Чтение онлайн

Бандит, отмахиваясь от своей разъярённой жертвы, боком отступал к лестнице. Его испуганный взгляд был устремлён на Лоусона, на его руки, и тот только спустя несколько мгновений понял, почему так запаниковал второй насильник. В правой руке Генри всё ещё сжимал горлышко бутылки, ощерившееся острыми рваными краями. Судя по многочисленным фильмам — страшное оружие.

Не раздумывая, он угрожающе выставил это оружие вперёд, готовый в самом деле ткнуть стеклом в рожу бандита. Тот вскрикнул, оттолкнул наседавшую на него девушку и бросился вниз, перепрыгивая через ступени и рискуя сломать себе шею.

Лоусон отбросил ненужное больше горлышко бутылки, достал платок, стал вытирать руки.

— Вы его убили? — спросила девушка, глядя на здоровяка. Его лицо и голова были залиты красным.

— Не думаю, — сказал Генри. — Это вино, мисс. Хорошее красное вино. Впрочем, сейчас проверим.

Он взял руку бандита, сделал вид, будто ищет пульс, хотя абсолютно не разбирался в таких делах.

— Живой…

Лоусон наконец рассмотрел свою неожиданную, знакомую и пришёл к выводу, что она симпатичная, но то ли больна, то ли смертельно устала — даже азарт и напряжение схватки не разогрели её бледного лица с чуть заострившимися скулами. Насильники разорвали на ней блузку, и оттуда беззащитно выглядывали неожиданно полные для её худобы груди.

Девушка заметила взгляд Генри, с вызовом сказала:

— Теперь я по всем правилам должна отдаться спасителю? Вы это хотите сказать?

Лоусон улыбнулся.

— Нет, мисс… — Он сделал паузу, надеясь услышать её имя, но девушка молчала, и Генри полушутливо закончил: — Давайте на этот раз нарушим стереотип. Я устал, и у меня сегодня куча неприятностей… Поэтому единственное, чего мне сейчас хочется, это поскорее попасть домой. Нам не по пути?

Девушка тоже улыбнулась, подала сухую узкую ладонь.

— Айрис. Тридцать два года. Незамужняя. Работаю архитектором. Я, кстати, участвовала в проектировании этого дома.

Лоусон назвал себя и добавил:

— Получается, мы оба причастны к постройке Вавилона. Я — Посредник. Припоминаете? Обо мне в своё время много писали в газетах.

— Мне не понравился ваш рассказ, — ответила Айрис, застёгивая куртку. — Я ещё подумала тогда: и чего он, то есть вы, так выпендривается? Я не люблю, когда с богом ведут себя по-панибратски.

— Вы верующая? — удивился Генри.

— Ни капельки.

Айрис достала сигареты, протянула пачку Лоусону.

— Вообще-то, я не курю… Когда перенервничаю… — Она брезгливо взглянула в сторону распростёртого тела насильника, затянулась. — Пойдёмте отсюда. Я живу на самой верхотуре, как и вы. Нам ещё идти и идти.

Они двинулись вверх.

«Ну и денёк, — подумал Лоусон. — Сначала меня распял Бирс, затем эта девица… тридцати двух лет. Всем что-нибудь не так. Идите вы ко всем чертям! В конце концов литератор не лакей, чтобы угождать всем и каждому».

Лестница, особенно площадки, оказалась довольно густо заселённой. Несколько раз им попадались бездомные, которые обычно почему-то держались поодиночке и в большинстве своём отсыпались, закутавшись в тряпьё. Потом они прошли мимо парочки. Лохматые возлюбленные лизались равнодушно, чуть ли не сонно — похоже было, что до грехопадения дело из-за лени вообще не дойдёт.

— Представляете, сколько здесь народу обитает? — спросила Айрис. — На каждой площадке — восемь квартир. В среднем по три человека… Ужас! Все, кто дома, кто добрался домой, — затаились. Жгут свечи или укладываются спать. Мне кажется, что горожанин без электричества всё равно, что Робинзон без острова. Иди ко дну и не бултыхайся.

Заслышав их шаги, из коридора выглянул человек лет пятидесяти с невыразительным мелким лицом и чёрными блестящими волосами, зачёсанными на пробор.

— Пиво, сигареты, жевательная резинка, — негромко предложил он, выступая из тьмы коридора. Это был человек-киоск, с ног до головы облепленный карманами, из которых торчали разноцветные банки, коробки, флаконы. — Есть хорошее виски.

Человек-киоск наклонился к уху Лоусона, доверительно шепнул:

— Есть также свежий «товар»… Не интересуетесь?

— Бог миловал, — ответил Генри и взял Айрис под руку, чтобы назойливый торговец не прицепился и к ней.

— Мистер, мои люди работают ещё на восьмидесятом и сто двадцатом этажах, — крикнул им вдогонку человек-киоск. — Если что понадобится… У нас, в принципе, можно купить всё. Как в супермаркете. В любое время дня и ночи. Запомните это, мистер…

— Видите, все удобства, — засмеялась Айрис. — А мы и не знали, какой в нашем доме сервис…

Она приостановилась, прижалась на миг к Лоусону.

— Извините меня. Я не права. Во всём, во всём… Меня до сих пор колотит от страха и омерзения. Если бы не вы… Я вела себя как глупая девчонка. Вместо благодарности — надерзила, раскритиковала рассказ… Вы мужественный человек и хороший писатель. Вы мне нравитесь, Генри.

— Ну вот, — засмеялся Лоусон. — Теперь я, как честный человек, должен на вас как минимум жениться. Вы не устали?

— Нет. Но я уже сбилась со счёта. На каком мы этаже?

— Сорок восьмом.

На лестнице вдруг послышался громкий мужской голос. Путники остановились, прислушались.

— читал неизвестный, спускаясь вниз.

Вот он и сам — седой плешивый старик с мешком за плечами. Одет в старое коричневое пальто и такого же цвета замшевые сапоги. В петлице пальто искусственный цветок.