Чтение онлайн

Я развел руками: - Да как я их найду, да и согласятся ли они здесь жить. Как я могу это тебе обещать.

Дед метнулся к могиле и вернулся ко мне. В руках у него болтался на цепи золотой медальон.

– Возьми, повесь на шею и как только рядом будет кто-то из моих, он будет биться в унисон с твоим сердцем.

– Дед, ну не могу я тебе обещать, я сам не знаю, что будет со мной завтра,- взвыл я

– Обещай, что хотя бы не пройдешь мимо моего потомка, хотя бы это...

Я сдался: - Хорошо, сделаю, что смогу. Давай свой медальон.

Я повесил его себе на шею, повернулся к скелетам и сказал: - Надо идти.

У меня появилось ощущение, что скелеты, знают куда идти. Они бежали ровно и уверенно.

Добежав до развалин, воины, вошли в проем, видимо бывший, когда-то дверями. Я последовал за ними.

Да, это была кузня.

Вдруг проснулась и зашевелилась Фырка, выскочив из коробочки, она метнулась в провал полуразрушенного пола. Вот же привычка мышачья, чуть что, шмыг в нору.

Я же достал горн и послюнявив палец проверил наличие сквозняка. Штиль, хорошо, то, что нужно. Скелеты положили один конец ствола в горн, а другой опустили на пол. Я почесал затылок и обратился к старшему: -Старшой, тут бы надо подложить чего.

Скелет повернулся к подчиненным и через несколько минут, то, что изображало затвор, было ровно уложено на неизвестно откуда, взявшиеся, гладко отесанные камни.

Сплавчик то тяжелый, ой и намаюсь с ним, и самое главное, нагрев должен быть, более или менее равномерным.

Я залез в сумку. Не сумка, а прям склад старьевщика. Чего только и нет, и этого нет, и того тоже. Минут через десять копаний, я нашел, неизвестно, как оказавшиеся у меня четыре ржавых щита.

– и не надо на меня так смотреть, не помню я, как у меня они оказались.
– строго сказал я скелетам. Вот блин, черепушки, как не посмотри, а не поймешь, толи они серьезные, толи скалятся своим беззвучным ржачем.

Один щит я брезгливо откинул - и сталь плоха, да и неудобен. Я б руки тому ковалю пообломал за такую работу.

Оставшиеся три щита, я разложил под стволом. достал баллон с огнянкой и аккуратно полил его. Огнянка полыхнула ярко и горячо. Подозвав ближайшего фримена, я сунул ему баллон и велел, когда будет затухать, поливать его, но понемногу. Воин зыркнул на меня зелеными огоньками в глазницах, но баллон взял.

Я же достал веревочку с размерами и начал работу. Возникший, было в моей голове мелкий гном, покрутил пальцем у виска и пропал.

Через десять часов работы, я отвалился в полном охренении от горна, и ведь это я только сделал заготовки.

Не зря этот мелкий гаденыш крутил пальцем у виска.

Появилась Фырка. она притащила какую-то штуку и положила мне под ноги. Я поднял ее и удивился. Это была детская игрушка, ну как наш ванька-встанька, только из кости, напоминающей слоновью, украшенная тонкой резьбой.

Вдруг кто то тронул меня за плечо. Я обернулся. Сзади стоял старший скелетов и смотрел на игрушку.

– Это твое?
– спросил я у него.

Он отрицающе покачал головой и вдруг сделал рукой жест, которым мы, живые, обычно показываем рост ребенка.

– Это твоего сына?

Скелет опять покачал головой.

– Дочки.

Ответом был короткий кивок черепа.

– Держи, - и я протянул ему игрушку. Скелет схватил и прижал ее к груди, потом низко поклонился.

Эхе хе, труды мои тяжкие.

Я с кряхтением поднялся и подполз к горну. Нус, продолжим, пошла проходка.

Самое неудобное, это было не свернуть конусы под кривые клычищи костяного вымогателя, и кто ж меня дернул за язык, я б такому дергателю все бы поотрывал, что жить мешает, а подогнать тютелька в тютельку, да шовчик сделать незаметный. Но как бы то ни было, после долгой и упорной работы, после нудной полировки, блин этож сколько я дорогой алмазной пыли угрохал, все было сделано. Я радостно потер свои натруженые руки, представляя, как сейчас, да что сейчас, для себя любимого сделаю, глянул на остатки драгоценного материала и упал. Какие слова и словосочетания я выкрикивал, лежа на пузе, суча ножками и стуча кулаками по полу, я приводить не буду. Не всякая бумага их выдержит, любые, даже ко всему привыкшие уши свернутся в трубочки. Вовремя выскочившая и отбежавшая в сторону, Фырка сочуственно смотрела на меня, и только скелеты скалились своими белоснежными улыбками в стороне.

Мифрила было мало, ЕГО БЫЛО КАТАСТРОФИЧЕСКИ МАЛО!!!

Гномик в моей голове появился, сочувственно посмотрел на меня и опять покрутил пальцем у виска, мол он меня предупреждал. Я раздраженно рыкнул: - Сгинь злобная шиза.

Гномик покачал головой, вздохнул и пропал.

Он то пропал, а я попал... И где моя новая броня, где новые прибабахи и вкусняшки... Только Фырке на кольчужку легкую. Точно, пусть хоть она порадуется. Я встал с залитого моими слезами пола и направился к горну.

Странно, но работа над кольчужкой для мыхи пошла легко, я даже начал оттаивать душей. Это была настолько тонкая работа, филигранная, что я даже засомневался, кузнец ли я или ювелир.

Время от времени я поглядывал на Фырку, на глаз снимая мерку и мысленно примеряя на нее обновку.

Хитрая мыха, видимо чувствуя, что что-то делается для нее, встала на задние лапки и медленно поворачивалась, давая мне возможность, лучше ее рассмотреть.

У меня выскочило сообщение: Вы открыли способность к ювелирному искусству. Ур. 1, странно, цифры-показатели уровня стали резко расти вверх. Но так ведь не бывает! Я же помню, как долго ковал у гномов, да и наставники были, а тут...

Может мне засчитали каждое колечко? Или учитывали сложность работы? Или драгоценность материала? Но ведь нет наставников, нет их, да и работа пошла в сладость, не напряжно, легко. Странно, очень странно.

Когда я закончил мышачий доспех, я попытался подойти к Фырке, но не смог. Дикая резь в глазах, все в тумане, и что-то теплое потекло из глаз по щекам. Я вытер глаза, считая, что вытираю слезы, потекшие от рези, но руками ощутил, что жидкость липкая. Я поднес руки близко к глазам и понял, что слезы то у меня кровавые. Резь в глазах не утихала, кровь не останавливалась, и начала дико болеть голова.