Чтение онлайн

Она отступила в тень, прижалась спиной к стене и тяжело дышала. Кловен не натравил бы на нее Зеленых капюшонов. Или натравил бы? Но это не вязалось с его кодексом. Если бы он хотел разобраться с ней, сделал бы это сам. У него были люди для этого и много связей в нижнем Вимборне.

Может, это было совпадением. Зеленые капюшоны могли быть на рынке по разным причинам, но Нилла предпочитала осторожность. Она отступила. Улица вела к Тейстоун-вэй, и там она могла забраться в окно наверху и выбраться через смежный чердак. Годы назад ее мама вырезала тайные пути между стенами чердаков в Тейстоне. Она могла проползти до конца и выбраться в Горвальде у борделя. А оттуда…

Нилла застыла. Зеленые капюшоны шагали по улице из дальнего конца в ее сторону. Она огляделась, но улица была пустой, кроме старика-нищего и древней женщины с корзинкой яблок.

«Они идут за тобой, Нилла. Ты это знаешь».

Не было времени думать. Не было времени подавлять этот страх.

Она повернулась и прыгнула к низкому склону крыши. Ее ладони сжали с силой, и она подтянулась, юбки взлетели, открывая голые ноги. Крик зазвенел в воздухе за ней, но она не могла понять слова из-за рева в ушах. Она добралась до вершины крыши.

А потом побежала по крышам, как крыса, убегающая от терьеров. Она знала разные текстуры дерева и соломы под тонкой подошвой туфель, умело избегала слабых точек. Огибая дымоходы и перепрыгивая стены, Нилла добралась до самой узкой бреши, где можно было легко перепрыгнуть с одного дома на следующий, не касаясь земли. Она слышала вдали шум, но знала, что они не догонят ее. Зеленые капюшоны не знали мир крыш так, как она. Но днем она была на виду. Прохожие могли выдать ее. Нужно было спешить, чтобы оторваться от преследователей.

«Папа…».

Он был один. Один, не мог встать с кровати из-за боли после избиений. Зеленые капюшоны пошли и за ним? Кловен выдал их дом? Но почему? Если разойдется весть, что он предал вора, на него будут охотиться. Грубый закон улицы Драггс был жестоким и быстрым. Даже Кловену не хватило бы сил обойти правила этого грязного народа.

Она легко бежала вдоль вершины крыши конюшни, перебралась на высокую крышу ближайшей гостиницы, обогнула большой дымоход… и застыла. Ветер трепал ее волосы и юбки, пронзая тонкую ткань. Но не холод послал мурашки по ее рукам и шее.

— Сэм.

Он стоял на дальнем конце крыши с идеальной грацией танцовщика. Его длинные волосы развевались за ним как флаг.

— Вот так встреча, Рыжик, — улыбнулся он.

Он знал ее пути. Годы назад она брала его на ночные прогулки по ее любимым крышам, раскрыла безопасные пути. Стоило знать лучше. Тайны вора стоили больше его улова. Но Сэм был надежным. Это же был Сэм! Ее Сэм!

Но теперь он принадлежал Кловену.

— Будет лучше теперь пойти тихо, — он поднял руки в не угрожающем жесте, его улыбка была слишком широкой и дружелюбной. — Никто не хочет тебе вреда. Ты же это знаешь, да? Ты знаешь, что я тебе ни за что не наврежу? — он сделал шаг, другой.

Она не ждала, чтобы он сделал третий.

С воплем без слов она повернулась и проехала по склону крыши, черепица царапала ее ступни сквозь туфли до крови. Ей было все равно. Она добралась до водосточного желоба и повисла над высотой в четыре этажа.

Ее сумка дико раскачивалась и чуть не упала, но Нилла смогла зацепить ее на локоть и подвинуть на плечо. Голос Сэма гремел за ней, но она игнорировала его, двигалась вдоль желоба, пока не добралась до трубы. Она выдержит ее вес? Возможно. Но его точно не выдержит!

Нилла сжала трубу и тут же ощутила ее слабость. Со стоном труба отодвинулась от стены. Не было времени менять решение. Она спускалась как можно быстрее, упираясь ногами в стену. Труба все отклонялась, и Нилла поймала карниз окна на втором этаже и повисла там. Сэм кричал ей сверху, крики присоединились к нему с улицы внизу. Она устроила спектакль, юбка разлеталась, голые ноги брыкались.

Но она не собиралась сдаваться.

Она опустила взгляд. Высота была большой, она точно сломает лодыжку. Окно было открыто, и Нилла усилием воли втянула себя до локтей, потом живот миновал подоконник, и она кубарем упала в комнату. Но там не было пусто, она слышала шорох ног, скрип половиц. Она собрала конечности под собой, встала на корточки… и посмотрела в лицо улыбающемуся Кловену.

— Так-так, леди Перонилла, — прорычал он. — Неожиданная встреча.

Кто-то ударил ее сзади. Она провалилась во тьму.

* * *

Она проснулась от запаха плесени, гнили и крысиного помета. Вонь была такой сильной, что Нилла чуть не пожалела, что еще не умерла, чтобы избежать этого момента. Но нет. Она была жива. И у нее болели все кости и суставы.

Она со стоном приоткрыла глаза. Это не помогло. Было темно, будто она ослепла. Там, где она была, не было окон в мир снаружи. Она была в Башне исправления в центральном районе Вимборна? Нилла поежилась. Мама всегда говорила, что лучше умереть, чем оказаться в камере там.

— Зараза! — Нилла зарычала и попыталась пошевелиться. Но не смогла. Железные оковы, приковывали ее запястья к стене над ее головой. Ноги замерзли, открытые до колен, и ступни были босыми. Кто-то забрал ее туфли. А другие вещи? А ее сумка и когти из нилариума?

Она заерзала в соломе и смогла подогнуть ноги под юбку, сесть на ступни. Она не знала, как долго была без сознания в темноте. Последним она четко помнила лицо Кловена, скалящееся ей.

«Папа? Что случилось с папой?».

Он все еще ждал ее дома? Кловен напал и на него? Она стиснула зубы в рычании.

«Если я выберусь, я найду этого гада и…».

Скрежет металла напугал ее. Нилла отдернулась и ударилась головой об стену. Боль вспыхнула в ее голове, свет сиял меж прутьев окошка двери ее камеры. Лицо смотрело на нее, глаза злобно блестели. А потом лампа поднялась, озарила ее лицо, ослепляя.

— Ага, — сказал грубый голос. — Это она. Это милое личико ни с кем не спутать.

Лампа опустилась. Металл снова жутко заскрежетал, тяжелая дверь ее камеры открылась. Нилла опустила голову, зажмурилась, свет слепил ее.