Чтение онлайн

– Уже? – спросил Николай. – А как же кино?

– Нет, это я говорю вообще, – порозовела жена. – Когда-то ведь будут дети. Давайте помолчим, а то мешаем другим.

– Пить чай под Новый год – это маразм! – проворчал Талгат, когда закончился концерт и началось чаепитие. – Николай, доставай рюмки.

Ерёменко достал четыре маленькие рюмки, которые Нигматулин заполнил чем-то розовым из маленькой бутылочки.

– Коньяк, – пояснил он мне. – Вам не предлагаю, пейте свой чай. Можете выпить и мой.

– Я лучше съем твоё пирожное, – сказала Люся. – С коньяком оно не сочетается, а с чаем будет в самый раз.

На танцах я жену не видел. Её как забрали в самом начале, так и перехватывали друг у друга до окончания вечера. Я не сильно расстроился: пусть у неё будет хоть какое-то разнообразие, а красивых девчонок на вечере было много, так что я не пострадал.

Когда всё закончилось, я позвонил насчёт машины и вместе с остальными начал приводить актовый зал в первозданный вид. Нашего шофёра не было, поэтому прислали дежурную «Волгу». Я поговорил с водителем, и он, прежде чем отвезти нас, развёз по домам наших друзей.

– Прекрасно отдохнули! – сказала жена, когда зашли в квартиру. – Хорошо, что сегодня только тридцатое и завтра будет целый день на подготовку к празднику. Уже почти час, давай быстрее спать.

– Сегодня был разговор о детях, – сказал я. – Как долго мы будем с ними тянуть? У тебя какие планы на этот счёт?

– Очень хочу малыша! – ответила Люся. – Только давай немного подождём. Должна же я сняться хоть в одном фильме! А с маленьким ребёнком можно сниматься только в эпизодах.

Этот Новый год отмечали точно так же, как и в прошлый, только праздничную программу смотрели по новому телевизору.

– Когда будут внуки? – спросил Иван Алексеевич. – До окончания института осталось всего ничего. Или мы раньше дождёмся их от Ольги?

– Я через год тоже буду поступать во ВГИК! – заявила Ольга. – Хочу быть артисткой!

– Не ждите внуков раньше чем через год или два, – ответила Люся. – Вы ещё молодые, так что потерпите.

– Давайте допьём шампанское, – сказала моя мама. – Последний тост. Выпьем за прошедший год! Он и для нас был хорошим и вообще... Война во Вьетнаме закончилась, а новых войн, слава богу, нет.

Действительно, боевые действия во Вьетнаме закончились на четыре года раньше, чем в моей реальности, но война в Индокитае ещё шла. В Камбодже убивали налево и направо, правда, уже сами камбоджийцы.

– Смотрите, какая чудесная погода! – сказала Люся, когда убрали со стола и уже собрались расходиться по квартирам. – Никто не хочет гулять? Какой снег повалил!

– Я пойду с вами! – решила Ольга.

– Больше никто не хочет? – спросила жена. – Тогда мы пойдём одеваться.

Через десять минут мы втроём вышли из подъезда и остановились, решая куда идти. Крупные хлопья снега, кружась, падали в почти полном безветрии. Сильного мороза не было, так, градусов десять.

– Пошли пройдёмся в сторону школы и назад, – предложила Ольга, ухватившая меня за левую руку.

Люся взяла за правую, и мы вышли со двора. Далеко уйти не получилось: дошли только до поворота к скверу, когда путь преградила компания подвыпивших парней.

Глава 39

Я сразу понял, что добром не разойдёмся. Фонари хорошо освещали улицу, и было видно, что, несмотря на выпитое, они крепко держатся на ногах. Мне очень не понравились выражения их лиц. На девчонках были дорогие меховые шубки, в ушах посверкивало золото, да и я одевался не бедно. Какого чёрта я послушался Ольгу и нарушил инструкцию, да ещё в это время! Час назад на улице ходили люди, сейчас на ней не было никого, кроме нас. Парни сбавили шаг, и двое вышли вперёд, чтобы отрезать нас от дороги. Разговаривать с ними не стоило, бежать не имело смысла, а махаться руками и ногами в зимней одежде с пятью противниками было несусветной глупостью. В такой ситуации и Сигал дал бы дёру. Я тоже удрал бы, но мешали испуганно жмущиеся ко мне девушки. Поэтому сделал единственное, что мог: достал пистолет, снял с предохранителя и выстрелил в ногу тому, кто был ближе других. Я не промахнулся, и раненый со стоном упал в снег. Больше ни в кого стрелять не пришлось. Они замерли на месте, глядя на меня не столько со страхом, сколько с удивлением.

– Развернитесь и идите назад, – сказал я девушкам. – Ну же! Вы мне мешаете.

Они взялись за руки и пошли по тротуару в сторону двора, постоянно оглядываясь.

– Стоять здесь, пока мы не уйдём! – сказал я компании. – Потом можете убираться. Понятно?

– Понятно, – процедил сквозь зубы один из них.

На этом переговоры закончились, и я, пятясь, прошёл шагов двадцать, а потом повернулся и быстрым шагом стал догонять девушек. На полпути обернулся посмотреть, чем они заняты. Двое взяли лежавшего под руки и тащили к тротуару, а остальные стояли и смотрели мне вслед.

– Откуда у тебя пистолет? – выкрикнула Ольга. – Ты его убил?

– Во-первых, не ори! – сказал я ей. – Пистолет мне выдали, и на него есть разрешение, а того типа я только ранил. И болтать об этом происшествии нельзя. Я понятно выразился?

– А родителям?

– И им не надо знать. Не потому что нельзя,только зачем зря волновать? Кому нужно, я скажу.

– А почему ты не сдал их в милицию? Они ведь хотели нас ограбить!

– Что ты орёшь на всю улицу, люди спят! Как я доведу их до отделения? Они начнут разбегаться, и что тогда? Стрелять в спины? Да и нельзя мне светиться. Мне теперь придётся отвечать и за эту прогулку. Мы не имели права уходить в такое время со двора без охраны.

– Но почему?

– По кочану. Хочешь узнать, дай сначала подписку о неразглашении. Кому надо, те в семье знают, а ты сначала подрасти. А тебе на будущее урок – не шляться по ночам. Не было бы у меня с собой оружия, самое малое, что с тобой сделали бы, это вывернули из шубы, сорвали серьги и стукнули по голове, чтобы не орала. И хорошо, если отделалась бы так легко!

– Изнасиловали бы? – испуганно спросила она.

– Размечталась! – насмешливо сказал я. – Стали бы они заниматься этим на улице, да ещё в мороз. Бросили бы тебя без сознания и убежали. Пока очухалась, что-нибудь точно отморозила бы, а то и вовсе замёрзла. Возвращаемся домой.

Моих дам не пришлось уговаривать, они и сами рвались быстрее очутиться дома.

– Испугалась? – спросил я жену, когда помогал ей снимать шубу в прихожей.

– Конечно! – ответила она, прильнув ко мне. – Тебе сильно попадёт?

– Сейчас узнаем, – сказал я, садясь за телефон. – По инструкции о любом применении оружия должен сразу докладывать.

Приехали к нам минут через двадцать. Приехавших было двое, оба в штатском.

– Проходите, – пригласил я в комнату.

– Где применили оружие? – спросил один из них. – На улице? Тогда давайте сначала пройдём на место происшествия. Это далеко?