Чтение онлайн

— А когда нас будут спасать?

— Скоро, Ваше Высочество, совсем скоро. Зачистка палуб уже наверняка закончилась, сейчас сформируют ударную группу и полезут в трюм. Скорее всего ждут какого-нибудь волшебника, ребята же не знают, что химера мертва, а лишних потерь им нести не хочется.

— Трусы! — фыркнул принц.

— Зря Вы так, Ваше Высочество, они не трусы, а благоразумные люди. Если химера жива, то следует соблюдать осторожность, а если она мертва, так и спешить незачем. Аничу трудно умереть от потери крови, а о вашем присутствии здесь мои соратники вряд ли догадываются. Ваше Высочество, граф, на этих тюках так удобно лежать, а в ногах правды нет. Ложитесь и попытайтесь угадать, когда именно нас будут спасать от жуткого мертвого чудовища.

Граф рассмеялся, следом за ним изволил улыбнуться и принц. Уже лучше, первоначальный контакт между нами установлен. Поспрашивать их теперь о том, как они здесь очутились? Нет, не буду, не мое это дело, много знаешь — плохо спишь. Даже если местные компетентные органы отстанут от меня быстро, то остаются еще две проблемы. Первая, те, кто все это устроил, могут выйти сухими из воды и наверняка захотят меня отблагодарить несколькими сантиметрами стали в живот. Неприятная перспектива для меня. Есть и еще одна трудность, и так отношения между аничами и гвардейцами далеки от нормальных и не последнюю роль в этом играет наша зарплата. Это и послужило одной из причин изданного несколько десятков лет указа о запрете на появление аничей в королевской резиденции. Была пара конфликтов окончившихся смертями, причем с обеих сторон. И что будет теперь, после того, как гвардейцы, проворонившие сыновей короля, скоро узнают о том, кто их нашел? Да они наверняка сильно обрадуются этому и станут нашими лучшими друзьями. Даже перестанут за глаза называть нас грязными варварами, а мы их крабами, за пристрастие к стальным доспехам. Делать больше нам нечего, как носить на себе эту тяжесть. Попробуй побегать с этими железками по городу за различного рода сомнительными личностями! Чисти доспех постоянно, чтобы ржавчина не завелась, да и стоит он дорого. Кожаный не так уж плох, да и особо не жалко его.

— О, слышите, уже спускаются, так что скоро нас спасут от чудовища, — я вмешался в разговор пацанов о сравнительных достоинствах и недостатках химер и мантикор.

Братья переглянулись между собой и рассмеялись. Братья, вообще странная ситуация, а впрочем, что тут странного, если девушек здесь выдают замуж в тринадцать-четырнадцать лет? Педофилы необразованные! А потом скорбят по безвременно ушедшим во время родов супругам. Дайте девушкам сформироваться, а только потом занимайтесь с ними всем, чем хотите. Как может нимфетка без хорошего медицинского обслуживания нормально родить и остаться живой? Хотя может, примерно половина умудряются это сделать, но двух первых супруг короля это как-то не задело. Сначала одна жена умерла, король с горя пустился во все тяжкие и через год снова женился, но от новорожденного от одной из вдов-дворянок сына не отказался, дал титул и оставил при себе. Прошло десять месяцев и вторая жена Его Величества умерла при родах, на этот раз ребенка смогли спасти. Вот так и растут при дворе два сводных брата, бастард и наследник престола и, судя по слухам, да я и сам это сейчас вижу, они действительно братья. А вот как они уживаются с третьей женой короля, своей мачехой — это большой вопрос и я в него лезть не хочу. Слишком много странного в этом похищении. Если парни кому-то мешали, то почему их просто не убили? Я уже один раз не так давно объяснял Жанке особенности криминальной политики, похищать гораздо труднее, чем ликвидировать.

— Барб, ты жив?! — раздался крик где-то в глубине трюма.

— Здесь я, здесь! Химера мертва.

Топот, вот носороги, в наш закуток ворвалась тройка аничей со Станком во главе. Немая сцена. Взгляды Снежных Крыс перебегали с меня на смеющихся мальчишек, а потом на мертвую химеру.

