Чтение онлайн

— Интересно, какого же должен быть размера хищник, который на нее охотится? Ведь охотится же на нее кто-нибудь!

Впрочем, Найл тут же напомнил себе, что во времена предков на одно из самых больших животных мира: африканского слона, охотился один из самых мелких хищников — африканский же пигмей. Если гусениц промышляют люди, то добывшее ее племя наверняка может на месяц поселиться внутри, одновременно и выедая мясо, и получая себе кров. Хотя, конечно, уже через пару дней появятся падальщики: уховертки, мухи, медведки, слизняки — и выживут охотников обратно в степь.

— Вы что-то сказали, мой господин? — переспросила Нефтис.

— Охота, говорю, в этих степях есть, а мясо готовить не на чем. Обидно.

— Можно спросить у моряков соль, — прикинула шансы обойтись в сухопутном походе без огня стражница. — Мясо можно хорошо просаливать, а потом есть сырым. Правда, пить мы при этом станем в несколько раз больше… Хотя, трава здесь сочная, воды должно хватать, — и Нефтис подвела итог: — Было бы мясо, а как его съесть, мы придумаем. После полудня глазастый Тупик заметил на берегу ручей, и Назия приказала бросить якорь. Пресная вода была в море слишком большой ценностью, чтобы упустить возможность наполнить все бочонки до самых краев. Впрочем, люди жажды еще не испытывали, желающих высаживаться на берег только для того, чтобы упиться до отвала не нашлось, и примерно через час флотилия двинулась дальше.

— Бревно! Вижу бревно! — заорал Тупик, не успели они пройти и пары километров.

Раскинувшись ветвями в воде, а не менее пышной кроной корней запутавшись на берегу, в полосе прибоя лежало огромное мангровое дерево — видимо, вырванное штормом из плотных рядов морского леса. Вот это уже была стоящая находка, ради которой имело смысл и лагерь на берегу разбить, и на ночлег остановиться раньше времени.

Назия не рискнула вытаскивать тяжело груженые суда на берег, и поставила их на якоря, благо для высадки имелись пироги, к которым путники уже успели приноровиться.

Высадившиеся первыми братья по плоти сразу рассыпались в редкую широкую цепь, выпугивая насекомых, а моряки остались у воды разделывать дерево на дрова.

Охотничья цепь двигалась медленно — никто не знал, что за живность здесь обитает и наскочить сразу на целый выводок скорпионов или отдыхающую жужелицу не хотелось никому. Мясо у таких хищников обычно жесткое, а сил, чтобы их убить приходится тратить много. Уж лучше дать им возможность убежать, чем устраивать ради ужина целую битву.

— Ой! — пискнула от неожиданности Юлук и ухнулась куда-то вниз, моментально исчезнув в траве.

Ближние братья кинулись ей на помощь и обнаружили засевшую по пояс в земле девушку.

— Тут чья-то нора, — пожаловалась она. — Помогите выбраться.

Ее вытащили, затем заглянули внутрь, гадая, на чье жилище наткнулись:

— На медведку похоже, только нора слишком узкая, — предположил Клун.

— Нет, — покачал головой Навул. — У медведки из норы не пахнет, а тут кисленьким тянет, как в муравейнике.

— А почему тогда шестилапых вокруг нет?

— Может, там пока только матка сидит.

— Чего гадать, — отряхнулась от земли Юлук. — Давайте посмотрим?

И девушка первой вонзила меч в землю возле норы. Братья начали ей помогать, и в считанные минуты яма углубилась почти на два человеческих роста. Снизу послышалось недовольное жужжание, и из норы показалась черная голова с крупными жвалами, длинными усиками на голове и маленькими фасеточными глазами:

— Оса! — Юлук тем же движением, что рыхлила землю, вогнала меч сверху вниз, пробив одновременно и голову, и грудь насекомого. Однако жужжание не прекратилось и, вытолкнув погибшую подругу наружу, из-под земли полезла следующая хищница. Девушка точно так же убила и ее, но наружу выбиралась уже третья полосатая тварь.

— Да сколько же вас там! — отсекла ей голову Юлук.

Толкотня в норе прекратилась, но жужжание не стихло.

— Они через другой ход летят! — закричал Клун, указывая на небо. Оттуда на охотников уже пикировало несколько ос.

— Тьфу ты, щитов нет, — в который раз посетовал Найл, оказавшийся в числе атакованных, торопливо скинул перевязь и обмотал левую руку толстым кожаным ремнем.

Первая оса промелькнула мимо, нацелившись на Навула, а вторая кинулась прямо на него. Посланник Богини прикрыл голову левой рукой, позволив хищнице впиться жвалами в ремни, пнул ногой брюшко, не давая вонзить в себя жало, а меч всадил насекомому в грудь и хорошенько провернул, кромсая внутренние органы. Оса обмякла, но руки не отпустила. Вместо нее на человека ринулась другая. Найл присел, прячась за тело уже убитой хищницы и несколько раз наугад ткнул из-за нее клинком перед собой. Послышался треск — и насекомое с перебитым крылом забилось на земле. Нефтис, отбросив напавшего на нее врага концом древка, добила осу ударом копья.

Небо над людьми расчистилось.

— Пауков, пауков выручайте! — указал на восьмилапых Навул.

Полосатые хищницы плотно облепили своих извечных врагов, норовя нанести смертельный укол, но те, опасаясь в неразберихе попасть парализующим импульсом в двуногих братьев, не сопротивлялись, поджав лапы и замерев на земле.

По счастью, осы извечно убивают пауков только одним способом — вонзив жало в спину в строго определенной точке и впрыснув яд точно в нервный центр.

В свое время северяне догадались изготовлять для своих смертоносцев металлические пластины, которые с помощью ремней закреплялись на спине. Найл сразу понял огромное значение для своих подданных такого простенького изобретения и в огромном количестве заказал подобные наспинные ромбы, но только из керамики, Демону Света.

Вот и сейчас на каждого восьмилапого насело по пять-шесть ос — но ни один смертоносец еще не пострадал.

— Скорее! — двуногие воины подскочили к своим братьям и принялись избивать ос мечами.

Уцелевшие хищницы взвились в воздух и уже там последних защитниц гнезда пауки сбили парализующими импульсами. Братья по плоти перевели дух и вернулись к рытью. Вскоре их старания оказались по достоинству вознаграждены: люди пробрались в подземную камеру, густо уставленную рядами крупных белых яиц.

— Сегодня пируем! — сделал вывод Найл и, махнув рукой на свой титул, стал помогать переносить добычу к кострам.

Нормальная, вкусная еда после бесконечной рыбной диеты заметно подняла людям настроение. Да и охота в степи — это совсем не тоже самое, что бесконечное рысканье по этажам или нудный штурм хорошо укрепленных крепостей. Братья по плоти оживились и были, похоже, совсем не против совершить еще один поход. Они уже начали обсуждать, каким образом лучше всего справиться с гигантской гусеницей, которую заметил не только Посланник Богини.