсон подумал, что кристалл похож на упавшую с неба звезду. Он сиротливо сидел рядом с Джоном и Генри, который не переставал всхлипывать. Трент стоял, прислонившись к шкафу, доверху набитому книгами и пергаментными свитками. Маги заполонили кабинет. Единственное свободное место оставалось за столом. Пока оно пустовало: все ждали Гэйвена Рейнвотера.

Генри попытался утереть мокрый нос:

— Я прошу прощения, — всхлипнул он в сотый раз. Он комкал в руках мокрый носовой платок.

— Ты ни в чем не виноват, — сказал ему Джейсон, наверное, уже в десятый раз. Трент нагнулся и похлопал Сквибба по плечу.

Тинг и Бэйли, обе бледнее мела, приютились за столом, прижимаясь друг к дружке. Лэйси выбралась у Бэйли из кармана и уселась на ладони. Крыса притихла, тоскливо свесив пушистый хвост с кисточкой, на которой прилип комок паутины.

— Они просто хотели поймать бекаса, — тихо сказала Бэйли, не обращаясь ни к кому в отдельности.

В коридоре раздались шаги, Томаз открыл дверь кабинета для Рейнвотера и следующей за ним по пятам Огненной Анны с кубком в руках. Джейсон в ту же секунду узнал дразнящий сладкий аромат. Но, несмотря на чудесный запах, все Маги как будто отдернулись в сторону, давая Анне дорогу. Томаз не отступил, но отвернулся. Гэйвен, нахмурив брови, выдвинул стул и сел. Огненная Анна села рядом. Директор как будто только что проснулся: волосы спутаны, в глазах не было обычного лазурного блеска. Гэйвен прислонил к столу трость.

— Плохие новости.

— Гэйвен, — начала Элеанора, но тут же запнулась и замолчала. Волосы она заколола на ночь, они окружали голову массой темных кудряшек. Элеанора едва приподнималась над полом.

Огненная Анна покачала головой:

— Придется это сделать, — твердо сказала рыжая повариха.

Джейсон понял, что Маги спорили между собой. Они обменивались взглядами. Может, для Генри еще не все потеряно…

— Ну, Генри, — громко присвистнул Трент, — похоже, ты уже приехал. Конечная остановка!

— Нет… — прошептал Генри одними губами. Он уставился в свой безжизненный кристалл.

Доктор Патель положила Тренту на плечо изящную смуглую руку и слегка надавила. Трент закатил глаза, но замолчал, будто она что-то прошептала ему на ухо. Бэйли и Тинг придвинулись еще ближе друг к другу.

— Это непростое решение для каждого из нас, Генри, — Гэйвен кивнул Огненной Анне и взял у нее из рук кубок. Он вращал в руках оловянную чашу. — Утром ты проснешься с прекрасными воспоминаниями о лагере. Ну, и о ядовитом плюще, я боюсь. Ты ведь получил сильный ожог. Доктор Патель позвонит твоим родителям и скажет, что отсылает тебя домой, чтобы там за тобой лучше ухаживали. Она поедет с тобой.

Генри смотрел на кубок сквозь стекла очков.

— Но я забуду все про Магию, — начал он, — и нашу клятву… и… и…

— Да. Забудешь.

Одинокая слеза скатилась у Генри по щеке. Глаза у него покраснели. Он крепко сжал кулаки и медленно кивнул. Джоннард сказал:

— Я завтра поеду с тобой, Генри, поедем вместе в автобусе.

Доктор Патель медленно подошла, глядя на Элеанору и Гэйвена. Элеанора сказала:

— Это очень мило с твоей стороны, Джон. Хорошо, если Генри поедет не один, думаю, и его родителям будет спокойнее.

Сквибб почесал руку. Он полез в карман и достал маленькую баночку с мазью. Томаз наклонился и взял ее у него из рук:

— Боюсь, тебе придется помучиться без нее, — тихо сказал он. Он передал баночку Огненной Анне, которая со вздохом засунула ее в карман передника.

— Ох, — сказал Генри, — я действительно вляпался в ядовитый плющ?

— Боюсь, что да. Противно, но не так страшно. Ты поправишься через несколько дней, хотя, конечно, ничто не врачует так хорошо, как мазь Огненной Анны.

Генри снова водрузил на нос очки с круглыми стеклами.

— Я сделаю все, что вы попросите! — взмолился он. — Не отправляйте меня! Пожалуйста?

— У нас нет выбора. Мы должны защитить себя, Генри. Твой Дар… все время, что ты был здесь… висел на волоске… А теперь — вот это, — Гэйвен взял мертвый кристалл. — Мы все видели такое прежде, и это вселяет страх в наши сердца. Потому что подобное может случиться и с нами. Твоя энергия сгорела, ты опустошен. Она может вернуться, я слышал о двух-трех подобных случаях, но сейчас ты… потерял ее, Генри. А без нее, здесь, в лагере, ты подвергаешься опасности. Мы ничему не сможем тебя научить. Мы вынуждены таким образом защитить тебя и себя от непосвященных. Эликсир Забвения — это благо, поверь мне. Ты не будешь помнить о том, что утратил. Это лучшее, что мы можем сделать.

Он протянул Генри кубок:

— Выпей все до дна!

Джейсон вскочил на ноги:

— Нет! Не позволяй им сделать с собой такое!

Томаз потянул Джейсона за руку и предупреждающе прошептал:

— Джейсон…

— Нет, вы не можете этого сделать. Это лучшее, что было в его жизни, в жизни любого из нас. Не забирайте у него воспоминаний!

Гэйвен Рейнвотер печально сказал:

— Мы ничего у него не забрали. Он сам израсходовал свою Магию или потерял. Нам остается только защитить его, а лучший способ это сделать — вернуть мальчика в обычный мир, которому он принадлежит.

Джейсон не сдавался:

— Но он ему не принадлежит! Это же дураку видно! Вы же видите, разве нет? — он перевел взгляд на Элеанору, затем на Аниту, на Джоннарда. Все прятали глаза. — Поглядите! Я защищу его! Я сделаю все, что угодно, чтобы спасти его!

Бэйли подала голос:

— Ведь вы не отправили меня домой, когда я дала маху.

— Это другое дело. Это не наказание. Мы делаем это, чтобы защитить вас и себя.

— Я не хочу, чтобы меня так защищали!

— Это я во всем виновата, — выпалила Бэйли.