— Его Высочество, граф Атор, позвольте вам представить моих соратников Станка, Окира и Таша, — самым небрежным тоном заметил я. — Эти мужественные воины и этот могучий шаман наверняка спасут нас от всех мертвых химер на свете.

Хохот мальчишек, немая сцена номер два. А все-таки я расспрошу братьев о произошедшем. Любопытство не порок, а средство продления жизни, но потом я про это дело забываю.

— А пока мы поднимаемся, — продолжил я, — расскажите мне о том, как вы вообще здесь очутились.

— Присядьте, тесс, — предложил мне сопровождающий. — Устраивайтесь со всеми удобствами, Его Величество скоро освободится и примет Вас.

Под дружелюбными взглядами двух гвардейцев я примостил свою пятую точку на диване. А вы сегодня не просто крабы, вы сегодня крабы под соусом. Какие на вас нарядные праздничные туники красного цвета! Такой соус чем-то напоминающий по цвету кетчуп служит основной приправой к здешним блюдам из морепродуктов. Один из гвардейцев скривился, видно понял значение моего насмешливого взгляда. И не аничи дали вам такую кличку, а местная беднота, которая постоянно питается в порту этими самыми морепродуктами, дешевле еды в городе просто не найдешь. Поэтому гвардейцы редко надевают положенные им по уставу туники, но сегодня положено. Уже неделю в Гронлине идет праздник по поводу счастливого спасения Его Высочества из мерзких лап чернокнижника. Про графа тоже упоминают, но как-то вскользь. Короля не поймет его же свита, если он станет объявлять официальный праздник из-за спасения бастарда.

— Аничь, виноград предназначен для лиц благородного происхождения, — процедил один из гвардейцев, — а ты к ним не относишься, как бы тебя не называли. Тебе вообще здесь не место.

Разве? Внимательно смотря на забияку я снова отщипнул несколько крупных виноградин с кисти. Диван есть, столик есть, даже поднос с фруктовым ассорти на нем есть и все это предназначено тем, кто ждет аудиенции у короля. А что ты мне сделаешь, я надкусил персик, гвардеец кардинала? Атос приема ждет у короля. И не просто аничь, а тесс Барб. Как благородный я могу посещать королевский дворец. И вообще я сюда не напрашивался, очень мне это надо, меня вызвали из казармы, а не я пороги оббивал с просьбами различного рода в основном земельными и финансовыми. А что ты так набычился? А понял, ты надеешься лопнуть от злости и забрызгать меня своей кровью, краб под соусом?

— Аничь, я…

— Заткнись, — посоветовал я гвардейцу, — я не в настроении выслушивать какого-то нищего дворянчика, который чтобы прокормить мышей в своем полуразрушенном замке стал гвардейцем короля. Мне было сказано, что б я устраивался со всеми удобствами, что тебе не понятно? Могу объяснить сегодня вечером подробно и за городом, приходи с двумя своими друзьями, и я тоже приду с двумя.

— Я буду, — пообещал мне побелевший от гнева гвардеец.

Самоубийца, но это его проблемы, а не мои. Одно мое предположение, я взял очередной персик, оказалось правильным. Гвардейцев сначала вые…, то есть выстроили, произнесли речь, а потом снова всех построили. Уже неделю как они живут по уставу, никаких увольнительных, никаких попоек. В принципе они не виноваты в произошедшем, но виновные должны быть и все. На кого еще монарху изливать свой гнев, на подчиненных тесса Лоташа? Так не за что, мы герои. Капитан порта со своими сотрудниками тоже отмазался, тем более он ранен и до сих пор находится в больнице. Тесс Навир не герой, но где-то близко к этому состоянию, трех своих подчиненных он уволил прямо с утра и чистым стал аки агнец божий. Даже Ромео был поощрен за помощь следствию. Тем утром ему не удалось уйти из порта, но взбешенный отец Джульетты не смог ничего сделать, обвенчали влюбленных в срочном порядке прямо на корабле. Я попросил тесса Лоташа помочь в амурных делах ценнейшему свидетелю, а он мне не отказал в содействии данному процессу. Хороший он мужик, с закидонами, но у кого их нет, но хороший. Ну а больше всего досталось мне, дворянином сделали в тот же день, теперь я тесс Барб, вот умора! Зря дворянчик вздумал мне показывать свою спесь, не на того напал.

