Чтение онлайн

– Ладно, с этим ясно, – сказала я и, хотя была уверена, что парень влип в эту историю действительно случайно, все-таки уточнила: – Ты в Тарасове когда-нибудь был?

– В Тарасове? – переспросил он. – А где это?

– Все ясно, – хмыкнула я. – Все, что за пределами Садового кольца, для москвичей – уже Тмутаракань. А теперь напрягись и расскажи мне все, что ты знаешь о человеке, который Валерку нанял.

– Да не знаю я ничего, – растерялся он. – То есть, понятно, не сам Валерка это затеял, но вот кто его нанял… – Он пожал плечами.

– А вот так не бывает, – назидательно заметила я. – Просто ты еще сам не знаешь, что ты знаешь!

Парень уставился на меня, переваривая эти слова, а я продолжала:

– Начнем с того, что он обязательно хоть раз с ним при тебе говорил, так кто это был – мужчина или женщина?

– Мужик! – Парень обрадовался тому, что может хоть как-то помочь и тем облегчить свою участь. – Точно мужик!

– Валерка твой к нему как-то обращался?

Тут парень задумался, пытаясь что-нибудь вспомнить, а потом решительно сказал:

– Нет, Валерка его по имени не называл, но…

– Что «но»? – насторожилась я.

– Понимаете, как я понял, этот мужик как-то с кино связан, потому что Валерка спросил – есть ли на него заказы, – объяснил он.

– Иначе говоря, мужик работает в каком-то актерском агентстве, или как там у вас?.. Артисты там оставляют свои фотографии, координаты и все прочее?

– Да! – кивнул он. – Только Валерка во всех существующих агентствах уже засветился, а в каком именно работает тот мужик, я не знаю.

– Ничего, обыщем вещи твоего подельника и выясним, – пообещала я ему. – Ну вот, – удовлетворенно заметила я. – А ты говорил, что ничего не знаешь! Заказчик – работающий и, скорее всего, проживающий в Москве мужчина, связанный с актерскими агентствами. Уже кое-что! Что еще помнишь? Учти, ты сейчас торишь себе дорогу не просто к свободе, а к жизни! – многозначительно сказала я, чтобы он не успокоился раньше времени и не решил, что самое страшное уже позади.

– Я вспомню! Вспомню! – всполошился уже несколько расслабившийся парень.

– Вот и правильно! – одобрительно улыбнулась я. – А то обидно помереть в расцвете лет, да еще и в чужом краю. Тогда и могилки твоей родные не найдут! Даже негде им поплакать будет! – Я позвала: – Эй! – и сказала вошедшему охраннику: – Пусть его подержат где-нибудь взаперти и покормят. Не дай Бог, загнется раньше времени, а ему еще многое вспомнить надо! А мы с вами по холодочку поедем и посмотрим, что там у этих супостатов в вещичках имеется интересного… Кстати, как там наш «недобиток»?

– Черепно-мозговая, в коме он, когда выйдет, если вообще выйдет, никто не знает, – ответил охранник.

– Твою мать! – не удержалась я.

– Кстати, оказалось, что он был в парике и загримирован, – добавил охранник.

– А чтобы гримироваться, нужно перед собой образец иметь. Так? – Я повернулась к блондинчику.

– У Валерки фотография была, – объяснил он.

– Значит, придется нам основательно покопаться в чьем-то грязном белье! – вздохнула я.

На мою просьбу – открыть комнату квартирантов – хозяева дома сначала возмущенно загомонили, но, увидев у меня за спиной людей Лекобы, изобразили такое радостное воодушевление, будто к ним дорогие гости пришли, а женщина бросилась варить кофе, от которого я великодушно отказалась.

Обыск много времени не занял, и вот передо мной оказались: гримировальный набор, несколько париков и половина фотографии, которую я сразу узнала – она была из свадебного «комплекта» Журавлевых, что меня весьма озадачило.

В нашем, если так можно сказать, доме я Наташу не нашла и, поняв, что искать ее нужно поблизости от малышей, пошла к Лекобе. Еще издали я заметила, что в его доме царит радостное оживление, и удивилась – с чего бы это, все праздники вроде бы прошли?.. Оказалось, прилетел Николай Николаевич, до последней минуты не знавший, что сумеет все же вырваться, и теперь дорвавшийся до дорогого гостя Лекоба разве что лезгинку вокруг него не отплясывал, а уж Наташа светилась от счастья и, кажется, даже думать обо всем забыла. А вот я себе такого позволить не могла.

– Нам надо поговорить, – сказала я, подходя к Журавлевым.

Мгновенно все понявший Лекоба тут же отошел, а я достала из сумки снимок и показала его Наташе и ее мужу.

– Ой! – растерянно пролепетала Наташа. – Это же из наших свадебных! Я ставлю подпись, а Коля на меня смотрит… только меня почему-то отрезали и оставили его одного.

– Сколько было комплектов этих снимков? – спросила я.

– Три, – ответил Журавлев. – Один у Наташиных родителей, второй – у нас, а третий…

– А третий, если я правильно помню, вы отвезли в Москву, – закончила я.

– Неужели это все-таки Анька?! – воскликнула Наташа. – Да я ее, гадину, удавлю! – взорвалась она.

– Подождите, – остановила ее я. – Сначала позвоните родителям и узнайте у них, весь ли комплект фотографий в целости, или какая-то потерялась, а то мало ли что.

– Сейчас позвоню! – согласилась она и отошла в сторону.

– Нет! Это Анька! – уверенно сказал Николай Николаевич. – Знали бы вы…

– Знаю! – кинула я. – Ваша жена рассказывала, чего вы с женой и с мамой вашей от нее натерпелись.

– Не ожидал от нее подобной болтливости, – усмехнулся он.

– Частному детективу, как и врачу с адвокатом, нужно рассказывать абсолютно все, а иначе зачем к нему обращаться? – в очередной раз повторила я фразу, которую, к сожалению, мне приходится озвучивать своим клиентам довольно-таки часто. – И заверяю вас, что дальше меня это не пойдет, хотя ничего, компрометирующего вашу семью, в рассказе Натальи Васильевны не прозвучало.

Тут вернулась Наташа и, судя по ее напряженному лицу…