Восхитительные ночи
Шрифт:
Селию замутило. Она вдруг ясно поняла, что Бо собирается выстрелить ей в спину, а потом бросить тело в воду. Поток унесет ее в море. Ее никогда не найдут…
– Нет! Я не сделаю того, о чем ты просишь, Бо. Если хочешь меня убить, тебе придется сделать это, глядя мне в глаза.
– Селия…
– Нет, Бо, я не облегчу твою задачу. Если ты решил отомстить, сделай это. Я не могу тебя остановить, но ты будешь смотреть мне в лицо.
Ее глаза пылали от гнева. Она умрет гордо, как настоящая женщина! Когда их взгляды встретились, Селия подумала, что в этот миг перед ней промелькнет вся ее жизнь, но вспоминала только Романа. Не такого, каким она видела его на полу в кухне, залитого кровью, а того Романа, которого встретила у заводи Пеле, с горящими от страсти глазами. Роман! Она любила его и всегда будет любить! Даже если Бо убьет ее, любовь к Роману останется жива.
– Селия! – Бо не выдержал ее взгляда. Ей показалось, что его рука дрогнула. – Делай то, что я сказал, быстро! Или я… Или я сначала выстрелю тебе в колени.
Отвага покинула ее, и Селия поняла, что ее вот-вот вырвет от страха. Ее сердце неистово билось, но она держалась все так же прямо. Селия видела перед собой не Бо, а обезумевшего маньяка.
– Нет, – спокойно ответила она. – Ты этого не сделаешь. Ты отдашь мне оружие. Дай сюда, Бо, ну же!
Он взглянул на жену, и Селия с облегчением увидела, что он почти готов подчиниться ей.
– Дай сюда, – потребовала она.
Но, видимо, она слишком поспешила. Бо вдруг поднял пистолет, выражение его лица снова изменилось, и Селия поняла, что сейчас он нажмет на курок. Она мгновенно бросилась к Бо и выбила пистолет у него из рук.
Все произошло за считанные секунды. От удара Бо потерял равновесие, покачнулся, взмахнул руками и упал в воду, Бо закричал. Опустившись на колени возле бешено мчащегося потока, Селия протянула мужу руку. Он взывал к ней о помощи, пока поток не потащил его к скалам.
Забыв о том, что Бо мстительный убийца, Селия понимала одно – его жизнь сейчас в ее руках.
– Селия! – кричал он. – Ради Бога, помоги мне!
– Да, Бо, я…
Ветер и дождь заглушали ее слова, и Селия не заметила того, что происходит позади нее. Между тем там появился всадник. Она наклонилась над потоком, сняв с себя нижнюю юбку и протянув ее Бо.
– Разреши мне помочь!
Кто-то сзади бросил седельный ремень далеко вперед, в пучину.
У Селии сжалось сердце.
– Роман! Я думала, ты…
– Мертв? – Его зубы блеснули в широкой улыбке. – Меня не так легко убить.
Он жив и здесь!.. Она всхлипнула и отступила назад, наблюдая, как Роман держит ремень перевязанной рукой, а Бо пытается ухватиться за него.
Роман снова бросил ремень.
Но поток отнес Бо уже слишком далеко, и Селия в последний раз увидела перекошенное от ужаса лицо мужа. Его тащило навстречу водопаду.
Селия закричала, и тогда Роман притянул ее к себе. Вся дрожа, она крепко прижалась к нему, всхлипывая и ощущая его силу и любовь.
Прошло несколько недель. Лунный свет заливал большую спальню Селии и Романа. Серебряный свет мерцал на их обнаженных телах.
По завещанию Амоса Бернсайда, Роман стал единственным хозяином Маунтен Вью. Они с Селией поженились сегодня днем и теперь собирались провести шесть недель медового месяца в Вене, а затем вернуться на плантацию. Они решили воспитывать Тину как собственную дочь, а когда ей исполнится восемнадцать, отправить ее в колледж на восточном побережье США.
Селия радостно вздохнула, думая о том, как счастливо все завершилось. Гаттерас намеревалась на следующей неделе уехать в Калифорнию, а оттуда с двумя внучками золотого магната отправиться в Европу, как они и договорились. Но Селии казалось, будто произойдет что-то еще. Между Гаттерас и вдовцом вспыхнет искра любви, и тогда в Европу отправятся четверо, а не трое…
– Дорогая, – прошептал Роман, обнимая жену. – Подумать только, я чуть было тебя не потерял.
– А я чуть не потеряла тебя. – Вспомнив об этом, Селия вздрогнула…
Но, слава Богу, все страшное позади. Роман отделался легким ранением в плечо. Когда Бо силой увез Селию, Роман поднялся, перевязал плечо кухонным полотенцем, вышел на двор, добрался до конюшни, оседлал лошадь и направился по их следам.
– Бо ничто не могло спасти, – сказал он Селии позже. – Течение было очень сильным, к тому же, дорогая, едва ли он хотел жить. Иначе не приехал бы к заводи. Подозреваю, что, убив тебя, утопился бы.
– Нет! – в ужасе прошептала она.
– Боюсь, что это правда. Кое-что Бо выкрикивал в опиумной горячке… Он сильно мучился, Селия, а теперь отдыхает.
Селия вспомнила, что однажды Бо сказал, как мечтает о покое… Что ж, теперь он достиг этого.
Она прижалась к Роману, радуясь, что все ужасы позади, а впереди только счастье.
– Ты счастлива? – Нежно улыбаясь, Роман коснулся пальцем кончика ее носа.
– Счастлива? О Роман… Больше, чем счастлива. Едва ли мои чувства можно выразить словами. Словно… Словно всю мою жизнь вдруг переполнила радость, бьющая через край. У меня есть ты… Тина… Маунтен Вью. Чего же еще желать?
Он притянул Селию к себе:
– Когда-нибудь – ребенка, Селия. Ребенка, который не попадет под проклятие Бернсайдов. Я буду учиться в Вене, пока не постигну, как бороться с родовой горячкой, и не узнаю все что можно об акушерстве. После этого мы вернемся в Маунтен Вью и подумаем о наследниках.
– Наследниках? – переспросила Селия. – Ты хочешь сказать, что их будет много?
– Конечно! Два мальчика и две девочки. А может, больше? Здесь, в Маунтен Вью, много места. О дорогая, я так люблю тебя! Впервые увидев тебя на борту «Попутного ветра», я безнадежно влюбился в девчонку. Очаровательную, своевольную, прелестную ведьму, которая нанизывала мужские сердца на свой маленький пальчик и подчиняла их своей воле. Я убежал от той девчонки, Селия, я ее испугался.