Война
Шрифт:
– Ну, я что-нибудь придумаю, — спокойно ответил я.
Собственно, думал я недолго. Идея сформировалась в моём мозгу ещё до того, как я сообщил о ней.
– Ну, всё необходимое есть у нас на борту. Телеметрия от нас на «Неведимку» идёт постоянно, верно?
– Верно, — ответила Карен.
– Вот, а на борт «Невидимки» сейчас прибудет Демон, известный всей Галактике специалист по компьютерной технике. Как ты думаешь, что ему стоит таким образом декодировать сигнал с сенсоров наших машин, что он, на борту корабля, «увидит» это поле?
– Думаю, что у него больших проблем не будет по этой части, — сказала Карен. — Этот человек с компьютером может сделать, всё, что захочет.
– Ну, вот и нет проблемы, — усмехнулся я, переключаясь на связь с членами группы. — Демон, ты меня слышишь?
– Слышу, Лидер. Чётко и ясно.
– Вот и хорошо. Мы с Карен сейчас как раз о тебе говорили…
– Странно. А икать я так и не начал… И уши у меня не горят…
– А мы только хорошее про тебя говорили. Например, что ты — вроде, как лучший специалист по компьютерам в этой Галактике…
– Ну, есть такое дело…
– Вот и отлично. Тогда слушай задание, друг Демон… Надо переконвертировать данные с сенсоров наших истребителей, которые идут на борт «Невидимки» в составе телеметрии так, чтобы ты мог видеть глушащее поле Кочевников. Ты будешь нашими глазами на борту корабля, и ты будешь наводить наши удары. Они, видишь ли, нам пролететь не дают. Надо объяснить им, что они заблуждаются. Причём заблуждаются очень и очень сильно…
– Понял, командир. Приступлю, как только вернусь с вылета.
– Тебе много ещё осталось?
– Нет, последнюю антенну разнесли. Нахожусь в пятнадцати минутах полёта от корабля.
– В общем, жду результатов.
– Принято, командир.
Мы с Карен ждали. Ждать, сидя в ложементе космического истребителя-перехватчика — не самое большое удовольствие в жизни. Несмотря на все удобства в кабине, всё же, как-то оно тяжело просто так сидеть и ничего не делать. Я нажал кнопку, делающую кокпит совершенно прозрачным изнутри. Теперь визуально у меня было такое ощущение, как будто я в одном скафандре нахожусь в открытом космосе, совершенно без истребителя. Системы корабля и моего скафандра позволяли это делать. Вдалеке дрейовала машина Карен, наверное, она сделала так же, как и я, иначе с чего бы она сказала:
– Всё же, звёзды — чертовски красивая вещь, командир.
– Твоя правда, — согласился я с девушкой. — Звёзды — одна из тех вещей, ради которых я и стал военным…
– А как же гражданский космофлот? Как же разного рода экстренные службы? Там ведь тоже приходится работать в космосе…
– Ну, не смеши меня… Где и на каком гражданском корабле ты вот так посидишь в кокпите с полной прозрачностью? Да гражданские пилоты даже не представляют, что это вообще реально. И все полёты у них только на автопилоте. Когда это гражданские летяги сами летали? Только взлёт, посадка, ну, ещё и разного рода нештатные ситуации… А они с нашей техникой бывают не так уж и часто, так уж хорошо она у нас работает. Так что, только военные пилоты видят космос таким, какой он есть на самом деле…
– Да, романтика космоса, романтика полётов… Наверное, именно по этой причине я и пошла в истребители, — призналась Карен. — Да и нравится мне летать… Быть в полёте быстрее всех, лучше всех и манёвреннее всех. Люблю истребители и перехватчики…
– Я тоже. На таких машинах ведь можно делать почти всё, а квалифицированный истребитель никогда не пропадёт.
– Кстати, я это слышала, но не совсем представляю себе, как это…
– Ну, посуди сама: с любым малотоннажником и ты, и я, и любой из нашей группы справится буквально на раз, верно?
– Верно, — ¬ ответила девушка.
– Вот. А умение быстро принимать верные решения? А реакция? Нет, что ни говори, но пилот-истребитель может почти всё.
– Наверное, ты прав… О, смотри, куда-то транспорт Кочевников чалит… И, кстати, судя по направлению движения, именно туда, куда нам и надо…
– Интересно, а как он намеревается пройти через это поле глушения? Хотя… надо думать, уж до системы «свой-чужой» они додумались. Сканируй его, Карен, сканируй на всех частотах! И я тоже буду…
Мы «вели» транспортник довольно-таки долго, за это время он успел удалиться на приличное расстояние. Всё это время, не останавливаясь, мы «щупали» его всеми пассивными средствами наблюдения. Использовать средства активные было нельзя. Транспортник, конечно, не боевая машина, но засечь сканирование он, теоретически, мог. Разумеется, мне было неизвестно, располагалась ли там необходимая для всего этого аппаратура, но, так как шла война, надо было исходить из того, что таковая аппаратура там всё же находилась…
Тут как раз на связь вышел Демон.
– Командир, — сказал он. — Я только что засёк это поле глушения. И оно только что было снято, что характерно. Вы ведь транспорт видели?
– Видели, — ответил я. — И даже сканировали его. Думаю, тебе не составит большого труда вычленить, в ответ на какой сигнал с этой посудины это поле было отключено?
– Я тоже так думаю, — ответил Демон. — Дайте мне три минуты — и я найду вам этот сигнал.
– Хорошо, — сказал я. — Жду от тебя доклада через три минуты.
– Принято, — ответил Демон. — Работаю.
Он справился через две с половиной.
– Итак, командир, — начал он, выйдя на связь. — Транспорт передал сигнал определённой частоты и модуляции, в ответ на сигнал, источник которого мне пока что определить не удалось. Тем не менее, теперь, когда этот сигнал пошлют вашим «Молниям», они автоматически ответят так, как и положено. Я, конечно, не уверен в том, что каждый корабль не имеет собственного «ответа» на этот сигнал, но всё же… Думаю, что эта система полностью автоматическая, иначе им пришлось бы слишком много информации обрабатывать вручную…