Чтение онлайн

— К самому? — спросил он, окинув нас быстрым взглядом.

— Ага, — отозвалась Соколова. — Доложи, пожалуйста.

Секретарь снял трубку, нажал кнопку и через пару секунд сказал:

— Михаил Юрьевич, майор Соколова. Понял. Прошу, — кивнул он девушке. — А вы подождите на диване, — это уже было адресовано мне.

Пока я садился, Соколова успела исчезнуть за обитой чёрным дерматином дверью.

На этот раз подслушивать я не стал. Во-первых, и так было ясно, о чём пойдёт речь. Во-вторых, не стоило забывать про откаты. Сегодня я и так часто пользовался Даром, а вот энергии накопить не успел, так что не хотелось тратить жалкие остатки подчистую.

Минут через пятнадцать дверь отворилась, и на пороге показалась Соколова. Поманила меня.

Когда я вошёл, то увидел мужчину лет шестидесяти, с усами, бородкой и зачёсанными назад волосами, едва тронутыми сединой. Чем-то он напоминал Дзержинского, чей портрет висел у него за спиной.

— Полковник Красин, — представился он, не подавая руки. — Садитесь, товарищ Громов.

Я расположился напротив стола из красного дерева с резным гербом СССР на передней панели. Соколова устроилась справа на краешке кожаного дивана.

— Мне о ваших подвигах доложили, — глядя на меня, проговорил начальник отдела КГБ при наркомате пропаганды. — И о художествах — тоже. Честно скажу, впечатления у меня о вас спорные. Однако потенциал и… я бы сказал, талант, налицо. Как вы справились с бандитами?

— Они сами друг друга перестреляли.

— Охотно верю. Но заставили их это сделать вы. Верно?

Отрицать смысла не была, так что я кивнул.

— Мне пришлось. Они…

Красин остановил меня поднятием руки.

— Не надо. Я в курсе ситуации. Когда вы обнаружили у себя Дар? Сколько времени развивали его?

— Год назад, — соврал я.

— Хм… И добились таких успехов? Неплохо… Очень даже, — Красин взглянул на майора. — Ваш куратор уверена, что из вас может получиться толковый агент. Если направить вашу энергию в нужное русло. Что скажете, товарищ Громов? Хотите послужить Родине?

— Само собой, — ответил я.

Служил там, послужу и здесь. Почему нет? Всё равно ничего иного я в течение последних тридцати с лишним лет не делал. Да и не умел, если уж на то пошло.

— Даже не возьмёте время подумать? — спросил Красин.

— Не о чем тут думать, товарищ полковник. Я согласен.

КГБ-шник смерил меня очень внимательным и долгим взглядом. Затем кивнул и снова повернулся к Соколовой.

— Подавайте документы в академию. Посмотрим, что из вас получится, товарищ Громов.

Домой я возвращался уже после полуночи. Заполнив и подписав кучу бумаг, среди которых были, в основном, гарантии конфиденциальности. Читал я все бумажки внимательно, так что времени ушло на подачу документов, как это называла Соколова, немало.

— И это меня только на обучение берут? — усмехнулся я, когда майор, наконец, собрала все бланки и соединила канцелярским зажимом в стопку. — Сколько же придётся подписывать, если попаду на службу?

Девушка недоумённо сдвинула брови.

— Так ты уже попал, Громов, — сказала она, переходя вдруг на «ты». — Думаешь, особая академия КГБ — это так, поучился и передумал?

— А что, нет? — спросил я, изобразив удивление, чтобы спровоцировать куратора дать чуть больше информации.

Соколова покачала головой.

— Учёба агента — уже служба, — сказала она. — Кстати, для тебя будет особое задание. Я думаю, тебе даже понравится. Приступишь к нему параллельно с обучением, чтобы время не терять.

— Какое? — спросил я.

— Узнаешь в своё время. А сейчас держи вот это, — майор протянула мне красную пластиковую карту, на которой было написано: «Всесоюзный Ленинский Коммунистический Союз Молодёжи». — Твой комсомольский билет. Членские взносы будут списываться с твоего счёта автоматически.

Я с удивлением взял в руки карту, перевернул и увидел серийный номер, свои данные и изображение шести орденов. Когда-то у меня был почти такой же документ, только на бумаге, пахнущей клеем, типографской краской и чернилами.

— Разве не нужно сдавать экзамен и предоставлять рекомендации, чтобы вступить в комсомол? — спросил я, глядя на выданную карту.

— Нужно, — кивнула Соколова. — Но тебя приняли по упрощённой процедуре. Назовём это так. На формальности нет времени, да и ни к чему они. Всё, сейчас ты свободен. Занятие в академии начнётся послезавтра в восемь утра. На проходной просто представишься. Там тебе после идентификации выдадут пропуск. Не опаздывай, Громов. Родина ждать не любит.

— А меня точно примут? — спросил я на всякий случай. — Не нужно сдавать экзамены?

— Считай, уже приняли. И ты всё сдал. Осталось только тебя оформить. Послезавтра уже начнутся занятия.

Видимо, тоже по «упрощённой процедуре», как называет это мой куратор.

— Летом? — спросил я, слегка удивлённый тем, что на учёбу придётся выйти уже через день.

Майор усмехнулась.

— В этой академии каникул не бывает, Громов.

Не знаю, просто у меня вышло попасть в особую академию КГБ или сложно — пока не имел возможности оценить. Да и какая разница? Куда больше меня интересовало, что за задание придумали для меня. И почему не сказали сразу, в чём оно заключается. И что означает вот эта фраза — «думаю, тебе даже понравится»?

В общем, было про что подумать, пока ехал домой. К моему удивлению, общественный транспорт ходил, так что добрался я быстро и без проблем.

Не хотелось никого будить, но ключ от подъезда я так до сих пор и не сделал.

— Кто там? — раздался настороженный голос матери, когда я нажал кнопку домофона.

— Это я, Влад.

Пискнул замок, впуская меня в парадную.

Женщина ждала на площадке.

— Отпустили?! — воскликнула она, порывисто обняв меня, едва я вышел из лифта. — Расскажи, что было-то!