Чтение онлайн

Конечно, внешний вид колонн с такими сооружениями в кузовах напоминал больше цыганский табор или бродячий цирк, но было не до красоты. Эти колонны растянулись по всему маршруту длиной около 1300 км от Небит-Дага через Казанджик, Кизыл-Арват, Ашхабад, Мары и почти до Кушки. И это только одна наша 58 мсд!

А ведь на нашем направлении отмобилизовывались еще и 5 гв. мсд (Кушка, Иолотань, Тахта-Базар), части ВВС и ПВО ТуркВО и многие другие.

25 декабря мы узнали, что по просьбе правительства Афганистана на территорию их страны из Термеза была введена 108 мсд.

Началась афганская война, продолжавшаяся 3340 суток, или 9 лет, 1 месяц, 20 дней. Кто бы мог тогда такое предположить!

Буквально за несколько дней до этого заместитель командира нашей дивизии полковник В.И. Миронов был назначен командиром 108-й дивизии в Термезе вместо генерала Е.С. Кузьмина, назначенного заместителем Главного военного советника в Афганистане. Принимал дивизию он уже в Афганистане.

Забегая вперед, скажу, что полковник (а вскоре и генерал-майор) Миронов успешно там ею командовал, был награжден орденами Ленина и Красного Знамени. Далее занимал высокие должности в Советской армии и Вооруженных силах Российской Федерации: командующий армией, командующий войсками Прибалтийского округа, Северо-Западной группы войск, заместитель министра обороны РФ. Генерал-полковник. Умер в 2006 году в возрасте 63 лет.

Тогда я этого не знал, но уже 16 декабря 1980 г. командующий войсками ТуркВО назначил своим приказом командование Ограниченным контингентом советских войск в Афганистане: командующим – первого заместителя командующего войсками ТуркВО генерал-лейтенанта Ю.В. Тухаринова, начальником штаба – заместителя начальника штаба округа генерала Л.Н. Земцова-Лобанова, начальником разведки – начальника разведки округа генерала А.А. Корчагина и далее всех соответствующих должностных лиц штаба округа.

В этом качестве они действовали до сентября 1980 года, когда было сформировано управление и штаб 40А, первым командующим которой стал генерал Б.И. Ткач, а начальником разведки – заместитель начальника разведки ТуркВО полковник В.В. Дунец. К сожалению, они уже оба умерли и похоронены в Киеве.

Утром 25 декабря с последней колонной нашей дивизии из Кизыл-Арвата выехал и я. 27-го в середине дня прибыли в район сосредоточения, а ночью я услышал по радио «Свобода», что вечером 27-го был штурм дворца в Кабуле, Амин убит, а новый президент Бабрак Кармаль (непонятно, как он, даже формально, успел стал президентом?), обратившись по радио к населению, объявил о создании нового правительства.

Скажу откровенно, что это сообщение повергло меня в недоумение. Мы все считали, что ввод советских войск в Афганистан осуществляется как раз для защиты Амина и его правительства, а тут такой поворот…

В этот же день, а точнее, в ночь на 28 декабря начался ввод в Афганистан 5 гв. мсд, дислоцированной в Кушке. К этому времени ее полки, находившиеся в Иолотани и Тахта-Базаре (удаление от Кушки 220 и 90 км соответственно), были подтянуты к госгранице.

Мы, стоящие за ней «в затылок», тоже ждали своего часа.

28 декабря получили боевой приказ командующего ТуркВО на ввод в Афганистан и мы. 58 мсд приказано было сосредоточиться в районе восточнее Кандагара и прикрыть границу с Пакистаном. Время начала выдвижения конкретно указано не было. «Начать выдвижение с получением сигнала…» Этот приказ я лично держал в руках и читал, так как не было такого входящего или исходящего оперативного документа, который бы мне не докладывали. Я повторяю, что тогда исполнял обязанности начальника оперативного отделения штаба дивизии.

Поздно вечером 28 декабря меня вызывает начальник штаба дивизии и ставит задачу: вместе с ним, а также начальниками разведки, связи, инженерной службы дивизии выехать с колонной 5 гв. мсд в Афганистан и произвести рекогносцировку маршрута Кушка – Герат, так как наша дивизия через двое-трое суток пойдет по нему до Кандагара.

Сопровождение – взвод разведроты 162 мсп. Поехал в 162 мсп к командиру полка подполковнику А. Черникову, разъяснил тому задачу, договорились о взаимодействии. На это ушло полночи. Остальное ночное время ушло на подготовку выезда, ведь мы не просто выезжали на рекогносцировку, мы ехали в зону боевых действий.

Рано утром 29-го пересекли границу и в общем потоке войск двинулись к Герату. Погода стояла самая отвратительная. Туман, морось, ночью подмораживало. Пограничники были только советские, причем никаких проверок с их стороны не было.

Афганских пограничников не было видно вообще. Шлагбаум на их стороне был поднят и прикручен проволокой в этом положении. Почему-то мне это хорошо запомнилось. Позднее я понял, что этот шлагбаум был символом капитуляции Афганистана перед силой Советской армии и в целом перед СССР.

Поднялись к перевалам перед Гератом – там снег и лед. Высота перевалов над уровнем моря не такая уж и большая – 1300–1400 м, но неумение водить колонны в горах и непродуманность обеспечения марша делали проблемным быстрое их преодоление. К тому же большинство автомобилей из народного хозяйства– грузовики ГАЗ-53 и ЗИЛ-130 с низкой проходимостью, они буксовали на подъемах, создавая заторы, и скользили неуправляемые вниз.

Приходилось на наиболее сложных подъемах и спусках ставить БМП или гусеничные тягачи, которые, зацепив тросом машину, вытаскивали ее на перевал, там ее зацеплял другой тягач и на натянутом тросе спускал вниз. Долго, но надежно. Другого здесь ничего не придумаешь.

Первое впечатление об афганцах – несчастный, забитый народ, в галошах на босу ногу, в одежде, какую я видел только в исторических фильмах. На падающий снег они совсем не обращали внимания. Что-то кричали, размахивали тускло поблескивающими фонариками и просто руками. В кишлаках и даже в городах электрического освещения не было вообще.

Помню, что меня очень удивило и отсутствие отопления в домах. В лучшем случае печка-буржуйка с вмонтированным в нее бачком для воды, в котором готовился чай. Но это у богатых людей. А в большинстве домов – небольшое углубление в полу, где горел пучок соломы, сухие кизяки. Вообще непонятно для чего: то ли для обогрева, то ли для освещения комнаты. Одним словом – нищета, примитив, дикость.

Среди встреченных нами цивильных афганцев я никого с оружием не заметил. Они стояли вдоль дороги, некоторые, особенно дети, хватали все, что им только бросали с машин: хлеб, консервы, шинели, бушлаты, сапоги. Другие стояли поодаль и молча смотрели на проезжающую технику. Однако каких-то враждебных чувств к нам в их поведении я не заметил. По афганскому календарю заканчивался 1356 год (новый 1357-й начинался 1 марта).

Кстати сказать, некоторые авторы, говоря об этом периоде, ссылаются на статью генерала Ю.В. Шаталина – командира 5 гв. мсд, который вспоминает, что афганское население встречало советские войска цветами. Это не так.