Чтение онлайн

— Конечно. Но то, что при нём происходит — подсудно, да и вычислить рейдеров несложно. Главное — сделать это вовремя.

— Ларский сумеет завалить предприятие так, что руководители начинают осознавать это только тогда, когда бизнес уже уплыл из их рук. Всё делается тонко, изощрённо и… я бы сказал, грациозно. Примечательно то, что ни одной ниточки в сторону Ларского не найдёшь. Но конечным бенефициаром* будет именно он. Причём на правовой основе. Те, кто попался в его ловушку, доказать ничего не могут, а те, кто ещё не попал, верят, что он ведёт свой бизнес честно и как партнёр надёжен. Ларский действительно бережёт репутацию своих фирм, входящих в костяк бизнеса. Крайне редко втягивает их в подобные сделки. Если только на самом начальном этапе. Сделка правовая, расчёты проведены, все пункты контракта выполнены. Но эта сделка тащит за собой цепь событий, ведущих в нужную Ларскому сторону.

— Но, видимо, информация просачивается, если многие боятся с ним связываться. И с его сыном тоже.

— Только на уровне легенд и сплетен.

— Но ты об этих фактах знаешь точно… — лукаво посмотрела на Макса Настя.

— Я даже не заметил, как попал в эпицентр подобных событий. Хорошо, что они не привели к большим деньгам, поэтому максимум, что мне грозит — это ещё пару лет побыть под пятой Ларских.

— Они не заставят тебя ещё раз поработать на них?

— Даже если заставят… Под моей задницей подстелен толстый слой соломы.

— Значит, если Стас что-то захочет от меня, то может угрожать бизнесу моего отца?

Макс на мгновение бросил хмурый взгляд на Настю, но, спохватившись, согнал хмурость с лица.

— Нет. Сначала за тебя возьмётся старший Ларский.

— Эраст Леонидович? Зачем?

— Он уберёт с дороги сына любую девушку, если она, по мнению отца, не будет достойна его. Уберёт тем или иным способом: шантажом или положит бизнес семьи, если та сразу не подчинится. Уберёт из Воронежа не только девчонку, но и всех ближайших родственников. И мало кто в городе будет знать, почему вдруг семья резко поменяла место жительства. Но это только в том случае, если почувствует серьёзное отношение сына к ней. Разовых и условно-постоянных любовниц он не трогает.

— Я не собираюсь становиться ни разовой, ни условно-постоянной любовницей Стаса. И его женой тоже. Мне нужно только одно — чтобы он отстал от меня.

— Хочешь сказать, что признаков того, что он охладел к тебе, нет?

— Нет, — выдохнула Настя и сгорбилась, откинувшись на спинку стула.

Макс, наоборот, выпрямился.

— Тебе надо уехать из Воронежа, и как можно быстрее.

— Кому я нужна без диплома?

— Высокооплачиваемую работу не найдёшь, но на жизнь хватит. И не забывай, что у твоего отца устойчивый бизнес. Хотя… есть ещё один путь…

Макс склонил голову к плечу и, пристально наблюдая за реакцией Насти, продолжил:

— Дать Стасу то, что он хочет.

— Ты серьёзно?! — она аж подскочила на стуле.

— Но не факт, что быстро отпустит.

— Поясни…

— Я знаю Стаса со школы. Старшеклассник с вечно грустными глазами. Часто видел его на переменах у одного и того же окна. Однажды подошёл к нему и спросил, кого он всё время ждёт. Стас не ответил. Просто сразу ушёл. Но при случайных встречах стал приветствовать, называя меня любопытным носом. Я никогда не видел его в компании друзей. Он всегда был один. Девчонки бегали за Стасом толпой, но тот будто и не замечал их. Приезжал в школу и уезжал всегда на автомобиле с охраной. После выпускного, на который мы, девятиклассники, просочились, не видел его пару лет. И вдруг оказались в одной группе в универе. Но этот Стас был уже совсем другим. Высокомерным, циничным, не терпящим возражений. Даже не знаю почему, но он сразу приблизил к себе меня и Лекса. По отношению к нам вёл себя вполне сносно, и с ним было интересно. Часто устраивал нам подработки в «Нери-групп». Лекс, в отличие от меня, в деньгах нуждался. Я — нет. Мои приёмные родители весьма обеспеченные люди, но меня привлекала работа именно в отделе протокола. С переводами.

