Чтение онлайн

– Тео, когда мы были в игре и ты меня обнял… как это было?

Гилкренски вспомнил шелковистое прикосновение волос, горькие слезы на своих щеках… теплые, живые, настоящие…

– Очень похоже на реальность.

– Как будто ты обнимался с ней?

– Боюсь, что да.

– Понимаю.

Снова наступило долгое молчание. Гилкренски задумчиво смотрел на проплывавшие мимо облака. Потом он сказал:

– У меня было трудное время, Мария. Я причинил много боли близким мне людям. Надеюсь, тебя это не коснулось.

Лицо на экране улыбнулось.

– Ты не можешь причинить мне боль, Тео. Ведь ты мой главный пользователь. Моя задача – помогать тебе во всем.

– Даже в поисках моей жены?

– Особенно в них, раз ты этого хочешь. Информация, которую ты получил на Бимини-Кей, увеличивает наши шансы. Мы сделали большой шаг вперед, и я постараюсь обработать данные во время полета.

– Мария?

– Да, Тео?

– Мне понравилось быть вместе с тобой… там, в игре.

– Спасибо, Тео. Джерри Гибб сказал мне то же самое. Я рада, что смогла помочь ему перед смертью. Мы многому научились за то короткое время, пока были вместе.

– Ты о чем?

Машина надолго задумалась. В конце концов она ответила:

– Раньше я никогда не знала, что значит быть живым человеком, а Джерри Гибб не умел по-настоящему общаться с женщинами. Но мне кажется, что во время игры мы оба поняли: настоящая любовь – это не когда ты стремишься удовлетворить свои желания, а когда жертвуешь собой ради другого. Для меня это был очень важный опыт, и теперь я чувствую, что сильно изменилась. Мы…

«Минерва» издала мелодичный звук. Мария сообщила:

– Тео, мне звонят из полиции Сан-Франциско. Я отвечу?

– Конечно, Мария. Поговори с ними.

Экран компьютера разделился на две части – в левой осталось изображение Марии, а в правой появился мужчина, сидевший за письменным столом.

– Меня зовут инспектор Кроуфорд, мэм. Это вы звонили нам вчера вечером по поводу мистера Гибба?

– Да, – ответила «Минерва».

– Спасибо, что обратились в полицию. Я только что получил отчет следователя – судя по всему, мистер Гибб умер от острого сердечного приступа, когда находился в одной из своих машин.

– Мне очень жаль. – Лицо Марии потемнело. – Я была вместе с ним в игре, когда это произошло. Я позвонила, как только смогла.

– Он был вашим другом, мэм?

– Да, хорошим другом.

– По крайней мере, он умер счастливым человеком. Я не видел у людей такого блаженного выражения лица с тех пор, как мой сын поймал победный мяч в финале школьного чемпионата по бейсболу. Парень был чертовски горд собой.

– Спасибо, инспектор.

– Нам придется связаться с вами еще раз, мэм. Это ваш мобильный номер?

– Да, – ответила Мария и отключила связь.

В ее глазах стояли слезы.

– Тео?

– Да, Мария.

– Мне очень больно, – произнесла «Минерва», – и я не понимаю почему. Скажи, ты испытывал такую же боль, когда убили твою жену?

Гилкренски взглянул на компьютер, пытаясь подобрать нужные слова.

– Да, Мария, – ответил он наконец. – Такую же.

– Теперь я понимаю, почему ты так хочешь ее вернуть. Я приложу все силы, чтобы тебе помочь.

– Спасибо, Мария.

Они снова надолго замолчали, и машина погрузилась в глубокие размышления о сложностях любви, а Гилкренски – о не менее запутанных законах, которым подчиняются три измерения времени: вчера, сегодня, завтра…