Воссоединение
Шрифт:
– Есть, сэр… – ответил офицер, отвечающий за прыжковую подготовку. – Предпрыжковый отсчет пошел. Десять, девять…
31
Радость старшего магистра Аххара по поводу гибели варварского бомбардировщика, так и не сумевшего сбросить на стратегический завод ни одной бомбы, была велика, но лишь в самом начале. Потом его что-то насторожило, хотя ничто не предвещало беды.
Корабли быстро восстанавливались после получения электромагнитного импульса, вырубившего все компьютеры, и начинали добивать оставшиеся корабли варваров. Они успели подбить еще два, а вот с третьим случилась заминка. Посчитав, что он уже не жилец, его оставили в покое, а он вдруг направился к планете.
«Вот оно, то самое…» – понял Аххар, вспомнив нехорошие предчувствия.
Магистр приказал уничтожить его, но время оказалось упущено. Первые выстрелы прошли мимо, а дальше уже было бесполезно стрелять – корабль скрылся в атмосфере планеты.
Потом раздался двойной взрыв, означавший, что все кончено как для завода, так и для него лично. Свалить все на генерала не получится, тем более что сам убил его еще в самом начале. Кроме того, за все отвечает, прежде всего, магистр, значит, он и будет крайним в ответе перед императором.
Он даже не смог уничтожить варваров! Те ушли в прыжок рядом со звездой, понимая, что возмездие от бастионов неминуемо, а так есть хоть какой-то шанс на спасение.
С тяжелым вздохом магистр нащупал у себя на груди ритуальный кинжал. Аххар не собирался сносить такой позор и не менее унизительную казнь. Он сам осудит себя, вынесет приговор и приведет его в исполнение…
Старший магистр Гиссар, носивший высочайшую должность в Империи – советника императора, с раздражением откинулся на высокую спинку своего кресла. Он разбирал один из самых позорных случаев, какой только мог произойти, – успешный абордаж противника.
Сами по себе абордажи не представляли из себя что-то из ряда вон выходящее. Почти в каждой крупной битве варвары стремились захватить какое-нибудь судно Альянса. Надо признаться, им это довольно часто удавалось, и если они не могли его угнать, то наносили внутри настолько обширные разрушения, что кораблю требовались многие и многие месяцы на восстановление.
Недавно выяснилось: при таких «неудачных» абордажах люди оставляли сюрпризы, например, маяки, считывающие устройства и программы, которые отсылали накопленную информацию на какой-нибудь пролетевший мимо разведчик варваров или срывали работу главного компьютера в самый ответственный момент. В общем, с ними требовалось постоянно держать ухо востро.
К несчастью для Альянса, абордажи с их стороны не имели такого широкого распространения, да и люди защищали свои корабли гораздо отчаяннее и потому успешнее, чем расы Альянса.
Но разбирательство последнего случая носило отпечаток позора еще и потому, что абордажу подвергся старкрейсер! И не просто абордажу, а успешному абордажу! За всю войну такие вопиющие случаи можно было пересчитать по пальцам одной руки. Успокаивало лишь то, что всех абордажников уничтожили, все сто пятьдесят варваров.
«И две с лишним тысячи членов команды с нашей стороны», – вспомнил старший магистр, и его руки непроизвольно сжались в кулаки.
Конечно, столько народу убили не лично варвары из этого элитного отряда, а их роботы, взрывая шаттлы-пустышки, разгерметизируя отсеки, и так далее. Но от этого не становилось легче. Потери несопоставимые, особенно если учесть, что старкрейсер превратился в груду металлолома и на восстановление его боеспособности уйдет не меньше года. И это в то время, когда планировалась широкомасштабная наступательная операция и каждый корабль на счету.
– Проклятые варвары!
Не последнюю роль в таком большом сроке восстановления сыграла самоликвидация главного компьютера корабля, с которым сейчас разбиралась команда следователей.
«Кленер» переправили на ближайшую базу, где им и занялись дознаватели. Работать на месте, по меньшей мере, глупо, ведь варвары могли повторить атаку и добить корабль.
Магистр Гиссар приказал исследовать останки особенно тщательно, как только узнал, что варвары побывали слишком близко к системным блокам, и главное – разрушения оказались слишком большими для самоликвидационного заряда. Могло случиться всякое… именно поэтому магистр и отдал подобный приказ, несмотря на то, что все участники абордажа были уничтожены.
Прошло несколько недель. Специалисты собирали главный компьютер старкрейсера, а точнее то, что от него осталось, по мельчайшим фрагментам, размер которых зачастую не превышал размера ногтя, а также обследовали весь корабль.
Пока шло это восстановление, начала поступать все более удручающая информация. Варвары применили новейшую вирусную программу, направленную именно против системы самоликвидации. В вирусах варвары тоже разбирались весьма хорошо, каждый раз придумывая что-то новое, и зачастую с ними ничего не могли поделать антивирусные программы.
«Но что бы они ни придумали, все равно проиграют, – с удовлетворением подумал магистр. – Победа за нами!»
– Значит, они целенаправленно шли именно к главному компьютеру, а не к командному центру, как раньше, – сделал вывод магистр.
С тех пор он потерял покой. Он уже давно должен был сделать доклад в ставку верховного командования – самому императору, и инициировать внеочередную смену паролей «свой-чужой», но медлил. По прошлому опыту он знал, к каким последствиям и хаосу приводило подобное поспешное изменение паролей. Все требовалось согласовать со всеми членами Альянса, выдать новый код, внедрить его, а если во внедрении случались сбои, оно происходило не синхронно, и тогда из всех концов сообщества шло столько сообщений об обнаружении противника, что главные компьютеры сходили со своего электронного ума, обсчитывая их.
К «противнику» спешили эскадры, начиналась сумятица, и узнай о ней варвары, они не преминули бы ею воспользоваться и нанести удары по слабым местам. А последняя их тактика «Выжженных планет» могла обойтись Альянсу очень дорого.
Потому магистр ждал более конкретных результатов от следователей.
Раздался зуммер входной двери.
«А вот и он», – подумал магистр, увидев по терминалу, кто стоит перед его дверью.
– Входите.
– Разрешите войти, мой господин? – спросил полковник Каллиан, начальник следственного отдела.