— Я не знала, что ты приёмный… прости… Я теперь тоже с мачехой живу. Хотя она хорошая… как оказалось.

Макс некоторое время помолчал, смотря на Настю прищуренным взглядом, затем вновь заговорил:

— Настоящих родителей я не помню. Только недавно узнал, что отец погиб. Где и при каких обстоятельствах, мне не сказали. А мать… после внезапного исчезновения отца она резко сдала и умерла. Меня взяли в семью её дальние родственники. И я им благодарен за это. Я не провёл ни единого дня в детском доме. Давай вернёмся к нашему разговору о Ларском.

— Слушаю.

— Получилось так, что почти вся студенческая жизнь Стаса прошла на моих глазах. Девочки, которых он ни во что не ставил, клубы, где никогда не напивался, различные поездки… В основном его отношение к женскому полу какое-то… презрительное. Создалось впечатление, что он сравнивает своих девушек с каким-то эталоном, быстро разочаровывается и безжалостно рвёт с ними. Но с тобой он повёл себя по-другому. Совсем. Думаю, Стас запал. Обычно на таких вечеринках он отдаёт приглашённых им девочек своему окружению. Очень редко трогает сам, но если трогает, то уже не делится ни с кем. С тобой же он был совершенно непредсказуем. И очень странно себя вёл. Сложилось впечатление, что он злился не от того, что ты отказалась подчиняться, а от того, что стала выполнять его требования. Чем больше было снято вещей, тем сильнее он свирепел. Насть, если старший Ларский прознает… Ты отца своего предупреди, чтобы он не соглашался на сотрудничество ни с одним из предприятий Ларских. Расскажи ему то, что здесь услышала. Это всё серьёзно. Список их фирм я тебе пришлю. В нём будут все. Даже те, которые по данным регистрации, казалось бы, им не принадлежат.

— Тираннозавр уже обо всём догадался.

— Чёрт! — Макс ударил ладонью по столу и тут же извинился перед соседями по столику, обернувшихся на шум.

Наклонился ближе к Насте и тихо произнёс:

— Тир и старший Ларский — друзья с детства.

— Что-о?

— А то… ты уже на крючке у отца Стаса.

По коже пробежались мурашки, и Настя дёрнулась, освобождаясь от них. Немного помолчав, сказала:

— Я обязательно поговорю с отцом. Макс, как мне себя вести со Стасом? Он… он иногда становится… каким-то бешеным…

— Стас очень искусный манипулятор. Можно даже не заметить, как выполнишь все его требования. Очень искусный. Следи за его словами, взглядом, движениями. Анализируй. Старайся идти самой безопасной для себя дорогой, — Макс вздохнул, — если он позволит, конечно. Я заметил, что вспышки его гнева не всегда естественны. Чаще это средство для достижения цели. В действительности у Стаса высокая степень стрессоустойчивости. Помни об этом. Вроде это всё, что я мог сказать о Ларских. Ты с водителем или подвести?

— С водителем. А если Стас узнает, что мы встречались?

— Прямого запрета на встречи с тобой не было. А намёки я ведь мог и не понять…

— И ещё вопрос: почему ты решил пойти против Стаса, почему помог мне?

— Пока отвечу коротко: я видел, что творилось с девушками, которых он приблизил к себе, а потом бросил. Не хочу видеть тебя сломанной им. Пойдём, провожу до автомобиля.

* * *

А вечером Настя стояла на балконе и, смотря на заснеженный бор в свете луны, глотала слёзы. Отец явно не воспринял её рассказ, как серьёзное предупреждение об опасности. Список предприятий просмотрел, успокоил, что не сотрудничает с ними, но довольно небрежно закинул его в стопку других бумаг.