Чтение онлайн

– Давно мёрзнете?

– Не очень, – ответил я. – У тебя неудача? Почему расстроена?

– Экзамен сдала на отлично, – ответила она, – а расстроена из-за мальчишек. Как только ты исчез, они сразу начали распускать хвосты.

– Это не страшно, – успокоился я, – лишь бы не распускали руки.

– Это тебе не страшно, – недовольно сказала она, – а у этих придурков дошло до драк. Представляешь, бьют друг другу морды из-за меня, как будто победителю что-то светит!

–Действительно, придурки. Наплюй.

– Наплюёшь тут! У одного выбит зуб, у другого фингал под глазом, и мы втроём объясняемся у завуча. Я, значит, вертела хвостом... Хорошо, что вступился директор. И эта парочка не единственная. До драк, правда, пока не дошло, но они меня достали!

– Как достали? – не понял Сергей. – Чем?

– Это она говорит мои словечки, – расстроенно сказал я. – И много там таких озабоченных?

– Трое из девятого «А» и четверо десятиклассников.

– Нормально, – одобрил Сергей. – Ты можешь гордиться подругой. Руки они распускать не будут, а от ухаживаний не умерла ни одна девушка. Сколько осталось учиться? Полтора месяца?

– Это не явились родители пострадавших! – сказала Люся. – А завуч – мымра старая – во всём винит меня! Хорошо, что у нас вменяемый директор. А мне сдавать ей историю.

– Поговорим с директором, он поймёт, – утешил я. – Историю преподаёт не только она. Успокойся, с этим ничего не поделаешь, просто издержки популярности. Ухаживают отличники?

– Не знаю. А какое это имеет значение?

– Садись в машину, – сказал я. – Потом расскажу.

До дома ехали молча.

– Когда случилась драка? – спросил я в подъезде.

– На большой перемене, а что?

– Значит, Ольга всё выложила матери. Пошли на суд и расправу, вертихвостка! Зачем бить портфелем по голове? Давай лучше расскажу, чему смеялся.

Мы задержались перед их дверью, и я быстро рассказал Люсе сюжет «Ералаша», где было «как целовать, так отличниц!»

– Вот ты и выясни их успеваемость. Скажешь, что полюбишь только тогда, когда будут достойны. И тебе спокойней, и школе польза. Чем думаешь заняться?

– Сделаю уроки и сяду за подготовку к следующему экзамену. Чем быстрее всё закончится, тем лучше.

В этот день больше не встретились, а на следующий нас в очередной раз повезли к Брежневу. Уходя к машине, я взял с собой гитару.

– Зачем она? – спросила Люся. – Мы же уже пели всё, что выучили.

– Пусть будет, – сказал я. – Последних песен никто не слышал, а у меня на одну из них особые планы. Лучше я возьму из дома гитару, чем Вика будет мотаться по соседям.

Как оказалось, я был не совсем прав.

– Что это? – спросил охранник, которого я ещё не видел.

– Гитара, – ответил я. – Могу расстегнуть чехол.

– Расстегните, – попросил он. – Я должен осмотреть инструмент.

Этот осмотр длился минуты три.

– В гитаре нет ничего недозволенного, – недовольно сказал я, – а оружие легче пронести в одежде, чем прятать в инструменте.

– Есть инструкция, – равнодушно отозвался охранник. – Любые габаритные предметы должны пройти проверку. А лучше, пока не отъехали, оставьте её дома.

– Гитара нужна. Если сомневаетесь, позвоните Рябенко.

Спустя полчаса мы пили чай, на этот раз с пирожными.

– Муж скоро приедет, – говорила Виктория Петровна. – Вы пока пообщайтесь с Викой.

Общались мы пять минут, после чего приехал Брежнев, да не один, а с Сусловым. Люся осталась с Викой, а меня забрали в комнату-кабинет и с час выясняли неясные моменты по событиям февраля.

– Как школа? – спросил Брежнев, когда мы закончили.

– Всё сдал, – похвастал я. – Можно сказать, что медаль и аттестат зрелости в кармане. Сейчас гоняет тренер в Комитете. Люся тоже приступила к сдаче. Два предмета уже сдала. Ей сложнее, чем мне.

– Деда! – забежала в кабинет Вика. – Ты уже освободился? Знаешь, у Гены скоро день рождения! Люся меня пригласила!

– Ладно, беги, мы сейчас выйдем, – сказал Брежнев. – Значит, именинник! И что же тебе подарить?

– Помогите выступить в «Голубом огоньке», – сказал я. – На нём не было ни одного подростка, а это непорядок.

– Это не ко мне, – улыбнулся он, – а к Михаилу Андреевичу.

– В этом году будет необычный «Огонёк», – сказал Суслов. – Снимают что-то вроде фильма. Я мог бы вас рекомендовать, но туда отбирают только самые лучшие номера. Ты действительно уверен, что достоин попасть в число лучших артистов страны?

– Давайте мы споём, а вы оцените, – предложил я. – Правда, петь придётся только под гитару, а будет ещё и рояль. Я помню фильм «Сказки русского леса». Там много несвязанных номеров, нетрудно вставить ещё один.

– Пойдём, – поднимаясь с кресла, сказал Леонид Ильич. – Люблю слушать, как вы поёте.

– Песня называется «Прекрасное далёко», – сказал я, доставая гитару из чехла. – Начнём?

Мы начали и очень хорошо спели.

– От чистого истока в Прекрасное Далёко, в Прекрасное Далёко я начинаю путь.

– Ну что же, – сказал Суслов, – песня чистая и идейная и звучит очень хорошо даже под одну гитару. Я поговорю с кем нужно, а вы продолжайте репетировать.

Глава 28

– Я тебя люблю! – сообщила мне Люся. – Ты у меня самый хороший!

Мы сидели в моей комнате после поездки к Брежневу. Сначала говорили о будущем выступлении, а потом долго целовались.

– Самая хорошая у нас ты, – сказал я, снимая её со своих коленей, – а я самый умный, поэтому брысь отсюда, пока я терплю.