Чтение онлайн

Узкие улочки, где с трудом пробирается одна повозка. Здесь множество частных лавочек, торгуют веерами и зонтиками, конфетами и сигаретами, консервами и шляпами, а также интересными приспособлениями — изогнутыми бамбуковыми палочками для почесывания спины. Улочки немощеные, грязные.

Мы живем в здании канцелярии окружного начальника. Здесь для нас освобождены комнаты и установлены высокие топчаны с противомоскитными сетками.

В задачи командировки входило знакомство с методикой «первичного» обследования крестьян, направляемых на учебу в советские сельскохозяйственные училища. Для этого необходимо было выехать в уезды, в сельскую местность. Однако нам в такой поездке отказали, сказав, что ничего интересного там нет, к тому же опасно: всюду американские и гоминьдановские диверсанты.

Проводя консультационную работу в местной больнице, знакомясь с китайскими коллегами, мы убеждались, что врачи здесь — большие энтузиасты своего дела. Их чрезвычайная занятость вполне объяснима: поток больных велик, весь день загружен лечебной работой, нередки и ночные вызовы.

Полноценному осуществлению правильного лечебного режима мешает материальная необеспеченность (не хватает коек, медикаментов). Так, больных язвенной болезнью госпитализируют всего на две недели. Диетотерапия фактически отсутствует: уже через месяц с небольшим после обострения болезни больному разрешают есть острые блюда, такие, как перец, а это приводит к обострениям. Гипертоническую болезнь даже в третьей стадии местные врачи лечат в основном на дому: в стационаре мало мест. Среди пациентов больницы много страдающих авитаминозом. Встречаются случаи брюшного тифа. Небольшая местная больница переполнена больными, а врачей мало.

Главный врач объяснил нам: «Скоро прибудет большая группа врачей, обучающихся в СССР, и нам обещали прислать трех терапевтов. Мы с нетерпением ждем их приезда, так как наши китайские мединституты не могут удовлетворить потребности в кадрах. Вся надежда на Советский Союз. Вот в соседний город недавно приехали китайские врачи, окончившие советские мединституты. Они — отличные работники».

Провели ряд консультаций. Нам представляли больных с необычными, атипичными формами течения заболевания. Помню молодую девушку, похожую на изящную фарфоровую статуэтку: хрупкая, очень бледная, почти прозрачная, она таяла на глазах удрученных врачей и несчастных родителей. Огромные глаза на нежном лице светились надеждой, выражали немую мольбу о помощи. Мы исключили такие заболевания, как рак желудка и лейкоз, и поставили диагноз: бирмеровская анемия. Болезнь протекала необычно. Назначили соответствующее лечение, и буквально через несколько дней самочувствие юной пациентки, к нашей радости, радости ее родных и китайских врачей, начало улучшаться. По прошествии нескольких недель девушка чувствовала себя вполне удовлетворительно. Лечение бирмеровской анемии, если диагноз поставлен правильно и своевременно, в настоящее время проблемы не представляет, так как открыт специфический лечебный фактор — витамин В 12. Ранее это заболевание называлось злокачественным малокровием, больные погибали.

У лихорадившего мальчика, которого безуспешно лечили антибиотиками, мы обнаружили туберкулезный процесс и назначили соответствующее лечение, благо необходимые препараты в числе других, присланных советским Красным Крестом, имелись в больнице.

Работа наша, как и в Хэнани, была очень напряженной: с утра после завтрака мы ехали в местную больницу, где в консультациях и беседах с персоналом проходило время до обеда. После обеда начиналась консультационная работа на сборном пункте. Поздно вечером возвращались к себе и, миновав часового, отдающего честь, устраивались в садике на плетеных креслах под широкими листьями пальм.

Жаркая тропическая ночь. Ни ветерка. Призрачный свет луны на черепицах изогнутых крыш. Блики лунного света отражаются в воде искусственного водоема во дворе нашего дома. Душно. Стрекочут цикады. Пора ложиться спать. Мы забираемся на свои плетенные из камыша топчаны, задергиваем противомоскитные сетки.

Было крайне неприятно, что в сельскую местность нас сознательно не пускают, выдвигая те или иные, в общем неубедительные мотивировки. Мы не высказывали своих настроений открыто, памятуя, что «в чужой монастырь со своим уставом не ходят», но, видимо, наше недовольство по поводу «ограничений передвижения» не осталось незамеченным, и хозяева устроили поездку в образцово-показательные госхозы (государственные сельские хозяйства).