— Барб, ты помнишь правила этикета? — осведомился зашедший в приемную тесс Лоташ.

— Да, но не полностью, тесс, а как происходят дуэли между благородными, подскажите мне? Ведь я парень простой, чуть что так сразу шестопером по голове без всякого соблюдения приличия и этикета.

— Уже успел, так быстро? — начальник стражи Гронлина посмотрел на гвардейцев. — Кто из них такой храбрый и глупый?

— Вот этот, — я ткнул пальцем в правого краба под соусом.

— Барб, я запрещаю тебе драться с ним. А этому глупцу запретит его командир, я позабочусь об этом.

— Это дело чести! — возмутился глупый краб. — Почему Вы вмешиваетесь, тесс Лоташ?

— Ты так сильно хочешь умереть, тесс Догир? Ты думаешь, что у тебя есть хоть один шанс против Барба? Или ты таким образом хочешь привлечь мое внимание? Я все равно не разрешу тебе оказывать моей дочери знаки внимания, пока ты не станешь лейтенантом гвардии. Барб, — тесс Лоташ повернулся ко мне, — а ты о чем думал, когда решил связаться с этим сопляком?

— О персиках.

— Очень умно, тебе нужно думать об аудиенции у Его Величества. Если ты будешь драться с каждым, кто решит тебя задеть, особенно с гвардейцами, то никакая королевская милость тебе в конце концов не поможет. Посиди здесь, я скоро приду и никого больше не вызывай, тебе вообще должно быть стыдно, Барб. Этот гвардеец разве похож на химеру? Какая будет честь размозжить ему голову?

— Никакой, — согласился я, — но и свою честь я не позволю никому марать грязью. Особенно тем, кто в этой жизни еще ничего и никому не доказал, а пытается это сделать за мой счет. Прибьешь несколько таких умников, так остальные станут гораздо скромнее и перестанут меня задевать.

— Барб, ты мои слова слышал, — тесс Лоташ вышел из приемной.

Я с ухмылкой посмотрел на гвардейца, не судьба тебе сегодня умереть, парень. Хорошо я тебя слил тессу Лоташу, именно на такой вариант развития событий я и рассчитывал. Делать мне больше нечего, как с каждым ненормальным отношения выяснять. Словесно унизить — это можно, а хочешь умереть, так это не ко мне. У меня и так руки по локоть в крови. А тесс Лоташ, я взял очередной персик с подноса, когда мы выбрались на верхнюю палубу с принцем и графом так он уже вовсю там командовал процессом. Трупы убрать, раненых перевязать, этих сразу ко мне на допрос, а этих чуть попозже. Станк, что там с химерой? Тут он увидел парней и онемел, наверняка от счастья. А что потом началось, так это трудно описать словами, это нужно было видеть. Начальник стражи Гронлина превратился в ураган распоряжений, в вихрь указаний, в водопад вопросов и торнадо ярости. Все аничи старались убраться с его пути, даже Станк и Кремнь вспомнили о своих неотложных делах в городе. У меня не получилось, как старший смены аничей Восточного конца, чье дежурство к сожалению еще не закончилось, как организатор всего этого бардака мне пришлось предстать перед добрыми очами тесса Лоташа и давать ему развернутый отчет. А я что дурак сам отдуваться? Я мигом сообразил на троих, Оргина еще к нашей компании подозвал, как-никак он сегодня заведует обычной стражей на вверенной мне территории. Короче, через час я с чувством глубокого удовлетворения вновь сидел в трактире со своими ребятами и поминал погибших. Один аничь, четверо портовых стражников и две чернильные души отправились на тот свет. Дорого обошелся нам захват «Альбатроса». Хорошо, что его мертвый капитан не успел отвести свое судно от причала. Стражники Оргина, которые работают грузчиками в порту вовремя заметили неладное, странно было бы если б не заметили, и ринулись на неф. Успели, и только поэтому рывок капитана Харода из Гронлина не удался.