Возвращение Стрелы

Сознание возвращалось медленно и нехотя. Шестерёнки в голове скрипели и буксовали, мрак постепенно рассеивался. Сильный гул, исходящий непонятно откуда, мешал сосредоточиться. Андрей Глыба приподнял тяжёлые веки. Перед глазами клубился красный туман. На мгновение показалось, что это пылевой дьявол, а значит, что операция на Марсе продолжается. Нужно встать и надавать Страннику! Голова кружилась, и слегка подташнивало, но надо взять себя в руки и подняться!

Затем в сознании прокрутилась кинолента событий, пролетевших в недавнем прошлом. Полёт на Марс, встреча с неизведанным, смерть, а потом чудесное воскрешение. И этот проклятый архив, его необходимо передать какому-то Мессу. Беготня по городу, потом стадион и… звездолёт.

Стоп! Звездолёт! Инопланетный корабль! Гудение, от которого свербит в мозгу – звук работающих стартовых двигателей. «Мы ещё не вышли на орбиту! – мелькнуло в мозгу. – Сколько же я пробыл без сознания? Минуту? Две?»

С потолка лился тусклый желтоватый свет – на всех кораблях (видимо, даже на инопланетных) освещение в ангарах во время старта приглушали или вовсе отключали.

Гул двигателей усилился. Неведомая сила впечатывала тело в мелко дрожащий пол, даже оторвать от него голову оказалось делом непростым. Сейчас он не человек, а червяк, извивающийся под прессом нескольких «жэ».

С огромным трудом поднял тяжёлую, будто чугунную голову и осмотрелся. Он лежал на рифлёном металлическом полу ангара, невдалеке в беспамятстве валялись сержант Егор Шахназаров и лейтенант Сергей Прошин. Андрей подполз к сержанту, пихнул в бок. И прохрипел, пересиливая сопротивление организма, выталкивая непослушные слова из глотки:

– Шах! Эй, Шах! Ты жив?

Егор промычал что-то нечленораздельное и лишь слегка дёрнул лысой головой. Майор толкнул распластавшееся тело раз-другой, но результата не добился, и пополз ко второму товарищу.

– Эмпатий! Ты жив? Не молчи!

– Похоже на то! – эмпат говорил так, будто его рот забит ватой. – И Шах тоже жив, но пока об этом не знает.

– Уже знаю! – сержант тоже пришёл в себя. – Но лучше бы я помер. Такие перегрузки, у меня рёбра трещат.

– Бывало и хуже, – бросил Андрей. – Не раскисайте. Сейчас станет легче.

Но ни Шахназаров, ни Прошин не верили, что будет легче. С того самого дня, как они ввязались в эту историю, с каждым часом становилось только тяжелее и тяжелее. И не только физически, но и морально. Ситуация запутывалась всё больше, даже паранорм уже перестал разбираться кто есть кто. Не успеешь оглянуться, а человек превращается в зомби, в игрушку Беглеца и норовит тебя укокошить.

Гул двигателей поутих, а вскоре и вовсе замолк. Тяжёлая Ньютонова ладонь, прижимавшая к полу, исчезла, тела потеряли вес. Глыба, чуть оттолкнувшись, взлетел под самый потолок и едва не расквасил нос о металлическую балку. И повис, не в силах дотянуться до стены. Рядом барахтались товарищи, беспомощные, как котята, брошенные в воду. Видеокамеры, встроенные в жёлтые плафоны, безучастно наблюдали за действом.

– Вот мы и на орбите, – майор извивался, как рыба, в попытке доплыть до стены. – До скорого, Земля.

– И что, мы так и будем тут летать, как воздушные шарики? – Шах, словно неумелый пловец, размахивал руками.

– Добро пожаловать на борт! – послышался приятный женский голос. – Меня зовут Мира.

– Не очень-то гостеприимно так издеваться над гостями, – недовольно пробурчал лейтенант.

В ответ освещение мигнуло, и ангар залился ярким белым светом.

– Ну извините, времени было в обрез, пришлось срываться на полной скорости. Надеюсь, вы не сильно пострадали. Сейчас я включу гравитаторы.

Где-то щёлкнуло, зажужжало, корпус звездолёта дрогнул. Всё вновь обрело вес, и три тела вернулись туда, где недавно находились – ухнули на пол. Майор раньше всех оказался на ногах, потирая отбитый бок.

– Не хватало после всех приключений переломать кости, находясь в полной безопасности.

– А здесь точно безопасно? – осведомился Егор, держась одной рукой за стену, а другой за поясницу.

Тело Эмпата тоже ломило от боли, и он, поглаживая ушибленное плечо, опирался спиной о контейнер.

– В нас вроде не стреляют, – заметил он. – И убегать не приходится.

– Как вы перенесли старт? – снова раздался женский голос. – Пришлось взлетать в жёстком режиме, иначе бы меня могли сбить.

– Да вроде нормально… – Андрей оглянулся в поисках невидимого собеседника. – Не жалуемся. Спасибо за сочувствие.

Он сообразил, что говорит с бортовым компьютером корабля, а не с настоящей женщиной.

– Вы можете пройти и занять каюту. Или посетить пост управления.

– Я оглядел бы управление, – проронил майор.

– А кто здесь управляет? – спросил Прошин.

– Никто. Я здесь одна. Следуйте за стрелками.

Открылся люк, и на стене замерцали зеленоватые стрелки, указывающие путь. Глыба сотоварищи, оставив ангар, прошёл в коридор и двинули вперёд, ориентируясь по стрелкам. Паранорм брёл задумчивый и сосредоточенный, весь в себе. Командир забеспокоился – его пугало подобное состояние эмпата, как бы опять чего не натворил.

– О чём задумался, Эмпатий?

Сергей пожал плечами.

– Пока ни о чём. Сам пытаюсь понять.

– Прежде чем что-то сделать, говори мне. А я уже решу – можно или нет. А то опять…

– Так точно!

Стрелочки вели сначала по периметру, вдоль внешней стены, потом повернули вглубь звездолёта. Троица друзей бодро шагала неведомо куда, следуя за этим огоньками, как Алиса за белым кроликом. С тихим шелестом раскрывались и закрывались люки, стрелки мерцали всё слабее и слабее и наконец погасли, приведя землян к последнему рубежу. Разъехались створки, открывшие вход в рубку управления.