В гаоляново-кукурузном госхозе нас встретили с большим энтузиазмом. Дети преподнесли каждому по ветке гаоляна, по ветке чумизы и по початку кукурузы. Мы бегло осмотрели поля, но в деревню нас не пустили, сказав, что там неинтересно. Предложили поохотиться из духового ружья на воробьев.

Другой госхоз — фруктовый. Интересная особенность — огромные фруктовые сады госхоза, не огороженные забором, обслуживаются всего двумя сотрудниками: заведующей госхозом, молодой женщиной, недавно окончившей сельскохозяйственное училище (она одновременно занимает должность агронома), и садовником, тоже молодой женщиной. Есть еще внештатные сотрудники — учащиеся местного сельскохозяйственного училища. Они включаются в работу в период уборки урожая. Сложная проблема здесь — поливка сада. С водоснабжением вообще дела обстоят неважно. Организовано оно так: два ослика поочередно вращают колесо над колодцем, и деревянное ведро с водой, периодически поднимаемое на поверхность, опрокидывается в деревянный желобок, а оттуда вода растекается по канавкам среди деревьев. Зато это древнее оросительное сооружение работает безотказно.

Хозяйки госхоза угостили нас плодами своего сада и показали грядки с кустиками, напоминающими клевер. Оказалось, что так растет «китайский орех», плоды которого общеизвестны: подсушенный, в легко ломающейся скорлупе, орех этот очень вкусен и питателен. Вечером мы покинули госхоз и вернулись в Вэньсян.

На следующее утро, довольно рано, часов в шесть, мы отправились в местную баню. Обряд омовения в Китае своеобразен. Войдя в баню (тоже в сопровождении «свиты»), разделись в кабинах (на два человека) на топчанах и, накинув купальные халаты, прошли в мыльное отделение. Шаек здесь нет. Умыться можно из раковины, закрыв сток пробкой и наполнив ее водой из крана. Все погрузились в глубокий бассейн с горячей водой. Сидели минут пятнадцать-двадцать — распаривались. Затем появились банщики и мокрыми полотенцами стали массировать наши тела, причем так энергично, что кожа приобрела пурпурный цвет. Нас обдали двумя черпаками воды, уложили на широкий кафельный выступ возле бассейна на предварительно подстеленное полотенце и принялись энергично растирать другим, намыленным полотенцем, а затем облили в меру горячей водой. После всего этого, набросив халат на плечи, мы пошли в кабину, где можно отдохнуть на топчане, выпить чаю, выкурить сигарету.

В такой бане есть много рационального. Топчаны для лежания после мытья — приспособление недорогое, но полезное: для сердечно-сосудистой системы короткий (10–15-минутный) отдых после горячей бани весьма желателен.

Днем мы интенсивно работали в больнице и на сборном пункте. Я прочитал врачам лекцию о принципах лечения язвенной и гипертонической болезней искусственным медикаментозным и так называемым условнорефлекторным сном. Этот метод лечения был одно время (конец 40-х — начало 50-х годов) довольно распространен в московских клиниках. Китайские коллеги, в свою очередь, поделились некоторыми исследованиями в области лечения астенизированных больных корнем женьшеня. Интерес представили сообщения китайских коллег о благотворном действии женьшеня на больных, перенесших сыпной тиф.

Человек, перенесший тяжелое инфекционное заболевание, каким является, например, сыпной тиф, долгое время чувствует крайнюю слабость, вялость, быстро утомляется. Применение женьшеня в этот период приносит огромную пользу: силы восстанавливаются «не по дням, а по часам».

Однако нам объяснили, что неумеренное употребление этого лекарства чревато самыми серьезными последствиями.

Характерные черты встреченных нами на периферии китайских врачей — чрезвычайная любознательность, большая работоспособность, аккуратность. Вот врач Ли. Ему 28 лет. Выглядит подростком. Одет в аккуратный халат, белую шапочку. Сквозь очки смотрят умные, внимательные глаза. Ли самостоятельно за два года неплохо изучил русский язык, читает советские медицинские журналы «Клиническая медицина», «Советская медицина».