Возвращение
Шрифт:
– Мария. А я Вас узнала по голосу. Правда... только что звонила Софья Андреевна и каялась в том, что дала Вам мой номер телефона. Я её поблагодарила.
Я сегодня буду весь день дома. Возможно и завтра. Так что выбирайте удобное для Вас время.
– А можно я сейчас приеду? – с замиранием сердца спросила Мария.
– Безусловно. Безусловно. Я буду очень рада. Мы с вами будем пить чай.
– Надежда Петровна, а насколько будет удобным, если я буду не одна, а с товарищем?
– Прекрасно. Надеюсь – ваш товарищ не моего возраста? – послышался смех. – Вы будете моими гостями, и это будет – замечательно.
Мария набрала номер Сергея.
– Сережа, я поеду сейчас к ней. Если... ты поедешь со мной?
– Обязательно.
...Купив каких-то сладостей к чаю, букетик желтых роз, через час они стояли около двери на третьем этаже.
Большая высокая дверь, лестница напоминали декорации к какому-то фильму.
После звонка дверь открылась.
На пороге с приветливой улыбкой стояла невысокая, хрупкая пожилая женщина в черной длинной юбке, в светлой кофточке в мелкий черный горошек с высоким воротом, перехваченным черной атласной узкой лентой, закрепленной массивной камеей, изображающую юную девушку с грустью разглядывающую розу, лежащую на ладони у неё.
Женщина была красива не той бывшей красотой, а настоящей, соответствующей её возрасту.
Чистые ясные глаза смотрели дружелюбно и чуть с хитринкой
Мария невольно задержала взгляд сначала на лице, а потом на камее и на её тонком, видимо, серебряном ободке в форме виноградной лозы и на розе, лежащей у девушки в ладони, которую та с любовью рассматривала.
– Я уже было начала беспокоиться. А тут и вы. Проходите, – женщина отступила в сторону, пропуская гостей.
– Надежда Петровна, вы нас извините, что возможно мы не ко времени. Это Сергей мой товарищ, – Мария почувствовала, что покраснела.
– Что вы?.. Что вы... Раздевайтесь, проходите. Проходите.
...Мария и Сергей прошли в просторную комнату. На стенах были неплохие репродукции пейзажей в массивных золоченых рамах.
Большой тяжелый стол из темного дерева стоял посредине комнаты, около него три стула с высокими резными спинками.
– Если молодой человек курит, то это удобнее будет делать на кухне, – Надежда Петровна вошла с подносом в руках.
– Надежда Петровна! Я бы с удовольствием Вам помогла, – Марии опять стало неудобно. Она вспомнила про конверт у себя в сумочке.
– Можно я вас буду звать Маша? А ещё лучше Машенька. Можно? – хозяйка смотрела в глаза Марии.
– Конечно, – Мария опустила взгляд.
– Вот и прекрасно. А молодого человека – Сергеем. Думаю – он не обидится, – сказала Надежда Петровна, чуть наклонившись к Марии и глядя в сторону Сергея. – Садитесь. Садитесь. Будем говорить.
Мария поглядывала на сумочку, не зная – как начать разговор.
На какое-то мгновение наступила неловкая пауза.
– Сережа! Можно я Вам все объясню. Секунду, – Надежда Петровна встала и вышла в соседнюю комнату.
Вернулась она с двумя альбомами для фотографий. Один был в темно– коричневом коленкоровом переплете, второй в малиновом бархате.
Хозяйка села на свое место, открыла один из альбомов и подвинула его к Сергею: – Посмотрите, Сережа! Что скажите?
Сергей посмотрел на фотографию.
На черно–белой с коричневым налетом фотографии где-то около прямоугольной колонны с барельефом льва стояла Мария. Рядом стояли мужчины в двубортных пиджаках, черных галстуках, в широких брюках. У двоих в руках были папиросы.
Мария была в темном платье, с широким поясом и светлым отложным воротничком.
На ногах были светлые носочки и массивные туфли.
Сергей, молча, подвинул альбом к Марии.
Мария взглянула на него, отвернулась, но потом стала рассматривать фото.
Надежда Петровна улыбалась, глядя на них.
– Это Шолохов? – спросила тихо Мария.
– Да. Там рядом еще и Леонов. А Женю узнали? Женю Евтушенко? Он.
Это второй съезд писателей.
Все притихли, каждый думая о своем.
– ...Я, Сережа, когда увидела Машеньку – не поверила своим глазам. Я же себя помню. Вот и разглядывала её. Видимо напугала. Надо было подойти, как-то объясниться. А как тут объяснишься?
...Вы полистайте альбом. Полистайте.
Она встала и пошла в сторону кухни. Мария смотрела на картины.
– Сережа, ты что -нибудь понимаешь? – тихо произнесла она, не переводя взгляда на него.
– Случайное совпадение, которого не может быть, но которое есть.
Больше мне в голову ничего не приходит. Надо принять это спокойно, – ответил он.
–...Машенька, а я посмотрела Ваш формуляр. Замечательно. Не расскажите мне над чем вы работаете, – Надежда Петровна зашла с вазочкой какого-то светлого варенья. – И уже нескромно крайне, – неужели работа лингвиста сегодня позволяет зарабатывать на хлеб?